Страница 38 из 114
- Именно.
Он это произнес так, будто не ожидал, что вампир просечет ситуацию. Но Жан-Клод если чего умел, так это выживать.
- Не отправиться ли нам тогда, ma petite? Нас ждет открытие клуба.
Он плавно повел рукой в сторону выхода, но за руку меня не взял. Посмотрел на Ричарда, на меня и вообще вел себя до ужаса хорошо. Жан-Клод жуткая заноза, а потому мне не понравилось, когда он стал пай-мальчиком.
Я обернулась на Ричарда.
- Пока. Если я тебя поцелую на прощание, у тебя опять помада размажется.
- На тебе и без того достаточно помады, Ричард, - сказал Жан-Клод, и я впервые за вечер услышала горячую нотку ревности.
Ричард сделал два шага вперед, и напряжение в комнате взлетело до потолка.
- Я могу снова ее поцеловать, если это тебя обрадует.
- Прекратите оба, - сказала я.
- Как вам угодно, - сказал Жан-Клод. - Она моя на весь вечер, и я могу себе позволить быть щедрым.
Руки Ричарда сжались в кулаки, первые струйки силы потекли в комнату.
- Я ухожу, - сказала я и пошла к выходу, не оборачиваясь. Жан-Клод успел меня догнать еще до двери. Он взялся за ручку, но потом выпустил, предоставляя взяться мне.
- Я все время забываю ваше предубеждение насчет дверей, - улыбнулся он.
- А я нет, - тихо сказал Ричард.
Я обернулась. Ричард стоял в джинсах, в облегающей футболке, с волнистой массой спутанных волос. Если бы я сейчас не уходила, мы бы сели, обнявшись, на диван и стали смотреть один из его любимых фильмов. У нас уже появлялись общие любимые фильмы, песни, пословицы. Может быть, прошлись бы при луне. Он ночью видел почти так же хорошо, как я. Может быть, потом мы бы вернулись к тому, что прервали перед собранием.
Жан-Клод переплел свои пальцы с моими, привлекая мое внимание. Я глядела в эти глаза, синие-синие, как небо перед грозой, как морская гладь, под которой лежат камни. Можно было потрогать эти три бусины и проверить, такие ли они древние. Мой взгляд ушел вниз, к бледному овалу груди. Я знала, что крестообразный шрам на ощупь гладкий и бугристый. Я смотрела на Жан-Клода, и у меня дыхание перехватывало. Он был дьявольски красив. Неужто всегда мое тело будет тянуть к нему, как подсолнух к свету? Может быть, но сейчас, стоя рядом и держась за руки, я поняла, что этого мало.
У нас с Жан-Клодом мог бы быть блестящий роман, но жизнь я себе представляла только с Ричардом. Любви одной - хватит? Если даже Ричард сможет убить ради того, чтобы остаться в живых, как ему будет мой счет трупов? Жан-Клод принимал меня с потрохами и с пистолетом, но я не принимала его. То, что мы оба смотрим на мир через черные очки, не значит, что мне это нравится.
Я вздохнула, и это не был счастливый вздох. Если сейчас я последний раз вижу Ричарда, мне надо было стиснуть его в объятиях и поцеловать так, чтобы он запомнил навеки, но я не могла. Держа за руку Жан-Клода - не могла. Это было бы жестоко по отношению ко всем нам.
- Пока, Ричард, - сказала я.
- Будь осторожна. - Очень одиноко прозвучал его голос.
- Вы с Луи сегодня вечером собирались в кино? - спросила я.
Он кивнул:
- Луи скоро придет.
- Ну и хорошо. - Я открыла рот еще что-то сказать, но промолчала. Я уходила с Жан-Клодом, и никакие слова этого изменить не могли.
- Я тебя подожду, - сказал Ричард.
- Лучше бы не надо.
- Я знаю.
Я вышла - чуть быстрее, чем надо, - к ожидающему лимузину. Он был белый.
- Ну, какой шик и блеск! - сказала, я.
- Я решил, что черный будет слишком похож на катафалк, - ответил Жан-Клод.
Эдуард тоже вышел и закрыл за нами дверь.
- Я буду на месте, когда буду тебе нужен, Анита.
Посмотрев ему в глаза, я ответила:
- Это я знаю.
Он еле заметно улыбнулся.
- Но ты на всякий случай оглядывайся, что у тебя за спиной.
- Это я всегда делаю, - улыбнулась я.
Он глянул на вампира, стоящего возле открытой дверцы лимузина.
- Не так хорошо, как я раньше думал.
И Эдуард ушел в темноту к своей машине раньше, чем у меня мог сложиться ответ. Но он был прав. В конце концов, монстры меня зацапали. Соблазнить меня - это почти так же хорошо, как убить. Или изувечить.
14
Название клуба "Данс макабр" горело красными неоновыми буквами почти восемь футов высотой. Они были выгнуты и наклонены под углом, будто их только что написала чья-то гигантская рука. Располагался клуб в здании старой пивоварни в Приречье, в здании заброшенном и пустующем многие годы. Единственная была соринка в глазу среди безупречно шикарных ресторанов, баров и дансингов, владельцами которых были в основном вампиры. Приречье еще называли Округ или Площадь Крови - последнее не произносилось вслух в приличной вампирской компании. Это прозвище им не нравилось - кто знает почему?
Толпа выплескивалась с тротуаров на проезжую часть, становясь все гуще, пока лимузин не был остановлен просто людской массой. Настолько плотной, что я даже заметила полисмена в форме, который пытался заставить людей пропустить машины. Я выглянула через тонированное стекло. А убийца здесь? Среди этих хорошо одетых и в хорошем настроении людей, ждет момента, чтобы меня убить?
Я открыла сумочку и достала "сикамп".
Жан-Клод глянул на пистолет:
- Нервничаете, ma petite?
- Да.
Он поглядел на меня, склонив голову набок:
- Да, вы действительно нервничаете. Почему один человек-убийца нервирует вас сильнее, чем все противоестественные создания, с которыми вы имели дело?
- Все остальные, кто хотел меня убить, хотели сделать это по личным причинам. А этот хочет меня убить, потому что для него это бизнес. Просто бизнес.
- Но почему же это пугает вас сильнее? Вы же будете одинаково мертвы, каковы бы ни были мотивы убийцы?
- Ну спасибо.
Он коснулся моей руки, сжимающей пистолет.
- Я же просто пытаюсь понять, ma petite, вот и все.
- Не знаю, почему это меня тревожит, - сказала я. - Тревожит - и все. Я хочу, чтобы у врага было лицо. Если тебя кто-то убьет, это не должно быть просто ради денег.
- То есть заказное убийство оскорбляет вашу моральную чувствительность? - спросил Жан-Клод. Голос его был вкрадчив, вежлив, даже чуть слишком, будто он смеется про себя.
- Да, черт побери!
- И вы при этом дружите с Эдуардом.