Страница 20 из 55
– Ну, есть такое… но, мы ж не об этом сейчас, а о новой столице говорим. В общем, решили перенести столицу в то место, где Лидея с Лиденицей сходятся. А холмы, на которых сейчас город стоит, и тогда уже Королевскими звались – там большое охотничье угодье Семьи располагалось и городок, тоже еще эльфийских времен, стоял.
За время рассказа принца они успели подняться по пологому, но очень высокому холму, и вот тут увидели…
Прямо перед ними лежал Золотой Эльмер, или Королевские Холмы, это уж как кому больше нравится.
Город действительно располагался на разновысоких возвышенностях по левому берегу реки – с той стороны, с какой они к нему подходили, и уже основательно утвердился на правом. Река на окраине города раздваивалась и мягким изгибом более тонкой Лиденицы уходила влево, за спины путников – туда, где они ее перешли еще четыре дня назад в Аргилле. А сама Лидея, еще более широкая и царственная, после поглощения вод младшей сестры, стелилась вниз, по направлению к Заревому морю.
– Она такая широкая, что через нее мост без помощи магии и построить невозможно! – вещал принц, широким размахом руки указывая на реку: – Только вон тот, который составной на развилке, люди строили. Он так и называется Людской, – показал он на мост, что первым фрагментом соединял правый берег Лиденицы с образовывавшей раздел рек косой, а потом, еще несколькими проскакав по заросшим вербой и ивами островам, последним соединением взлетал на правый берег Лидеи.
– А вон тот, широкий самый, строили королевские маги, когда сюда перенесли столицу и город начал разрастаться. А тот, что кажется нереально воздушным, потому что весь резной от барельефов, еще эльфы. Ну и с названиями никто, соответственно, не заморачивался: Королевский да Эльфов мосты. Между ними, кстати, только Набережная и причалы для знати, а торговые вон там, внизу на развилке. Там и биремы все стоят – ледоход на Лидее уже закончен, хотя она очень сильная и полностью в наших местах почти никогда не замерзает, – Ли, вслед за рукой Вика, обвел глазами широченную гладь реки.
Хотя вода и была неуживчиво бурной, холодного темно-серого цвета, но на ней вполне бойко уже суетились суда. В большинстве своем они шли под сложенными парусами и маневрировали с помощью весел, пристраиваясь к причалам, но несколько из них проходили мимо, гордо выпячивая разноцветные раздутые полотнища на самой середине реки.
– На двух самых высоких холмах расположены Королевский дворец и Главные храмы. В центре, самый высокий Светлому, слева же от него Странницам, а правее Темному. Все Храмы окружены обителями, а у Светлого, есть еще и Орден рыцарей. А вон Ратуша, и рядом большое пространство меж трех холмов, поближе к реке – это Главная рыночная площадь. А во-он! Под стенами королевской резиденции, плац и казармы. С другой стороны, меж соседними холми – Большая арена, на которой турниры и представления актеров проходят, – Виктор водил рукой, показывая Ли главные достопримечательности столицы.
Город действительно был огромен и очень красив, особенно в такой солнечный и ясный весенний день. Большинство домов, малый круг охранных стен, большой – вокруг большей части левобережного города, высоченные квадратные башни, да и сам Королевский дворец были сложены из знаменитого охряно-красного кирпича. Только Храмы Светлого и Странниц выделялись своей белизной – то тут, то там, по всему городу, да еще башня Темного чернела на одном из холмов.
И становилось понятным, почему именно Золотой Эльмер – все пирамидальные крыши храмов, дворцового комплекса, ратуши, охранных башен и еще каких-то не обозначенных Виком строений были покрыты золотом, и сияли на солнце, аж до рези в глазах.
А еще, сквозь красное и золотое, пробивалась молодая зелень, делая яркий и сияющий город еще красивее.
– Так, пора двигать! А то мы и до вечера во дворец не доберемся. Это отсюда кажется, что недалеко, а как в город въедем и начнем с горки на горку скакать, то и дорога сразу станет в пять раз длиннее, – пробурчал Тай, в отличие от Ли видевший Эльмер уж полсотни раз с этого ракурса и в данный момент совершенно не впечатленный его красотами.
В столицу они въезжали через Северные ворота.
Сначала, правда, ехали долго по предместью, хорошо разросшегося за охранные стены. В отличие от предместий провинциальных городков, похожих более на сельские улицы, здесь все было, как и положено большому городу: и чистые мостовые, и кирпичные дома, крытые черепицей, да не менее двух этажей в высоту. И небольшие площади с фонтанами питьевой воды и торговыми палатками. И ни каких тебе огородов, свиней на улицах и стариков по лавочкам.
Если б сам Ли не знал, что они ворот еще не проезжали, то бы точно подумал, что они уже внутри!
Северный въезд они миновали без каких-либо проблем – Тай предъявил висевший у него на шее медальон стражникам и их пропустили даже без расспросов. Вик все еще не высовывался и, стараясь не привлекать к себе внимание, тщательно прикрыл тату волосами и надвинутой пониже шляпой. Лион уже не удивлялся подобному поведению принца – привык за многодневную дорогу, а только они тронулись, как он совсем забыл об этом.
И не мудрено – столько интересного его окружало! Раньше, когда Ли вынужден был бродяжничать, то всякие городские интересности его не волновали – главное было голодным не остаться, а по сторонам приходилось по другим поводам поглядывать. Надо было где-то подсуетиться и помочь за мелкую монетку, пока не разглядели, какой он доходяга. А иногда и приворовать приходилось, стараясь при этом не попасться на глаза не только обираемому, но и местному ворью. А где-то и просто спопрошайничать удавалось, опять же, держась подальше от внимания нищенствующих хозяев этого места.
А теперь, сытый и довольный, с надежными друзьями рядом, да с высоты собственного коня, что ж не поглазеть на окрестности?
Сначала они ехали районом мелких ремесленников. По какой бы улице они не продвигались, сразу становилось ясно, чем местный люд на жизнь зарабатывает. То в открытые ворота проглядывали гончарные круги со склонившимися над ними мужичками, с лихо работающими ногами, раскручивающими ось. То из-за забора валил пар и дым, и слышались удары молота, давая понять, что там кузница. То вонь и разноцветные ручейки, сбегающие из-под ворот в уличный сток, однозначно указывали на кожевенную мастерскую.
Потом пошли торговые улицы. И так интересно было заглядывать, проплывая мимо на высокой спине коня, в специально незанавешенные окна! В одном широко открытом, чтоб поймать больше дневного света, виднелись скошенные столы, за которыми, шустро водя перьями, переписчики делали копии – это книжная лавка. В следующем застекленном проеме уже красовались разнообразные шляпы, одетые на круглые болванки на подставках, и их яркие перья и ленты дружно всколыхивались, если в дверь магазинчика кто-то входил. В другом окне за стеклом разными цветами отсвечивали горки сладостей и ломтиков засахаренных фруктов – кондитерская, не иначе! Такие заведеньица Ли брал на особую заметку.
Периодически они проезжали небольшие площади, на которых с восточной стороны возвышался Храм Светлого или одной из Странниц, а посередине плескался фонтан. Площади эти окружали, преимущественно, продуктовые лавки, трактиры и кабачки, а за одним из угловых домов, как правило, стыдливо пристраивался красный фонарь, по этому времени суток пока незажжённый.
Деревенские торговцы зеленью и овощами, молочными продуктами, свежим мясом и рыбой, по раннему утру заполнявшие такие вот места своими телегами и повозками, теперь, по полуденному часу, все уже почти разъехались. А если кто и задержался, то, это какой-нибудь неудачник, сдающий за бесценок не проданный товар хозяевам местных трактиров и лавок, у которых, как известно всем, имелись ледники в глубоких подвалах под холмом.
Только цветочницы со своими корзинами оставались на месте или собирались в путь в более богатые кварталы – их товар пользовался спросом, вплоть до самого вечера.