Страница 5 из 126
Девушка легонько повела головой из стороны в сторону, пытаясь расслабить мышцы, продолжая при этом вникать в разговор придворных дам. Хотелось потереть занывшие от напряжения виски, но она терпела. Все-таки эта была чуть ли не единственная практика за весь день. Вечером на балу проще было удавиться, чем понять что-либо в общем гомоне, а в остальное время повелительница демонов со своими поданными практически не общалась. А буде такое случалось, то в ход шел все тот же всеобщий. Зацепившись за странное сочетание Элия нахмурилась. Неужели она неправильно поняла слово, и оно обозначало действие, а не предмет. Или, как в английском языке, это могло быть и то, и другое? Поставив в голове пометочку, повелительница окончательно отключила загрузившееся сознание от внешнего мира, повторяя про себя названия находившихся в столовой предметов, застопорившись на камине, ноже и люстре. Первое слово она просто не знала, а последние два банально забыла.
Женщина повозила вилкой по оставшемуся на блюдечке крему, огляделась вокруг, вытянула шею и чуть склонила в сторону голову, выглядывая золоченую тарелку своего мужа за вазой. Вздохнула. Как и обычно, повелитель с насыщением пищей не спешил, получая максимум удовольствия от пребывания в тесной компании своих обожателей. Карие глаза пробежались по огромному циферблату стоявших на камине платиновых часов в виде странного лохматого зверя. Губы на миг скривились. Предстояло сидеть еще не менее получаса. И это при том, что есть уже было нечего. Девушка зажмурилась, а потом печально посмотрела на столешницу цвета темного шоколада, убрала с нее руку, наблюдая за постепенно исчезавшим с лакированной поверхности следом от ее пальцев. Интересно, почему здесь не принято стелить скатерть?
Громкий звяк вилкой вырвал из нирваны размышлений и повторения все еще небогатого словарного запаса. Повелительница демонов вскинула голову и посмотрела на возвышавшегося над столом чем-то недовольного супруга. В янтарных очах множились алые точки. Быстро пробежавшись взглядом по придворным, женщина задержалась на съежившейся фигурке. Понимающе кивнула самой себе. Кажется, новенькая демонесса еще не привыкла к строгим порядкам двора, не сразу показывавшего свое стальное нутро, замаскированное плюшем и шелком, вот и осмелилась на некую вольность, а теперь сидела, вжавшись в кресло, розовея щеками и закусывая очаровательную губку. Элия тихонько улыбнулась, но тут же пригасила эту непозволительную эмоцию. Даже этой, по сути еще девочке, пробовавшей себя во взрослой жизни, ни она, ни ее сочувствие не были нужны.
Повелительница оценивающе уставилась на дольки сине-зеленого в черную полосочку фрукта и мысленно попыхтела, жалуясь на бессердечную судьбу, устроившую все так, что в качестве последнего блюда подали эту, вызывавшую легкую тошноту, гадость. Рисковать уже съеденным не хотелось, так что пришлось откинуться в кресле, дожидаясь развязки разыгрываемой сцены. За судьбу провинившейся красотки правительница особо не волновалась. Муж тираном и идиотом был исключительно по отношению к своей так называемой второй половинке. Царственный брюнет полыхнул очами, что-то рявкнул. Кажется, велел следить за манерами. Точно Элия не поняла. Развернулся к выходу, под взглядами оставшихся стоять у стола вскочивших гостей, а потом, уже у самых дверей оглянулся и выдал рубленую фразу, после которой молоденькая демонесса расслабилась, стекая по спинке кресла и машинально накручивая на палец белоснежную прядь с изумрудными, в цвет глаз, искорками, а остальные стали смотреть на виновницу переполоха более благосклонно. Еще раз мысленно проговорив то, что удалось разобрать, владычица скорее догадалась, чем поняла, что вроде бы указанной придворной даме разрешили присутствовать и на следующем обеде. Как и ожидалось, ничего страшного не случилось. С довольным выдохом повелительница демонов просочилась в пространство между креслами и, привычно скользя взглядом поверх голов присевших лордов и лордесс, прошествовала к выходу.
Оказавшись за ближайшим поворотом, девушка с облегчением ссутулилась и несколько раз подняла и опустила плечи. Не привыкла она еще к требуемой здесь идеальной осанке. Спина начинала ныть, а руки немели. Намотав на запястье ленту уже набившего оскомину шлейфа, Элия с недоумением пару секунд разглядывала вышитые на ткани драгоценными разноцветными камнями цветы, перестав, наконец, удивляться весу своего одеяния. Как она не обратила внимания на это излишество на пути в столовую, осталось загадкой. Фыркнув, императрица бодро зашагала к собственным апартаментам, напевая: «На сытенькое пузико совсем другая музыка». Права была бабушка, от которой и досталась в наследство эта прописная истина. Сегодня проблема с питанием была решена. Однако расслабляться не следовало. Предстояло позаботиться о нем же на завтра.
Голубые покои встретили идеальной чистотой и свежестью. Владелица комнат понимающе хмыкнула: «Ежедневный обыск закончился», потянулась руками к застежкам, размышляя, что еще пару месяцев, и она, наконец, сможет соединить руки за спиной в замок. Все-таки тренировки каждый день…. В гардеробе на глаза попалось серенькое платьице с непышной юбкой. Его-то Элия и надела. Замоталась в длинный мягкий палантин изумрудного цвета, даже не заморачиваясь о том, насколько все это вместе смотрелось. Если ее пугалом терпят на всяких мероприятиях, то и сейчас ничего страшного не случится. Отвернутся, в крайнем случае. Поднимать с пола надоевший обеденный наряд не хотелось. Брезгливо подопнув дорогую ткань ногой, молодая женщина со вздохом наклонилась и все-таки перебросила груду драгоценной вышивки и камней на кожаное кресло. Открыла боковую дверь и начала спуск по бесконечной винтовой лестнице.
========== Глава 2: Тайная жизнь ==========
Иногда человек ловит себя на том, что оказался в совершенно необычной ситуации. Пусть ты шел к этому постепенно и естественно; когда уже возврата нет, ты вдруг удивляешься: как это я умудрился попасть в такое положение?
Тур Хейердал
Владычица аккуратно переступала ногами по серым, выложенным в виде геометрического узора мелкими плиточками, ступеням, держась за тонкие черные с серебром поручни. Изредка она останавливалась и перегибалась через перила, чтобы еще раз посмотреть на видневшуюся далеко внизу, пока не спешившую приближаться огромную пальму, отличавшуюся от прочих особой мохнатостью ствола. Листья не только увенчивали ее макушку, но и щедро украшали толстый волосатый коричневый стволище. Молодая женщина спускалась, время от времени тихо выдыхала, оглядывая приятный голубоватый полумрак без следа доставшей ее позолоты, замирала в тишине, признаваясь себе, что несмотря на затяжной спуск, это было самое любимое место во дворце. К тому же, оно не посещалось прочими его обитателями. Ибо имело только две точки входа-выхода. Покои императрицы с одной стороны, парк с другой. Никаких промежуточных «станций».
«Нет, определенно, вопрос с питанием надо решать», — Элия попыталась взъерошить волосы, натолкнулась на гладко прилизанные пряди и недовольно зашипела, остановилась и глубоко задышала. Улыбнулась в никуда и шагнула на следующую ступеньку. Сколько их там еще осталось? По ее подсчетам выходило, что покои повелительницы располагались на высоте этажа пятнадцатого, если сравнивать с предыдущим местом жительства. И никого не волновало, как новая владелица этих апартаментов будет передвигаться. В первую очередь потому, что сами демоны предпочитали летать. Окон в замке было раз в двадцать больше, чем дверей. Разумеется, им и в голову не могло прийти, что у кого-то могут возникнуть проблемы. К счастью, разветвленная система лестниц вела на все этажи, но их количество заставляло Элию печально вздыхать и задумываться, как с этим обстояло дело у слуг. Или они тоже летали? А вот императрице приходилось топать и топать. Девушка усмехнулась, поглядывая на тонкие прозрачные пальцы, с которых в последнее время кольца скатывались, не задерживаясь. Служанкам приходилось долго подбирать нужный размер, так как магическим изменениям украшения подвергать было чревато. Ничего странного в том, что она худеет и худеет. Двухразовое питание и такие физические нагрузки кого хочешь в тростиночку превратят. Точнее, в скелетик, призналась себе и вытянула руку в направлении резного изумрудного листа, коснулась гладкой мясистой поверхности: — Привет, подружка. Как ты тут? Никто не забегал?