Страница 6 из 33
Скажу больше. Мужественное поведение Ходорковского и Лебедева в последние семь лет позволяет предположить: уходит время господства уваровской идеологии, которая по существу была подхвачена путинским режимом – «православие, самодержавие, народность» (в свое, уваровское время, это было, чтобы ни говорили профессиональные либералы, точным самоопределением России – ну, может быть, излишне резким). И на смену ей идет новая… нет, не идеология – скорее, программа, которую я, не претендуя, разумеется, на высокий уваровский эстетизм, сформулировала бы так: «пострадание», либерализм, гражданство. Русский – не православный; русский – пострадавший. Не самодержавие (в царской ли, советской или постсоветской форме) – оно уже показало свою историческую несостоятельность, но политическая свобода (либерализм). Мы уже способны к ней и достойны ее. Да и во всем мире – в том числе в отдельные периоды и у нас – была доказана ее бо́льшая эффективность. Наконец, не туманно-бесформенная народность (ныне это симбиоз Михалкова с Пугачевой плюс ЕР), но гражданское общество, гражданин, гражданское самоуправление, гражданская самоорганизация (эстетически это – если обратиться к совершенно оскандалившейся в последний год и явно, как говорили в советские времена, «морально разложившейся» сфере кино – Алексей Герман и Кира Муратова).
Знаменательно, что в предпоследний день уходящего года по всем медийным каналам транслировали две России: официальную (все больше выглядящую как уходящая натура) и гражданскую. Их и показывали одну за другой: за картинкой «Д. Медведев снова награждает в Кремле Н. Михалкова» (этот властенародный любимец и там не удержался – прошелся по Л. Парфенову, затем зачитал стихи своего отца, иронично обличающие его – отца, а значит, и сына, и всех, кто «знает, куда вести», – врагов) следовала другая – Ходорковский и Лебедев, спокойно слушающие приговор. Кроме того, множество бумажных и электронных СМИ за несколько дней до окончания суда распространили последнее слово Ходорковского, что придавало картинке определенный смысл.
В заключение заметим, что «расклад» картинок вовсе не так очевиден, как нам по привычке кажется: победа за тем, кто выносит приговор. Все наоборот. Мы это тоже уже проходили, но в погоне за «хорошей жизнью» успели забыть. На наших глазах ветшает и стремится к падению одна – властная, богатая, знаменитая, одним словом, «новономенклатурная», социально неэффективная – Россия и происходит становление другой. В этом и состоит социальный смысл 2010 года – при внешней неубедительности и пафосности выражающих его слов.
И.И. ГлебоваРоссия в зеркале русской поэзии
Так получилось, что в этом выпуске «Трудов…» довольно много стихотворных цитат, аллюзий на русскую поэзию. Вообще она неожиданно заняла у нас какое-то особенное место. Правда, неожиданно ли? Ответ на этот вопрос можно найти в «Дневниках» о. А. Шмемана, отрывки из которых (с комментарием нашего автора) мы публикуем. Обнаружив (на заключительных стадиях работы над «Трудами…») это, мы решили учредить новую рубрику: «Россия в зеркале русской поэзии». Нам представляется, что отечественные поэты нередко говорили о своей стране главное. Далеко не всегда это удавалось мыслителям и ученым.
В этом выпуске мы обратились к поэзии Бориса Слуцкого (1919– 1986). Его стихи не только эстетически очень хороши и не потерялись со временем, но и совершенно актуальны и созвучны нашей эпохе.
* * *Люди сметки и люди хваткиПобедили людей ума –Положили на обе лопатки,Наложили сверху дерьма.Люди сметки, люди смекалкиТочно знают, где что дают,Фигли-мигли и елки-палкиЗа хорошее продают.Люди хватки, люди сноровкиЗнают, где что плохо лежит.Ежедневно дают уроки,Что нам делать и как нам жить.* * *Никоторого самотека!Начинается суматоха.В этом хаосе есть закон.Есть порядок в этом борделе.В самом деле, на самом делеОн действительно нам знаком.Паникуется, как положено,разворовывают, как велят,обижают, но по-хорошему,потому что потом – простят.И не озаренность наивная,не догадки о том о сем,а договоренность взаимнаявсех со всеми,всех обо всем.ЦенностиЦенности сорок первого года:я не желаю, чтобы льгота,я не хочу, чтобы броняраспространялась на меня.Ценности сорок пятого года:я не хочу козырять ему.Я не хочу козырять никому.Ценности шестьдесят пятого года:дело не сделается само.Дайте мне подписать письмо.Ценности нынешнего дня:уценяйтесь, переоценяйтесь,реформируйтесь, деформируйтесь,пародируйте, деградируйте,но без меня, без меня, без меня.* * *…Не сказав хоть «здравствуй»,смотря под ноги,взимает государствосвои налоги.И общество все топчется,а не наоборот.Наверное, не хочетсяему идти вперед.* * *Запах лжи, почти неуследимый,сладкой и святой, необходимой,может быть, спасительной, но лжи,может быть, пользительной, но лжи,может быть, и нужной, неизбежной,может быть, хранящей рубежии способствующей росту ржи,все едино – тошный и кромешныйзапах лжи.Продленная историяГруппа царевича Алексея,как и всегда, ненавидит Петра.Вроде пришла для забвенья пора.Нет, не пришла. Ненавидит Петрагруппа царевича Алексея.Клан императора Николаяснова покоя себе не дает.Ненавистью негасимой пылая,тщательно мастерит эшафотдля декабристов, ничуть не желаядаже подумать, что время – идет.Снова опричник на сытом конепо мостовой пролетает с метлою.Вижу лицо его подлое, злое,нагло подмигивающее мне.Рядом! Не на чужой стороне –в милой Москве на дебелом конерыжий опричник, а небо в огне:молча горят небеса надо мною.