Страница 193 из 201
Серебристое марево обволокло на мгновение. Девушка проморгалась. Прямо перед глазами маячила темная дверь. Вопреки ожиданиям, не слишком похожая на внушительные двери, ведущие в кабинеты Аорриэля или Гораса, не говоря уже про комнаты императора. Лани огляделась, отмечая кожаный диван и кресло в углу. Сквозь высокое узкое окно били солнечные лучи. Умеют же убирать во дворце. В потоке света не плавало ни одной пылинки. На стене висел какой-то веселенький летний пейзаж. На небольшом столе лежали документы. Кажется, портал привел во внутренние покои. Девушка кивнула своим мыслям. Все верно. Ее же предупредили, что охрана не потребуется. А в приемной всегда полно народу, что с точки зрения заботящихся о жизни и здоровье шатенки мужчин было крайне небезопасно.
Лани потянулась к темной, с небольшим блеском дверной ручке, но тут до нее донеслись голоса. «Совсем уже ничего не соображаю», — девушка покачала головой, наконец, заметив широкую щель между полотном двери и косяком. Она подняла руку, чтобы постучать, но замерла. Может быть, стоит сейчас вернуться обратно и зайти попозже? Когда Ксал будет один? С другой стороны, а что если потеря времени окажется просто критической? Шатенка решительно шагнула вперед.
— Ты, действительно, уверен, что это сделала она?
Пальцы задрожали и застыли, так и не коснувшись матового лакированного дерева. Лани нахмурилась, прислушалась. Интересно, что в кабинете мог делать Горас, который, судя по уверениям Аорриэля, во дворец сегодня не собирался, крепко пристегнутый к морскому побережью планами и прожектами неугомонного, иногда чрезмерно активного эльфа?
— Никаких сомнений. Документы были переданы Лани. Она очень убедительно сыграла свою роль. Но доказательства просто нерушимые, — голос Ксала звучал печально, но уверенно, — Да и лорд Аорриэль согласился, хотя ему, конечно, было тяжелее всех принять подобное предательство.
Тихим шорохом осыпались вниз кусочки жизни, словно облетела старая штукатурка. Взмах руки, и девушка стоит в парке, на любимой поляне, все также сжимая в кулаке злополучный конверт. Стиснутые побелевшие пальцы разжались, выпуская бесполезную вещь. Магически защищенный лист расправился, спланировал вниз, зацепился за острый шип цветущего огромными золотистыми шарами куста и застрял.
«Что она здесь делает?» — Лани недоуменно оглядела лужайку среди высоких деревьев. Взглянула зачем-то вверх. Бездонное синее небо все также было над головой. А ей показалось, что оно рухнуло вместе с ее придуманной жизнью. Не осталось ничего и никого. В груди ворочалась и цепляла острыми когтями дикая оглушающая боль. Слишком сильная. Такая отчаянная, что даже нараставшие потоки силы затихли, свернулись клубками внутри, подчиняясь владелице. Лани тихо засмеялась. Кто бы мог подумать. Она, глупая, еще и торопилась. А все уже решено. Возвращаться некуда. Незачем. Сколько раз жизнь должна будет повторить для нее этот урок? Она — плохая ученица. Все никак не усвоит. Что теперь? Спрятаться. Куда? Как? Девушка машинально взглянула на руку и замерла.
— Прости, — легкая извиняющаяся улыбка. Змейка возмущенно зашевелилась, но ничего сделать не успела. Девушка ласково поцеловала чешуйчатую головенку. В следующий миг перстень, который по уверениям всех и каждого снять было невозможно, даже с мертвого, соскользнул с пальца.
— Спасибо. Я буду скучать. Прости.
Хранитель возмущенно зашипел и пополз по траве, пытаясь нагнать свою подопечную. Но еще один взмах рукой, и та шагнула в распахнувшийся портал, оставив змейку трясти погремушкой и отчаянно призывать на помощь.
Окраина парка. Беседка, увитая странным пушистым растением с резными листьями. Оглушительное пение птиц. Лани вышла на яркий солнечный свет, прикрыла рукой заслезившиеся глаза. Огляделась и шагнула на опушку. Обернулась назад, туда, где виднелись башни дворца. Может быть, стоит вернуться? Попытаться убедить? Она отрицательно покачала головой в ответ на свои мысли. Бесполезно. Выросшие среди интриг и предательства не смогут поверить. А быть за решеткой…. Перед глазами мелькнули туманные тени. Девушка обхватила ладонью шею, словно вживую почувствовав на ней жесткую хватку холодных крепких пальцев. Разноцветные глаза открылись с наслаждением впитывая бирюзу неба, изумруд луга, за которым стояла, как она знала магическая защита от непрошенных гостей. Золотой луч скользнул вниз, сворачиваясь клубком на ладони. Шатенка аккуратно намотала конец нити на руку и тут же вокруг засияли мелкие искорки, полностью скрывая под собой опустившую плечи фигурку, пряча ее от глаз внимательных стражей.
Быстрый бег через луг. Когда была пройдена магическая стена, Лани не заметила. Магии она не видела, а по траве и не заметно было. Девушка остановилась лишь, когда золотистый луч истончился и задрожал, а у ног раскрылось огромное ущелье. Солнечные искры истаяли, потеряв свою силу. Придется ждать ночи. Разноцветные глаза с тревогой оглядели пустое пространство. Здесь ее точно заметят и поймают. Лучше уж тогда вниз головой. Неплохая, кстати, идея.
Шатенка опустилась на колени и выглянула за край. Затем с трудом надорвала зубами подол, и принялась дергать ткань в стороны, пока не получила длинную ленту. Еще несколько минут ушло на то, чтобы сделать из одного куска два, и обмотать ладони. А потом девушка медленно скользнула вниз, впиваясь пальцами и ногтями в каменный ребристый край. Путь в пропасть казался страшно долгим. А может и был таким. Лани не знала, сколько она ползла, несколько раз практически срываясь и скользя на несколько метров вниз по склону, а потом чудом цепляясь за очередные кустики, корни или выступы. Повезло еще, что какой-никакой, а уклон у этого обрыва был. И хорошо, что не отрицательный.
Да и ветер постоянно дул в спину, поддерживая, не давая пошатнуться и отправиться в свободный полет. Увы. До намеченной цели добраться не удалось. После очередного неконтролируемого скатывания присмотренное отверстие оказалось значительно выше. Но сбоку, в нескольких метрах, Лани заметила довольно приличных размеров дыру, за которой оказалась крошечная пещерка. Девушка заползла в нее, морщась от боли в содранных коленях, и свернулась на небольшой площадке, отодвинувшись на максимально возможное расстояние от входа. И закрыла глаза. Темнота, хоровод звуков и теней, то приближавшихся и начинавших душить, то отходивших в сторону и смотревших с презрением. Тихий всхлип раздался в тесном пространстве и растаял.
Разноцветные глаза открылись, с недоумением взглянули на серую пыльную стену, скользнули по изрезанному неровными трещинами потолку, а потом в них полыхнула боль. И без того свернувшееся в калачик тело еще больше сжалось. Лани вцепилась зубами в костяшки пальцев, чтобы не закричать в голос. Горько, обидно и жить не хочется. Она задумчиво поглядела в узкое неправильной формы отверстие. Лететь недолго ведь. Пусть и вертикально вниз. Мотнула головой. Нет. Не вариант. Обрекать душу на вечное проклятие Лани не собиралась. Да и, несмотря на все, мир было жалко. А что будет при самоубийстве хранительницы, она себе даже представить не бралась. Но понятно, что ничего хорошего.
Стоп. Свет. Откуда? Как же все болело. Девушка скрипнула зубами, когда от окровавленных коленей при попытке сдвинуться оторвался присохший к ссадинам подол платья. Точнее, то, что от него осталось. Стараясь держаться сбоку от отверстия, Лани подобралась к выходу. Аккуратно выглянула наружу, тут же спряталась назад, зажмурив глаза, чтобы не заплакать. Усталость, моральная и физическая, сыграли с ней страшную шутку. Шатенка потерла рукой лоб, не замечая, что оставляет на нем грязные буро-серые полосы. Сморщилась и тихо чихнула, прикрывая рукавом, не менее пыльным, чем сама пещера, рот. Вздохнула и чуть слышно всхлипнула. Что теперь делать? Луны уже нет. Она ушла вместе с ночью. А силы самой Лани, увы, не безграничны. Создать солнечную нить она в ближайшее время не сможет. Попробовать спуститься самой по склону? Увы. То и дело мимо пещеры, на мгновение заслоняя свет, пролетали крупные тени. Демоны уже начали поиски. Ее просто схватят и доставят, куда нужно. При условии, что она до того не свалится вниз вместе с очередной обсыпавшейся каменной осыпью. Хотя. Скорее всего, и в этом случае ее в воздухе поймают и отнесут во дворец.