Страница 69 из 110
Занятие началось с разминки: поклоны, наклоны, работа рук, ног и головы. Швырять меня пока никто не собирался.
Не успела разминка закончиться, как в зал вошел доктор Колдер. Я внутренне сжалась.
- Прошу мастеров разрешения присутствовать. В наших занятиях схожие требования, думаю, будет лучше мне приходить и на ваши.
«Этого ещё не хватало!»
- Канечено, канечено, докэтар, эта верна, эта пэравильна!
«Блин, что правильно-то? Я под его холодным присмотром и пошевельнуться не смогу!»
Но когда началась настоящая тренировка, мне стало понятно, почему Колдер решил составить нам компанию. Бросать меня через бедро по-прежнему никто не собирался. Суть искусства состояла в том, чтобы ловко отворачиваться, уклоняться, подпрыгивать и тому подобное, чтобы увернуться от боевого удара. Причем речь в первую очередь шла об ударах энергетических. Тактика была построена не на атаке, а на избегании боя.
Если же увернуться от магического нападения не удается, необходимо использовать энергию врага против него же самого. Сразу в голове возникли картинки из старых азиатских и американских боевиков про мастера и ученика в разных вариациях, где мастер обучает нерадивого бойца многократно увеличивать свою силу за счет силы противника.
Мне предстояло то же самое, только на уровне моих огненных сфер. В ближайшее время я должна была научиться мгновенно концентрировать свою энергию, останавливать ею энергию врага и, объединенными, «стрелять» в него.
Я не знаю, с чего они все решили, что я смогу этому научиться так быстро. Если уворачиваться, отклоняться, отпрыгивать у меня ещё как-то получалось, особенно учитывая первый раз, то прямо встречать направленную на меня силу и отправлять её обратно – ну никак! Я не успевала даже соображать, не то, что концентрировать свою силу, ловить чужую и отбрасывать назад.
Много раз Колдер (а молнии в меня метал, конечно, он, как энергик) мог меня убить. Но я, вместо того чтобы думать, как сделать правильно, просто отклонялась либо отскакивала от опасности. Наконец, он сказал, что займется этим на нашем с ним личном занятии, а пока пусть Лин и Ли оттачивают со мной тактику избегания. Но атаковать – тоже надо учиться. Я облегченно выдохнула: мне действительно будет доктора предостаточно, и даже слишком, на его уроках.
Время до обеда прошло как один вздох. Столько переворотов с подвыподвертами я в жизни даже не видела, не говоря уже о том, чтобы выполнять самой. Всё, чего мне хотелось в конце занятия – это упасть куда-нибудь, хоть прямо на полу растянуться. И чтобы меня ни одна собака не трогала. Даже Лин и Ли стали вызывать какой-то нездоровый негатив. А они только похихикивали. Но похвалили всерьез:
- Эн-Ма, харасо! Будет палучацца! Да-да, ты… эмм… маладец!
Я и забыла о Бардолфе, который нас сюда сопровождал. Он всё занятие тихонько сидел где-то в дальнем углу зала. Когда всё закончилось, он вышел, чтобы сопровождать нас до покоев. В глазах его, на внешне спокойном лице, полыхало пламя азарта: так смотрят на то, что безумно интересно и притягательно. Всё-таки опасно быть универсумом: тот огонь таил не просто интерес, я читала звериное желание взрослого матерого самца. Невольно поежилась, постаравшись казаться невидимой.
В больших покоях, где мы теперь обитали, конечно, была своя ванная комната. Бэтти помогла мне омыться и переодеться к обеду. Едва-едва она закончила с волосами, которые, растрепавшись, требовали новой прически, как один за другим вошли мужчины: Этелхарт и все мои учителя, включая дирижера и танцмейстера.
Через несколько минут в сопровождении охраны несколько кухарок привезли на тележках еду. Пока шло занятие, в большую гостиную принесли круглый широкий стол. Вот его сейчас и накрывали. Всё как положено, со всеми приборами. Блюд только поменьше, но достаточно, чтобы не остаться голодными. Хотя мне после интенсивного занятия не очень-то хотелось есть.
Вино к столу не подавали. Ну, и правильно. Во-первых, у меня до сих пор при воспоминании о моем феерическом шоу и его продолжении внутри всё сжимается от подобия стыда и разочарования, но больше – от обиды на Этелхарта. Во-вторых, вино – всё же увеселительный напиток, а сейчас время для празднеств не подходящее.
Все были предельно серьезны. Мужчины тихо переговаривались, обсуждая сложившуюся обстановку. Тактики и стратеги, чтоб вас! А меня мучил только один вопрос – жизнь Шаэлин. Я собралась с духом и обратилась к Колдеру.
- Доктор Колдер, прошу прощения за вопросы, но слишком они мучительны. Вы осматривали Шаэлин? Считывали её? Когда вы займетесь её лечением? Видеть её такой невыносимо!
- Я понимаю вас, мисс. Я осмотрел и слегка считал мисс Шаэлин сразу после нападения, когда вас обеих принесли сюда. Должен сказать, вы поступили правильно. На тот момент самое главное было исполнено: вы спасли ей жизнь. Больше в сложившихся обстоятельствах я не мог сделать: срочно нужно было выехать для проверки магического щита. После обеда у нас с вами занятие. После него я восстановлю свои силы и основательно займусь состоянием Шаэлин. Честно признаюсь, мне тоже совсем не нравится, что она так долго без сознания.
- Спасибо, доктор.
Я едва сдержала слезы. Не хватало ещё всем показывать свою слабость! Ко мне уже стали относиться не просто как к очаровательной пленнице. Я для них – равноправный воин. Которого, правда, нужно подучить. Но города не сразу строятся.