Страница 6 из 22
– Ну, как?
– Никак! – возмущенно ткнув пальцем в сторону кабинета, откуда меня сейчас так беспардонно вышвырнули, чуть ли не со слезами на глазах сообщаю: – Этот деспот стоит на своем, даже слушать нас не захотел. Что делать, мама? Не хочу я замуж.
– Не паникуй, еще не все потеряно. Там осталась твоя тетка. А это такая сила, против которой даже все упорство этого интригана остроухого долго продержаться не сможет. Давай тут подождем, как выйдет, сразу все и узнаем.
Это даже интересно, сколько же нам ждать придется? Прадед, видимо, настроен весьма решительно и уступать в этом вопросе явно, не собирается. Ну, что ж, остается только надеяться на лучшее. Прислоняюсь спиной к стенке, как можно ближе к заветной двери. Жаль, что маман рядом расположилась, а то можно было бы аккуратненько ухо к замочной скважине приложить (интересно же, как там мое дело продвигается). Судя по едва слышным здесь, но, скорее всего, довольно громким воплям там, становится понятно, что переговоры как раз в самом разгаре и проходят очень даже активно. Кстати, мне невероятно повезло, что подслушать я так и не решилась.
Дверь на этот раз распахнулась с такой силой, что я испугалась, что ее вместе с частью стены вынесет. И если бы там сейчас была моя голова… Н-да… А вот и тетя показалась. Точнее вначале муж ее, на удивление взбудораженный, даже можно сказать совершенно выведенный из себя (что для него ой-ой-ой как не свойственно) тянущий за руку свою, изо всех сил упирающуюся и вопящую супругу.
– Да, как ты смеешь?! – последнее о чем она успела поинтересоваться у моего дядюшки, перед тем как ее оттолкнули в сторону и дверь закрылась за возвращающимся в кабинет эльфом, прямо перед ее носом. Звук, защелкивающегося с той стороны замка, ясно дал нам понять, что все переговоры на сегодня закончены и совершенно очевидно, что не в мою пользу. Злобный пинок ногой по абсолютно ни в чем не виноватой двери и теткин вопль: -Ну, я тебе еще это припомню! – Разбили все мои и так довольно призрачные надежды, на мелкие и почти что незаметные взгляду осколочки.
– Ленчик, давай за нами! – Меня, не глядя, хватают за руку и на полной скорости тянут в сторону моих комнат. Едва я добралась до закрепленных за мной с самого детства апартаментов и устало упав лицом вниз на свою любимую тахту, поняла, что ничего хорошего меня в моей жизни в ближайшее время не ожидает. Зарывшись носом в декоративную подушку и обхватив ее обеими руками, приготовилась реветь от жалости к своей загубленной подлыми родственниками по мужской линии молодой свободной жизни.
– Малыш, ну не переживай ты так. Все будет хорошо. – Мама, присевшая рядом со мной, запустила свои пальцы в мои волосы и попыталась хоть чуть-чуть их разгладить. Ясное дело – безрезультатно. Я их после дневного купания в озере расчесать забыла, не до них как-то было. Так что теперь, после того, как они нечесаными высохли, на голове такой колтун образовался, что хоть состригай. Еще одна причина для головной боли, хотя по сравнению с первой…
Отрываю лицо от подушки и в упор смотрю на сидящую напротив меня женщину. Легко ей говорить «не переживай». Объяснила бы лучше, как это сделать? Н-да и это моя родительница… Смех, да и только. Тоненькая, ниже меня на целую голову, с таким наивным выражением лица, что ее всегда за мою сестру младшую принимают. Она, как и тетка моя, хоть и не эльфийка, но тоже из долгоживущих и очень медленно стареющих. «Говорящие с драконами» – одна из самых древнейших рас на Эльтарии, которую в данный момент представляем только я с близнецами, да мамаши наши. Да и то, свою принадлежность к давно изгнанной с Эльтарии расе мы на показ стараемся не выставлять. Потому что не любят нас здесь. Сильно не любят. А все из-за того, что предки наши не слишком хорошую славу о себе оставили. Так что хвалиться тем, что являемся «Говорящими с драконами», именем которых, до сих пор некоторые мамаши пугают своих непослушных детишек, не слишком-то и хотелось.
– Марин, что делать будем? – родительница, наконец-таки оставила бесплодные попытки привести мою шевелюру в хоть какое-то подобие порядка, повернулась к своей, усевшейся в кресле напротив нас, двоюродной сестре.
– Не знаю, – в ответ буркнула та, сосредоточенно разглядывая ногти на своей руке и старательно отводя от меня взгляд в другую сторону. – Уперся как баран, даже обсуждать это со мной не захотел. Нет, ты видела, как он меня за дверь вышвырнул?!! Вот брошу я его, доиграется он однажды…
– Не бросишь…
– Вот увидишь!
– А чего тут смотреть? Все равно, не бросишь.
– Брошу!
Нет, ну это нормально? У меня тут жизнь рушится, а они о чем думают? Нашли время спорить. И вот так всегда. По отдельности – вроде бы вполне уравновешенные особы, а как вместе сойдутся, так вечно разборки на пустом месте устраивают. Нужно срочно вмешиваться, пока они вообще обо мне и неприятностях моих не позабыли.
– Тетя, а чего это Ваш муж, так срочно замуж меня выдать решил? Он Вам случайно не сообщил? – Задала я, самый волнующий меня в данный момент вопрос. – Лэильлеанна, ведь старше меня, чего же ее он никому не сосватает?
– А в этом ты уже сама виновата.
– Как это?!
– Сидела бы, как приличная девушка, дома, а не шаталась бы постоянно непонятно где, с непонятно кем… Муженек сказал, что таким оригинальным способом решил о репутации твоей позаботится.
– Ну, знаете ли… Вообще-то «шаталась» я, всегда на пару с вашим сынком. – обиженно высказала я. И тут уже не выдержала моя мама: – Прекратите вы обе. Не о том сейчас разговор. Маринка, ты не успела выяснить, мой муж в курсе происходящего? А то я его нигде найти не смогла, как сквозь землю провалился. Сейчас у нас вся надежда только на него. Если кто и сможет оспорить этот вопрос с главой Рода, так это он.
Вот и еще одна проблема появилась. Насколько я знаю, папочка еще с самого раннего утра куда-то верхом ускакал, мне Калей об этом по секрету сообщил. Он как раз к озеру, где я загорала подлетал, когда родитель мой в прямо противоположную сторону направлялся. Может быть, он тоже как и я решил от всей этой предпраздничной суматохи куда подальше скрыться? Это у меня в него наследственное – нелюбовь ко всяким шумным сборищам и подготовке к оным… Так что не удивлюсь, если папочка на охоту смылся, никого, предварительно не ставя об этом в известность. Если так, то дело плохо. Значит, он, скорее всего, появится прямо к открытию торжества, когда обсуждать мою помолвку уже времени не будет.
– Мама, а может быть, ты сама попробуешь с прадедом поговорить? Уговорить его одуматься, пока не поздно?
– Малыш, от моего с ним разговора, даже если он и согласится меня выслушать, вряд ли что-то изменится. Все-таки мы считаемся младшими членами Рода, главой которого является он, и поэтому должны подчиняться его решениям.
– А может мне лучше с сыночком твоим «по душам» пообщаться? – повернувшись к тете Марине, предложила моя мама. – Если мы вдвоем на него насядем, возможно, передумает с этой своей помолвкой. Попробуем уговорить, чтобы хоть немного подождал, а то напугал девочку своей напористостью. Ведь если следовать эльфийским обычаям, то свадьба должна состояться уже через месяц после объявления помолвки. А это так быстро…
– У-у-ууу! – опять утыкаюсь лицом в подушку, с навязчивой мыслью о том, что неплохо было бы придушить одну наглую ушастую сволочь своими собственными руками в самое же ближайшее время. И заявляю очень злым голосом: – Тетя, если вы не хотите преждевременно лишиться своего любимого сыночка, то Вам все-таки лучше будет постараться убедить его отказаться от этой идиотской затеи с нашим браком.
– Марин, – мама выжидающе посмотрела на свою подругу и махнула в сторону двери.
– Ну что, может быть все-таки попробуем отловить твоего детеныша? А потом пообщаемся с ним мило… Так сказать, по-родственному.
– Хорошо, пошли, попробуем его найти. Только я думаю, что этот паршивец постарается сейчас благоразумно нам на глаза не попадаться.