Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 79 из 114

- Я прошу прощения, что на тебя набросилась. Ты хочешь как лучше для стаи. Я это знаю.

- Ты все еще думаешь, что я глупец, мечтающий о бескровном перевороте.

Я встала на цыпочки и чмокнула его в губы.

- Не глупец. Но наивный, ужасно наивный.

- Это все очень трогательно, ma petite. И я благодарен за твое вмешательство, Ричард, но это мой народ. Я обещал им некоторую свободу, когда они присоединились ко мне. Я снова спрашиваю. Вы можете положить их обратно?

Я повернулась к Жан-Клоду, опираясь одной рукой на грудь Ричарда.

- Я не знаю.

- Тогда я советую вам. поскорее это узнать, ma petite.

На мой вкус это было слишком похоже на угрозу... но за вышибалой Лив стояла фигура, от которой я не могла оторвать глаз. Я подошла поближе, открыла рот, но сказать ничего не могла. Наконец, превозмогая стеснение в груди, я произнесла это:

- Вилли Мак-Кой, подойди ко мне.

Вилли вышел из-за спины светловолосой вампирки, все в том же шартрезовом костюме, в котором был в клубе. Кажется, его карие глаза меня видели, но не было в них той искры, которая и была Вилли. Его самого там не было. Будто двигалась марионетка, а я была кукловодом. Какой-то горький вкус появился у меня во рту, глаза стало жечь.

Я остановила Вилли за два фута от себя. Достаточно близко, чтобы не притворяться и не желать, чтобы он отошел. Горло сдавил спазм, по лицу потекли слезы, жгущие, как кислота.

- Не хотелось мне этого знать, - шепнула я.

Жан-Клод подошел и встал рядом со мной.

- Вилли, - задрожал в комнате его голос. Вилли затрепетал, как резонирующий микрофон. - Вилли, посмотри на меня.

Пустое и знакомое лицо медленно повернулось к своему Мастеру. Что-то мелькнуло в глазах, что-то, для чего у меня нет названия.

- Вилли, - сказала я, - смотри на меня.

Мой голос был куда менее эффектным, чем у вампира, но Вилли повернулся ко мне.

- Нет, - сказал Жан-Клод, - смотри на меня, Вилли.

Вилли замялся в нерешительности.

- Вилли, - сказала я, - иди сюда.

Я протянула руку, и он шагнул ко мне.

- Стой, Вилли, не ходи к ней, - велел Жан-Клод.

Я сосредоточилась на водовороте силы внутри меня, той силы, которая давала мне поднимать мертвых, и отдалась ей. Она хлынула из меня, я звала к себе тело Вилли, и что бы ни делал Жан-Клод, он не мог его отвернуть.

- Прекратите, - сказал Ричард. - Он. не кукла.

- Он и не живой, - возразила я.

- Все равно он не заслужил такого обращения.

Я молча согласилась и повернулась к Жан-Клоду.

- Он мой, Жан-Клод. Они все мои. Когда настанет ночь, они снова будут вашими, но эти пустые оболочки - мои. - Я шагнула к нему, и вихрь силы хлестнул наружу.

Жан-Клод со свистом вдохнул сквозь зубы и отшатнулся, подняв руку, будто я его ударила.

- Никогда не забывайте, кто я и на что способна. И чтобы между нами больше не было угроз, или эта будет последней.

Он глядел на меня, и на краткий миг в этих глазах впервые мелькнуло нечто, чего я никогда там не видела. Страх. Страх передо мной. Это хорошо.

Вилли глядел на меня пустыми ждущими глазами. Он был мертв, мертв по-настоящему. Слезы, горячие и горькие, текли у меня по щекам. Бедный Вилли, бедная я. Он не был человеком. Столько времени мы были друзьями, и вот он мертв, просто мертв. Черт побери.

- Так что случилось с первым вампиром, которого вы подняли, ma petite? Почему вы не положили его обратно в гроб? - У него в глазах мелькнула догадка. Я видела, как она формируется в мысль и доходит до губ. - И как получилось, что расплавилась нижняя часть тела мсье Бувье?

Магнус Бувье был смертным слугой Серефины. Его работой было удержать меня возле ее гроба, пока она не встанет и не закончит со мной. Я потерла лицо, пытаясь остановить слезы. Когда плачешь, это резко снижает эффект.

- Вы знаете ответ, - сказала я.

- Скажите это вслух, ma petite, я хочу услышать это из ваших уст.

- Кажется, я пропустил какую-то часть разговора, - сказал Ричард. - О чем это вы говорите?

- Скажите ему, ma petite.

- Вампирша схватила Магнуса за пояс и держала. Я хотела только, чтобы он меня не догнал, вот и все. Я выбежала из дверей наружу, солнце осветило вампирку, и она вспыхнула. Я думала, Магнус вернется внутрь, но он этого не сделал, он рвался за мной и вытащил ее на солнце.

От произнесения этого вслух легче не стало.

Я стояла среди мертвых, которых вызвала, обняв себя за плечи. Серефина мне все еще снилась по ночам. Все еще тянулся ко мне Магнус, умоляя спасти его. Если бы я застрелила его, то спала бы спокойно, но сжечь заживо - это пытка. А я пыток не устраиваю. К тому же Элли Квинлен уже поднялась как вампир, что делало ее живой с точки зрения закона. Я убила их обоих, и убила страшно.

Ричард смотрел на меня с выражением, очень похожим на ужас.

- Ты спалила и его, и вампира заживо?

Карий цвет в его глазах плеснул на поверхность, изменилась вся их форма - похоже даже на то, что это должно быть болезненно. Но если так, Ричард этого не показал.

- Я этого не хотела, Ричард. Я не думала, что так будет. Но чтобы сбежать от Серефины, я бы сделала все, Ричард. Все.

- Не понимаю.

- Знаю, что не понимаешь.

- Ничего нет стыдного в том, чтобы выжить, ma petite.

Я повернулась к Жан-Клоду. На его лице не было потрясения. Оно было прекрасным и непроницаемым, как у куклы.

- Если так, почему я ничего не могу прочесть на вашем лице?

Оно снова ожило. Выражение глаз было таким, как я ожидала. Страх и удивление, но глубже всего - тревога.

- Так лучше?

- Да. - Я нахмурилась. - Что вас тревожит?

Он вздохнул:

- Честность всегда наказывается, но обычно не так быстро.

- Ответьте, Жан-Клод.

Он оглядел вервольфов, ждущих за спиной у Ричарда.

- Никто никогда не должен говорить о том, что здесь было. Никому.

- Почему? - спросил Ричард.

- Это будет неприятно для ma petite.

- Верно, - сказала я, - но вы не поэтому. Смущать меня вы не против. И вообще это была бы колоссальная угроза для всех ваших вампиров. Они бы напугались до судорог.

- В этом-то и дело, ma petite.

Я вздохнула.

- Перестаньте ходить вокруг да около и скажите просто.

- Я не хочу, чтобы это, - Жан-Клод махнул рукой на вампиров, привлекло к нам внимание совета вампиров.

- Почему? - хором спросили мы с Ричардом.