Страница 9 из 38
Они свалили мешки в багажник и забрались в машину под гладкий прозрачный фонарь.
– Ах, досада! – сказал Антон неожиданно. – Димка, прости, пожалуйста. Ведь тебе для перевода, наверное, понадобится анализатор.
– Для какого перевода? – спросил Саул.
Вадим потер подбородок.
– Анализатор не анализатор, – сказал он медленно, – а без пары мнемокристаллов на первый случай не обойтись. Придется кому-то сходить в «Корабль».
– Эх, – сказал Антон и полез из глайдера. – Сколько тебе их нужно?
– Одной пары будет достаточно. Только бери с присосками, чтобы не держать в руках.
Антон побежал по снегу к «Кораблю».
– О чем здесь шла речь? – осведомился Саул.
– Надо же будет как-то общаться с людьми, если мы их найдем, – ответил Вадим.
Он включил двигатель, мягко поднял глайдер, потом снова опустил.
– И вы об этом так, – Саул пошевелил пальцами, – легко говорите?
Вадим посмотрел на него с удивлением.
– А как я должен говорить?
– Ну да, естественно, – сказал Саул.
«Вот странный человек, – подумал Вадим, – неужели он действительно всю жизнь просидел в своем кабинете, слушая Мендельсона?»
– Саул, – сказал он. – После работ Сугимото общение с гуманоидами – задача чисто техническая. Вы что, не помните, как Сугимото договорился с тагорцами? Это же была большая победа, об этом много писали и говорили…
– Ну как же! – с энтузиазмом произнес Саул. – Как такое забудешь! Но я думал почему-то, что… э-э… на это способен только Сугимото.
– Нет, – сказал Вадим пренебрежительно. – Это может сделать любой структуральный лингвист.
Вернулся Антон, сунул Вадиму коробку с кристаллами и забрался на свое место.
– Вперед, – сказал он. Он посмотрел на Саула. – Что тут у вас произошло?
– А в чем дело?
– Мне показалось… Ну, это неважно. Вперед.
– Слушай, – сказал Вадим, глядя на еле приметный снежный холмик возле «Корабля». – Нехорошо оставлять их так. Может, сначала похороним?
– Нет, – сказал Антон. – Честно говоря, даже на это мы не имеем права.
Вадим понял. Это не наши мертвые и не нам хоронить их по нашим законам. Он взялся за рукоятку руля и включил двигатель. Глайдер плавно взмыл над сугробами и кинулся в белую мглу.
Вадим сидел, привычно ссутулившись, и только чуть шевелил руль, проверяя устойчивость. Навстречу мчался снег. Вадим видел только белую тысячехвостую звезду, центр которой медленно плавал перед его глазами. Он включил поисковые локаторы.
– Что это за экраны? – спросил позади Саул.
Вадим объяснил:
– Во-первых, я ничего не вижу, а во-вторых, их могло засыпать снегом.
– Спасибо, – сказал Саул. – Я понял.
Глайдер выскочил из метели. Он мчался над заснеженной холмистой равниной. Вадим медленно наращивал скорость, и двигатель густо свистел, и бешено неслись под днищем округлые вершины холмов. Небо было совершенно белое, невысоко над горизонтом справа светилось слепящее пятно – ЕН 7031, а на севере отчетливо проступили очертания скалистых гор. Слепящее пятно медленно смещалось вправо и назад: глайдер шел по десятикилометровой дуге вокруг «Корабля». И впереди, и справа, и слева были только холмы, холмы, холмы. Антон вдруг сказал:
– Глядите, стадо!
Вадим затормозил и развернулся. Глайдер повис неподвижно. В ложбине между холмами быстро двигалась кучка каких-то животных. Это были некрупные четвероногие, похожие на безрогих оленей, и они, выбиваясь из сил, прыгали, проваливаясь в снег, закидывая назад длинные черноносые головы. Тонкие ноги их застревали в сугробах, и они падали, барахтались, поднимая тучи снежной пыли, и снова вскакивали, и снова бежали, изгибаясь при каждом прыжке. За ними оставалась борозда взрытого снега. А по этой борозде, низко пригнув длинные вытянутые шеи, мчались на голых голенастых ногах громадные, похожие на страусов птицы. Только клювы у этих птиц были не как у страусов – мощные, горбатые, с загнутым вниз страшным острием.
Вадим спикировал и пошел вдоль ложбины. Стадо пробежало под глайдером, даже не заметив его, а птицы – их было три – разом остановились, присели на согнутых ногах и, задрав головы, страшно разинули клювы. Какая охота, мельком подумал Вадим, какая могла бы быть охота! Он снова поднял глайдер и перевел его в джамп-режим. Совсем близко, едва не царапнув по спектролиту фонаря, щелкнули чудовищные клювы, и сразу исчезли. Теперь глайдер мчался двухкилометровыми прыжками, взлетая к низкому небу, и каждый раз равнина словно распахивалась внизу, и было видно, что на десятки километров вокруг тянется бескрайняя снежная пустыня.
– Плохо дело, – пробормотал Саул.
– Почему?
– Птицы…
Ну и цивилизация, подумал Вадим. Не могли организовать поиск. Дали мальчишкам уйти голыми, безоружными. Здесь, наверное, и шагу нельзя пройти без оружия. А ведь смелые, наверное, были ребятишки…
Глайдер замкнул десятикилометровый виток, и начал второй, в двадцать километров. И сейчас же Антон сказал:
– Вот они откуда, наверное… Тридцать градусов вправо по курсу!
На краю равнины под серо-синей массой хребта виднелись какие-то смутные, правильной формы, темные пятна.
– Похоже на большой населенный пункт, – сказал Саул. – Здесь нет бинокля?
Спектролит фонаря рассеивал дымку, и Вадим, пригнувшись к окулярам, различил очертания зданий, зубчатых стен и куполов.
– Город, – сказал он. – Что будем делать?
– Город? – спросил Саул. – Любопытно. И сколько до него?
– Километров пятнадцать.
– Так. Значит, до «Корабля» от города километров тридцать… При известной выдержке это можно пройти даже босиком.
Вадима передернуло.
– В жизни не стал бы пробовать, – пробормотал он.
Глайдер, чуть подрагивая под порывами ветра, висел в двух десятках метров над землей. До чего же здесь все нелепо устроено, думал Вадим. Где поисковые партии? Где вертолеты и глайдеры с добровольцами? Люди замерзли рядом с городом, и здесь на десятки километров вокруг ни одной живой души, кроме этих птичек. А птичкам здесь как раз совершенно нечего делать. Надо было выбить их еще сто лет назад и не устраивать под боком заповедник хищников. И чего медлит Антон? Почему бы нам не явиться в город и не наставить обитателей на путь истинный? Честное слово, формальностями первого контакта можно для такого случая пренебречь. Он поглядел на Антона.
Антон медлил. Он сидел выпрямившись, сильно прищурив глаза и сжав губы. Такое лицо у него было, когда он решал в уме навигационную задачу.
– Итак, шкип? – сказал Вадим.
Лицо Антона приняло обычное выражение.
– Честно говоря, – проговорил он, – нам следовало бы сейчас вернуться на «Корабль». Но… Вперед. Остановишься на окраине. Держись повыше.
Глайдер преодолел расстояние до города в три прыжка, и уже в конце второго Вадим понял, что это не город. Во всяком случае, он сразу понял почему здесь никто не беспокоится о судьбе пропавших мальчиков.
– Здесь произошел ужасный взрыв, – пробормотал за спиной Саул.
Глайдер повис над краем исполинской воронки, похожей на жерло действующего вулкана. Воронка шириной в полкилометра была до краев наполнена тяжелым шевелящимся дымом. Дым был сизый, и он лениво слоился и покачивался и был, вероятно, намного тяжелее воздуха, потому что ни одной струйки не поднималось над воронкой. Со стороны казалось, что это не дым, а жидкость. К краям воронки лепились засыпанные снегом развалины. Из сугробов торчали обглоданные остатки разноцветных стен, покосившиеся башни, скрученные металлические конструкции, покосившиеся купола.
Вадим ошеломленно глядел вниз. Саул пробормотал невнятно:
– Ну, это нам знакомо… Бомбежка… Взорвались склады… И совсем недавно – дым еще не рассеялся, что-то там горит…
Вадим помотал головой.
– В таком городе жить нельзя. Люди разбежались кто куда, конечно. Удивительно, что мы нашли только пятерых.
– Остальные там, – сказал Саул, глядя в воронку.
– Это не цивилизация, а безобразие, – проворчал Вадим. – Что за подлое легкомыслие? Кто же ставит такие опыты в городе? Нужно быть последним…