Летающий аттракцион

Дальше я бежал на второй этаж. Стоит наш двугорбый как–то уныло и как будто просит помощи у меня. Встал я напротив, стал план обдумывать. Вспомнил, что раньше было. Затем я стал внимательно панельку с квадратиками осматривать. Красный квадратик, помню, что подымал аппарат, синий – вращал, а вместе останавливали. Но моя задача другая – чтобы он улетел отсюда. А тут я слышу, что кричит кто-то: «Петр, ты проверь второй этаж и чердак, а я по первому пройдусь, не остался ли бомж какой. Про кошек не забудь, в прошлый раз одну спасали». Вот этот момент самый страшный был. Ну, думаю, если обнаружат Кочку, то обязательно полицию или военных вызовут и все заберут, а если меня заметят, то в три шеи вытолкают. Тогда я быстренько забаррикадировал входную дверь на чердак со стороны центрального входа, для надежности к двери поставил две подпорки из досок. Потом люк внизу завалил, что вел из квартиры второго этажа, барахла всякого нанес, сколько мог. Огляделся, всё, думаю, не заберутся на второй этаж, да вовремя вспомнил, память у меня зрительная хорошая, вспомнил, что сбоку дома пожарная лестница вела прямиком на крышу. Тогда я потихоньку гусиным шагом по крыше к этому месту пробрался, палку длинную держал. Хорошо, что догадался палку взять, так как пожарная лестница хотя и была хилой, но без рычага её не возьмешь. Короче, этим рычагом я и оторвал верхнюю часть пожарной лестницы, и она повалилась вниз и повисла дугой между первым и вторым этажами. А мне этого и нужно – по такой лестнице никто не залезет. На всю эту суету много времени ушло, минут тридцать. Забрался я обратно на чердак. Слышу – скребется кто-то на чердак со стороны второго этажа. Долго так скребся, а потом слышу громкий голос: «Дом перекосило, невозможно на чердак пройти». «Попробуй с улицы» – отвечает голос постарше. Дальше слышу, чертыхается кто-то уже с улицы. Ну, думаю, пронесло.

Продолжил я панель управления осматривать и понял, почему Костик не сразу остальные кнопки нашел. Первая панель управления утоплена внутрь корпуса, наверное, чтобы при полете не повредилась, и эта панели отдельной планкой закрыта. Но, оказывается, была и вторая панель, я её рядышком нашел. Но, теперь-то я знал что делать, сбоку на неё нажал и новый пульт открылся, а там три кнопки зеленые и возле каждой отметки и надписи свои. Нажал на первую кнопку, пульт загорелся и надпись видна: «Готов к автоматическому полету». Обрадовался я ужасно, именно это мне и нужно, чтобы он сам на автопилоте улетел.

В это время я услышал первый удар с другой стороны дома. Весь дом так ходуном и пошел. У меня поджилки затряслись. Завалит, думаю. Струхнул я и дальше делал все, как во сне.

– Раз он готов к полету, то и я готов, – подумал я, и нажал соседнюю кнопку. А тут сразу три надписи высветились: «Включить двигатель» и «Ввести дальность», «Ввести высоту». Я жду и аппарат, тоже чего-то ждет, не двигается. Несколько минут я так ждал, а надписи все горят.

Тут дом во второй раз долбануло. Мне, наверное, мозгов прибавилось. Я быстренько цифры набрал. Про дальность решил, что близко нельзя, а далеко не найдешь, поэтому я и выставил цифру 5, а рядом написано – км, понимаю, что это километры, ужасно люблю пятерки получать. Затем про высоту подумал, высоко нельзя, с самолетом столкнется, а низко – тоже нельзя, в холмы врежется, и поставил я цифру 200, а рядом стояла буква "м", метры значит. Я на пол сел, ничего не происходит, сижу, жду. Потом сам себе говорю, что какой же я ужасный болван, ведь аппарат мне сам подсказывает, что двигатель включить нужно. Тогда я вскочил и на первом пульте нажал все те кнопки, что Костя нажимал. Антенны выдвинулись веером. Все как раньше повторил, корабль на метр завис, я сам в сторонку попятился, всю грязь собрал, бабуля потом ужасно ругалась. Сам в угол прижался и жду. Тут что-то щелкнуло, корпус вздрогнул. Смотрю и вижу, что сверху аппарата две створки открылись, как у ракушки. Потом вижу, а антенна как–то очень плавненько складывается в веер, и в внутрь спряталась, а створки сами в аппарате закрылись, а в потолке открылись. Ну, думаю, угадал я этот кроссворд. Затем не пойму, что было, дом так тряхнуло от гири, что я в сторону отлетел и ударился, а аппарат медленно через дыру полетел. Я быстренько стол стал искать, чтобы поставить и в дыру выглянуть, да не до этого было, слышу «Бух!». Всё, думаю, пора ноги делать».

Когда Сережа сказал, что аппарат через дыру полетел, лица всех изменились. Костя радостно потирал руки, Андрей тихо закричал: «Ура!», а Иришка стала приплясывать. Санек тут же стишок придумал:

«Раз, два, три, четыре,

Долго гирей били,

Раз, два, три, четыре

Аппарат забыли,

Раз, два, три, четыре,

К небу все уплыли!

Иришка испуганно спросила: «А ты сам-то как выбрался?».

Сережа продолжал: «Ясное дело, что я до чертиков рад был, что нашего двугорбого от явной смерти спас и даже руками стал, как на стадионе жестикулировать, да тут понял, что закрыт, забаррикадирован, без лестницы, и сделал это я сам, своими руками. А снаружи гиря огромная летает! Самое главное, что времени разбирать свои же завалы, совсем не было. Как-то мне тогда не по себе стало, всех я вспомнил: маму, папу, бабушку и припомнил о том, что пишут и бывает перед смертью».

При этих словах Сережа подошел к двери и приложил ухо, и, поняв, что никто не подслушивает, продолжал свой удивительный рассказ: «Вы только моей бабушке ничего не рассказывайте, у неё сердце слабое. Там, на чердаке я про неё вспомнил, так и её любимую поговорку вспомнил: «Если голова на месте, то и руки правильно растут». Сообразил я, что нужно делать, выбрался на крышу через лаз – окно в центре чердака, потом поехал пузом по крыше к краю. Посмотрел вниз, вижу, груда песка лежит, подполз поближе, ухватился за край крыши и с крыши упал на кучу песка. А в песке ящик валялся, вот об него я ударился и поцарапался. Хорошо еще, что ничего не сломал, ушибом отделался!».

– Слава богу, что жив остался! – Иришка ужасно переживала. – А бабушке что ты сказал?

– С бабушкой всё окей! – Сережка перешел на шепот. – Я ей рассказал, как в кино, помните, скользко, шел, упал, рукой об ящик ударился. В это время раздался небольшой стук в дверь, и вошла бабушка с большой тарелкой, полной пирожков: «Ешьте ребятки, тут всем хватит и собачкам тоже» – с этими словами она протянула пирожок Пузику и Тузику. Они в знак благодарности завиляли хвостами.

Когда бабушка ушла, Ира с набитым ртом с пирожком сказала, как бы промычала: «Сережа, ты такой значительный и смелый, что нет слов! Думаю, что всю последующую жизнь тебе будет, чем гордиться, ты спас не просто аппарат, а, может быть, будущее всей науки! Да что науки, всего человечества!». Возможно, что это было пророчество.

Андрей потирал руки и тихо произнес: «Серега, а где же он теперь, этот верблюд двугорбый?».

– Если бы я это видел, то уж наверняка ничего больше в жизни не увидел, я бы остановился, вот тут меня бы приплющило и раздавило, видел гиря какая не слабая?

– Извини, Сережка, наверное, ты прав, – еще тише произнес Андрей.

Костя улыбался и о чем-то сосредоточенно думал вслух: «Вспомни, Сережа, какие цифры ты набрал?».

– Дальность – 5 километров, а высота – 200 метров, – ответил Сережа.

– Насчет дальности ты был прав, а вот с высотой немного погорячился, пониже нужно было? Понимаешь? – Костя размахивал руками.

– А почему 200 метров, – это много? – не понял Андрей.

– Потому, что здесь у нас холмов не так много и такая высота издалека просматривается и на радарах видна. Ну, ладно, авось пронесет! – многозначительно произнес Костик. Он подошел к окну и продолжал рассуждать. – Теперь нужно понять, в какую сторону полетел наш «Кочка».

– А что тут понимать! – удивился Сережа. – Я хоть и забился в угол, когда он улетал, но направление четко могу определить – в противоположную сторону от меня!

– Так! – обрадовался Костя. – Тащи бумагу и карандаш. Он еще раз посмотрел в окно, нарисовал дом, в котором они находились и тот дом, который разрушили. – Так, Серега? Теперь изобрази, где ты находился. Сережа, не долго думая, поставил на рисунке крестик и стрелку: «Крестик – это где я стоял, а стрелка – направление полета».