Страница 53 из 114
- Тебя злит что-то еще, помимо моего счета трупов, - сказала я.
- У тебя шашни с Принцем города. Отсюда ты и добываешь внутреннюю информацию насчет монстров?
Я сделала глубокий вдох и медленный выдох.
- Иногда.
- Ты должна была мне сказать, Анита.
- С каких это пор я должна докладывать в полицию о своей личной жизни?
Он только смотрел, ничего не говоря.
Я опустила глаза и стала рассматривать собственные руки. Потом подняла взгляд, и смотреть в глаза Дольфа оказалось трудно - труднее, чем мне бы хотелось.
- Что ты хочешь от меня услышать, Дольф? Да, меня тоже смущает, что один из моих кавалеров - монстр.
- Так брось его.
- Поверь мне, Дольф, будь это так легко, я бы это сделала.
- Как я могу тебе доверять твою работу, Анита? Ты же спишь с врагом.
- Почему все считают, что я с ним сплю? Неужели никто на свете, кроме меня, не может с кем-то встречаться, не ложась в постель?
- Извини за допущение. Но сама понимаешь, что такое допущение сделают многие.
- Знаю.
Открылась дверь - это вернулся Грили. Его глаза отметили снятые наручники, кофе на столе.
- Ведете светскую беседу?
- Как прошло заявление для прессы? - спросил Дольф.
Грили пожал плечами:
- Я им сказал, что миз Блейк сейчас допрашивают об обстоятельствах происшествия. Сказал, что вампиры здесь не замешаны. Не уверен, что они это съели. Продолжают добиваться разговора с Истребительницей. Это так они называют подружку Принца города.
Тут я вздрогнула. Как бы ни была успешна моя карьера, а в прессе я окажусь миссис Жан-Клод. Он куда фотогеничнее меня.
Дольф встал и сказал:
- Я забираю Аниту.
Грили ответил ему тяжелым взглядом:
- Я так не думаю.
Дольф поставил кофе на стол, встал и подошел вплотную к детективу. Голос он понизил, слышен был только хриплый шепот.
Грили покачал головой - "нет".
Еще шепот. Грили посмотрел, на меня злобно.
- Ладно, но она вернется в участок еще до утра, иначе это вам припекут задницу, сержант.
- Она вернется, - сказал Дольф.
Риццо смотрел на нас во все глаза.
- Вы ее отсюда увозите - и не в участок?
Даже я услышала обвинение в этом голосе.
- Таково мое решение, Риццо, - прорычал Грили. - Тебе ясно?
Каким-то образом Дольф взял верх в сравнении рангов, и Грили это не нравилось. Если Риццо хочет подставиться, чтобы на нем сорвали злость, флаг ему в руки.
Риццо слинял обратно к стене, но восторга не выразил.
- Ясно.
- Уводите ее, - сказал Грили. - Попробуйте черным ходом. Но не знаю, как вы уйдете от камер.
- Прорвемся, - ответил Дольф. - Пошли, Анита.
Я поставила чашку на стол.
- В чем дело, Дольф?
- Хочу, чтобы ты взглянула на одно тело.
- Подозреваемая в убийстве используется в расследовании другого дела? А начальство не будет писать кипятком?
- Я согласовал, - сказал Дольф.
Я посмотрела на него большими глазами:
- Как?
- Лучше тебе не знать.
Я глядела на него, он на меня, и я первой отвела глаза. Почти всегда, когда мне говорят, что мне лучше не знать, я понимаю это совсем наоборот. То есть что мне лучше знать. Но есть горстка людей, которым я в этом вопросе верю. Дольф один из них.
- Ладно, поехали, - сказала я.
Дольф позволил мне смыть с руки засохшую кровь, и мы поехали.
18
Я не склонна к пустой болтовне, но по сравнению с Дольфом у меня просто недержание речи. Мы ехали в тишине по шоссе № 270, только шины шуршали по дороге да гудел двигатель. Либо Дольф отключил радио, либо сейчас никто в Сент-Луисе не совершал преступлений. Я бы поставила на первое. Одно из преимуществ работы детектива спецподразделения - нет необходимости все время слушать радио, потому что большинство вызовов тебя не касается. Если Дольф кому-то будет нужен, его всегда можно найти по пейджеру.
Я попыталась держаться, чтобы Дольф заговорил первым, но через пятнадцать минут сдалась.
- Куда мы едем?
- Клив-Кер.
У меня брови поехали вверх.
- Слишком шикарное место для противоестественного убийства.
- Ага.
Я ждала продолжения. Его не было.
- Ладно, спасибо, что просветил меня, Дольф.
Он мельком глянул на меня и снова стал смотреть на дорогу.
- Через несколько минут будем на месте, Анита.
- Терпение никогда не было моей сильной стороной, Дольф.
У него задергались губы. Потом он улыбнулся. И наконец расхохотался коротко, резко.
- Да уж!
- Рада, что смогла поднять настроение, - сказала я.
- С тобой всегда хорошо посмеяться, Анита, когда ты никого не убиваешь.
Что сказать на это, я не знала. Слишком уж это было близко к правде, пожалуй. В салоне снова наступило молчание, и я не стада пытаться его нарушать. На этот раз оно было не напряженное, дружеское, чуть пронизанное смехом. Дольф больше на меня не злился - можно выдержать недолгое молчание.
Клив-Кер был старым районом, но не выглядел таковым. Его возраст выдавали только большие дома и обширные участки. При некоторых особняках были круговые подъездные дорожки и флигели для слуг. Некоторые новые дома, вползшие туда там и сям, иногда больших дворов не имели, зато отличались разнообразием: были тут и бассейны, и сады камней. Никакой штампованной архитектуры.
Олив - одна из моих любимых улиц. Мне нравится эта смесь бензоколонок, пончиковых, ювелирных магазинов, мерседесовских-дилерских контор, музыкальных и видеомагазинов "Блокбастер". Клив-Кер в отличие от других шикарных районов не ведет войны с бедняками. В этой части города объединяются и деньги, и торговля, где можно купить и дорогие антикварные вещи, и повозить детишек по "Мики-Д".
Дольф свернул на дорогу, зажатую между двумя бензоколонками. Она так резко уходила вниз, что мне захотелось нажать на тормоз. У Дольфа такого желания не возникло, и машина поскакала вниз по холму. Ладно, он полицейский, квитанцию за превышение скорости ему вряд ли выпишут. Мы, пролетели мимо новых домов у дороги: настоящий дорогой пригород. Дома все еще были разнообразны, но участки несколько съежились, и понятно было, что ни в одном из них никогда не было флигеля для слуг. Дорога пошла чуть вверх, потом выровнялась. Сигнал поворота Дольф нажал, еще пока мы были во впадине. Со вкусом сделанная табличка сообщала: "Кантрисайд-Хиллз".