Страница 76 из 87
Микаэль Олай чинно лежал на огромном ложе, которое стояло возле окна. По его худому морщинистому лицу бегали солнечные зайчики. И непонятно было, щурится он от них или спит.
— Мика? — нерешительно позвала Росси.
— Да, — хрипло ответил Волшебник и повернул голову. — О, Костя, здравствуй, — заметил он нерешительно мнущегося возле входа ученика.
— Здравствуйте, Волшебник, — ответил Костя.
Он едва узнал своего учителя. В этом едва шевелящем губами старике очень трудно было узнать молодого и сильного Волшебника, каким был Мика еще несколько дней назад. А потом случилась дуэль, где злобный чародей выпил из учителя всю энергию. И если бы Костя не кинулся выручать погибающего Микаэля, то заметил бы, как сильно отразился на учителе этот удар.
— Он еще слабо двигается, — тихо заметила Росси, так, чтобы только Костя слышал. — Но пик кризиса прошел, и теперь осталась последняя часть выздоровления — возрождение.
— Возрождение?
— Да, — кивнула скульпторша, — надо вернуть ему молодость. Обычно он сам перерождается, с помощью варварской птицы Феникс. Но я буду действовать по старинке: кипящее молоко, водички вареной, потом студеной. В общем, почти банька по-русски. Осталось только создать мир-инкубатор, ну, вернее, он должен его создать сам.
— Зачем еще один мир создавать? — не понял Костя.
— Ну как? Надо, чтобы был мир, где такое возрождение возможно, но потом его надо сразу уничтожить, ну не уничтожить — забыть, чтобы всякие проходимцы не повторяли этот подвиг. А то знаешь, как бывает. Насмотрятся другие, как волшебник то в костер прыгнет, то в кипящий котел, и давай повторять. А сам понимаешь, эффект только у волшебника получается, остальные просто превращаются в приготовленную человечину.
— Фу, — фыркнул кот за спиной скульпторши.
— А ты не подслушивай, — укорила его Росси.
— Больно надо, — презрительно сказал Трюфель и гордо прошел к кровати Микаэля.
Костя тоже подошел к учителю.
— Как ты? — тихо спросил Мика ученика.
— Тяжко без вас, — сказал Костя. — Приглашениями закидали, а я и не знаю, что на них отвечать. С армией этой морока одна. Еле придумал, куда отправить на учения. А еще тут старик пришел, сказал, что его зовут...
— Костя, — укоризненно прервала скульпторша и для эффекта взяла за локоть подростка. — Мика еле дышит, не то что говорит. А ты на него свои проблемы наваливаешь. Давай он возродится, тогда вы все и обсудите.
— Тут такое дело, — замялся Костя, — не получится у вас пока ничего с перерождением.
— Это еще почему?
— Ну, — Костя опустил глаза, — я же и говорю — старик приходил, сказал, что мироколица растянулась и что он пограничника найти не может.
— Что ты несешь, — прервала его Росси. — Какой старик, какой пограничник, и причем тут мироколица, я вообще ничего не понимаю...
— Бедный мальчик, — прохрипел Микаэль, жалобно глядя на Константина. — Это я виноват. Должен же был объяснить тебе про границы мира. Я просто не думал, что ты сможешь этим воспользоваться. Что твоя фантазия примет такие масштабы.
— Мика, — уже более серьезно обратилась скульпторша к Микаэлю, — ты про что вообще?
— Моя дорогая, — с трудом прохрипел Волшебник, — ты слишком долго живешь в Париже. Уже и забыла, какие бывают последствия. К нему Чур приходил.
— Чур? — ужаснулась Росси.
— Да, — кивнул Костя. — Он сказал, что граница миров так растянулась, что он не может найти другого пограничника с той стороны.
— Термина, — хрипло подсказал Микаэль. — Это кошмар. Я не представляю, как ты сможешь отыскать дверь. Ты так сильно раздвинул рамки, что этих дверей, должно быть, бесконечное множество.
— И что же делать? — спросил Костя.
— Тебе нужна помощь, — ответил Мика. — Ты не сможешь сам справиться с этой задачей. Я тебя этому не учил.
— Тебя я никуда не пущу, — грозно заявила скульпторша, глядя на Микаэля. — Вот сперва возродишься, а потом делай, что хочешь.
— Ты не понимаешь, — грустно улыбаясь, ответил Волшебник, — я не смогу переродиться. Чур наверняка уже заморозил мироколицу. И никто не сможет сотворить мир, пока не решится проблема.
— Этот ужасный Чур, — вскрикнула Росси, — он всегда нам только пакостит.
— Ты не справедлива, — ответил Мика. — Он просто функция, у него нет личного отношения к чему-либо. Просто работа. А тебе, — Мика обратился к Константину, — надо найти Белого и Кочегара, особенно второго. У Вити есть навыки, которые могут тебе помочь. К сожалению, я не могу пойти с тобой, моих сил едва хватает, чтобы просто оставаться живым. Но я буду следить за тобой и, может, даже смогу что-то подсказать. Трюфель, — позвал Волшебник.
— А я вот прям чувствовал, что меня впрягут в эту карусель, — отозвался недовольный кот.
— Не ворчи, — сказал Волшебник, — ты будешь моими глазами и ушами. Пойдешь вместе с Костей и поможешь ему.
— Куда ж я денусь, — ответил Трюфель, — возиться с молодежью — моя давняя мечта.