Страница 72 из 110
Колдер смотрел так, что было ясно: он совсем не шутит. Только он ведь не объяснял, как разрезать магические путы. Простые веревки я давно сама научилась жечь.
- Ну, Анна-Мария! Вы слишком медлите. Я мог выстрелить в вас уже раз пять.
Я совершенно растерялась. Как нужно действовать? Раз Колдер дал это задание, значит, оно не сложнее предыдущих, просто – в приближенных опасности обстоятельствах. Но мой мозг отключился.
Доктор смотрел на меня долго и пронзительно. Потом его взгляд демонстративно медленно стал опускаться с моего лица на шею, задержался на груди, прикрытой лишь тонкой сорочкой, погладил талию, спустился ниже. Огонь разгорался в глазах этого ледяного, насмешливого мужчины. Он уже откровенно раздевал взглядом. Меня затрясло от страха.
- Анна-Мария, – хриплым голосом произнес приближающийся Колдер, – вы же знаете, что вы Универсум и как действуете на всех без исключения мужчин? Либо вы освобождаете себя, либо я просто воспользуюсь вашей беспомощностью. И больше не буду учить вас: вы не боевой маг! Вы слабая, глупая девчонка, достойная быть лишь энергетической пищей любому, кто этого захочет! Я – хочу! А вы так кстати связаны.
Я была в абсолютном шоке от всего происходящего, и это не добавляло мне ясности мыслей. Колдер уже стоял практически вплотную – неуловимое движение вперед, и я окажусь вжатой в стену. Я ощущала непозволительную близость его тела, отчего перехватывало дыхание, и сердце колотилось, как бешеное.
- Не смейте меня трогать! Слышите! – Страх сковал меня так, что тело затрясло от напряжения.
Доктор опять засмеялся, хрипловато и тихо. Прижав меня к стене, он подчеркнуто медленно гладил ладонью моё лицо, волосы, шею, спустился к груди.
- Это совсем уж глупо, мисс. Слова никак не спасут вас от неприятностей. Только ваша сила. А вы не даете ей действовать, думая совсем не о том… Ну, освобождайтесь, пока я добрый!.. Раз… два… три… До скольки считать будем?.. Ладно, четыре… пять… Ну, нет, так нет.
Колдер страстно выдохнул, вжался в меня всем телом и впился в мой рот. Он всё делал со знанием дела и наслаждался происходящим. Медленно, но очень властно, без капли нежности он целовал губы, жестко проникая языком как можно глубже в рот. Исследовал губами всю шею, спустился к груди. Его рука потянула завязки, и я почувствовала, как стянутая горловина сорочки становится свободной и съезжает по плечам. Его руки мяли мою грудь через ткань, пальцы сжимали соски. Напор его становился сильнее, в поцелуях и прикосновениях появилось больше жестокости.
Что я чувствовала? Как это можно описать? От ужаса, невозможности остановить всё это мой мозг окончательно затуманился, я вообще ничего не соображала. Сердце просто выпрыгивало из груди. Дышать было тяжело – то ли от ненависти, то ли от того, что Колдер крепко сжимал мою шею. Когда он запустил пальцы в мою прическу и умудрился накрутить волосы на руку, я вскрикнула от боли, из глаз потекли слезы жуткого унижения. Я ощущала страсть мужчины, но моё тело только вздрагивало от неприятия, мне было гадко, и даже не от его прикосновений, а от самой ситуации. Ведь он меня насилует и, скорее всего, доведет дело до конца. История повторяется. Разве что столба нет. Я для всех стану падшей бесполезной девкой, которую разве что в наложницы, да подальше с глаз.
Я начала себя жалеть. Когда доктор нетерпеливо стянул сорочку с груди и, больно сжимая её, начал терзать соски зубами, появилась злость. Гнев расшевелил притаившиеся в удивлении сферы. Когда рука доктора начала гулять под моей юбкой, я вспомнила очень важный момент.
- Этелхарт сейчас прибежит сюда! Он ведь мой истинный! Он чувствует всё, что со мной происходит! Ему больно. Он поймёт, какое вы чудовище, Колдер!
Доктор слегка отстранился, убрал руки, холодно смерил меня взглядом.
- Вы совсем ненормальная, Анна-Мария? – Я оторопела. – Вам грозит реальная опасность, а вы думаете о том, какая вы несчастная, потом вспоминаете, что вашему истинному-то ведь больно! И он, конечно, корчась в судорогах, должен бежать вас спасать! За то время, пока я мог вас уже дважды поиметь, просто растягиваю удовольствие в предвкушении, вы успели прокрутить в голове все женские штучки, но ни разу не подумали о совершенно простом действии, которое бы предотвратило всё это.
Он, глядя мне в глаза, раздвинул ногами мои ноги, облизал средний палец правой руки, запустил руку под юбку. Быстро найдя под бельем мой клитор, стал бойко его тереть. Бутончик отзывался, но скорее болью, чем удовольствием. Я сжимала зубы, чтобы не застонать от этой боли: неправильно ведь поймет. Так же глядя мне в глаза и сжимая другой рукой мою обнаженную грудь и соски, доктор ехидно заявил:
- Кстати, на сегодняшний день я установил вашему истинному временный блок. Он ничего не чувствует сейчас, Анна-Мария. Он занят военными делами. А вы подумайте лучше о себе. – На этих словах палец Колдера проник внутрь меня, быстро нашел особую точку, нажимая на которую заставлял меня вздрагивать, а моё дыхание прерываться.
«Сукин сын! Чертов кэгэбист, Джеймс Бонд хренов! Он поставил блок! Да что ты о себе возомнил! Я убью тебя! Как только освобожусь, убью тебя!»
Мои сферы от ярости азартно заполыхали внутри, объединились и направились к запястьям. «Разрезать!» Только и всего! Мои молнии, как струны, чиркнули по чужим магическим веревкам, и те будто спали. Освободившимися руками я оттолкнула от себя дерзкого доктора, он отпрыгнул назад, а через мгновение в него полетел огненный шар.