Страница 44 из 53
Но были и некоторые проблемы. Бард и Финни, видимо, не доиграли в рыцарей во время уборки и потому продолжили бой во дворе. Сначала садовник сломал новую лопату, потом после короткого выговора, двое оболтусов не успокоились и устроили перестрелку снежками. Когда Себастьян это заметил, пора было подавать чай, но и тут возникла небольшая проблема – юный господин почему-то выглядел очень грустным и даже почти не притронулся к яблочному суфле. Демон был уверен, что остановил развитие простуды, а потому поведение мальчика привело его в недоумение и даже огорчило.
А после того как граф и Мария вышли из-за стола, дворецкий обнаружил, что Бард и Финни торчат на кухне, вместо того чтоб работать, а Мейлин угощает их вишневым ликером для пропитки бисквита.
Пришлось вновь выгнать повара с садовником во двор, а горничную заставить мыть на кухне пол.
Убедившись, что все при деле, Себастьян еще успел проверить счета за истекший месяц, выписать чеки на жалование педагогам графа и заказать продукты в бакалейной лавке. Когда же подошло время ужина, дворецкий семьи Фантомхайв постарался приготовить такие блюда чтоб одновременно угодить и гостье, и юному господину.
Сочные антрекоты из свежей телятины, французское красное вино и хрустящие картофельные чипсы подошли как нельзя лучше.
Но когда ужин был уже подан, Себастьян вдруг почувствовал боль принадлежащей ему души. Испугавшись, что с мальчиком случилась какая-то беда, демон поспешил в гостиную и обнаружил графа в кресле у камина. Он видимо заснул и увидел кошмар. С господином все оказалось в порядке, но чувство тревоги не покидало демона во время всего ужина.
Убедившись, что Мария довольна приготовленными блюдами, Себастьян стал внимательно следить за графом и сильно расстроился, когда заметил, что у мальчика совершенно нет аппетита. Сиэль съел только половину антрекота, сделал один глоток вина, а от чипсов вовсе отказался.
— Может, вы желаете, чтоб я подал Вам десерт? – озабочено глядя на юного господина, спросил Себастьян, но прочел во взгляде мальчика такую холодность и даже злобу, что невольно нахмурился. Однако спрашивать, что случилось при гостье, дворецкий не стал. Он все же принес графу взбитые сливки с клубничным джемом и чай. Но Сиэль снова съел только полпорции и явно без всякого удовольствия.
Наконец, ужин закончился, и мальчик вернулся в кресло у камина, все еще погруженный в глубокую задумчивость.
Себастьян уже ломал голову, пытаясь понять, что же происходит с его маленьким подопечным. Но стоило ему подойти к графу, тот неожиданно напрягся, словно опасаясь удара, а спустя несколько секунд холодно произнес:
— Я очень устал, Себастьян, хочу лечь сегодня пораньше.
— Как прикажете, Господин, я немедленно приготовлю Вам ванну. – Покорно ответил демон и пошел на второй этаж, по пути размышляя, от чего так печален его подопечный.
Спустя полчаса Себастьян уже проводил графа в ванную. Сиэль вел себя вроде бы как обычно — четкие холодные приказания, гордая осанка, прямой взгляд, но при этом во всем чувствовалась какая-то напряженность.
Когда мальчик опустился в теплую воду и прикрыл глаза, демон решил заглянуть в его душу, в надежде хоть что-то прояснить.
Глубокая, почти черная синева, испещренная серебристыми огоньками чувств и привязанностей, так сильно напоминала чистое ночное небо. Когда-то Себастьян бы залюбовался столь темной душой, как редчайшим деликатесом, но сейчас он замер, заметив самую яркую и крупную звездочку, ту, что принадлежала ему. С ней происходило нечто странное – серебристый свет то мерк, то вспыхивал вновь, словно огонек свечи на ветру. Михаэлис знал, что обычно вызывает подобное явление. Но с чего бы маленькому графу терзаться мучительными сомнениями?
Этого демон понять не мог.
— Себастьян? – неожиданно вернул его к реальности ледяной голос мальчика.
Дворецкий взглянул на своего юного Лорда и сразу нахмурился, заметив, насколько напряжены его хрупкие острые плечи.
— Простите, Господин, я слегка отвлекся… — улыбнувшись, поспешно извинился демон и вернулся к своей работе.
Но произнося слова извинения, Михаэлис внутренне содрогнулся, ощутив новую волну боли в душе мальчика. С ним что-то происходило, и дальше молча смотреть на страдания юного графа, демон просто не мог.
Обернув вымытого Сиэля огромным махровым полотенцем, Себастьян вынул его из ванны, вытер худенькие ноги, помог надеть домашние туфли и халат. Все это время граф хранил молчание и оставался очень напряженным.
Проводив его в спальню, дворецкий переодел мальчика в ночную рубашку, застегнул маленькие пуговицы и, когда закончил, решил, наконец, спросить господина, что происходит в его душе.
Но как только Михаэлис выпрямился и взглянул в побледневшее лицо графа, он встретил решительный взгляд синих глаз. Мальчик смотрел пристально, не моргая, и от его взгляда демону даже стало не по себе.
На мгновение он замер в нерешительности, но Сиэль неожиданно заговорил первым, четко произнося каждое слово:
— Если хочешь меня убить, то хватит притворяться верным дворецким. Я ведь все вижу и понимаю. Ты был ТАМ, и тебе напомнили, что пора взыскать с меня долг, ведь так?
Себастьян опешил, а его глаза расширились от изумления. Такого он никак не ожидал услышать, но вспомнив все события, начиная с обеда, демон понял, что невольно напугал мальчика своим раздражением. Нужно было срочно исправить ситуацию, но сказать все как есть Себастьян не мог, а потому решил прибегнуть к древней хитрости. Если хочешь успешно солгать – скажи часть правды.
— Господин, — как можно мягче произнес он, — Неужели Вы могли такое подумать? У Вас нет передо мной никакого долга. Я служу Вам только потому, что мне это нравится. А сегодня Вы просто неверно истолковали мое поведение.
Себастьян поднял кресло и, поставив его рядом с кроватью, сел напротив мальчика.
— Меня немного огорчило Ваше недоверие, когда я хотел вылечить Вас, перед обедом, — снова заговорил он, — А потом я все время только и слышал об этом инспекторе. Признаюсь, я разозлился. Ведь Вы так часто вспоминаете, что он спас Вам жизнь, в то время как я делаю это постоянно, но не заслужил даже доверия. А ведь демонам тоже может быть очень обидно.
— Обидно? – нервно усмехнувшись, переспросил Сиэль. – А разве дело демонов не губить человеческие души? Так, как ты сгубил мою. Я проклят, и даже если ты не поглотишь мою душу, она все равно окажется в вашем отделе Возмездия, где ее будут вечно терзать, как и душу Марии. Но в отличие от нее у меня нет надежды на спасение.
Мальчик закрыл глаза, словно бы очень устал.
— А теперь уходи. – Выдержав паузу, тихо произнес он.
Себастьян тяжело вздохнул. Видеть, как страдает его маленький Лорд, было очень тяжело, а еще хуже, то, что демон чувствовал боль принадлежащей ему души. Нет, она не передавалась напрямую, но степень страданий ощущалась очень отчетливо. Себастьяну захотелось немедленно прекратить эту пытку, избавить маленького графа от постоянного ожидания своей жуткой участи. Но как это сделать, чтоб не причинить еще большую боль?
— Вы ошибаетесь, Господин… — наконец, решившись, успокаивающе проговорил он, — Разве вы не помните, что однажды я обещал всегда быть рядом с Вами? И даже спуститься в ад, если это понадобится. Только Вам нечего там делать.
Михаэлис ободряюще улыбнулся своему господину, который вновь поднял на него взгляд, но на этот раз в синих глазах отразилось удивление.
— Если Вы доверитесь мне, — продолжил демон, — Я заберу вашу душу после смерти в место, где вы будете ощущать себя так же, как и в мире людей. Жить в собственном поместье, вернее в его точной копии. И никто никогда не причинит Вам боль, а я всегда буду рядом. Только, пожалуйста, перестаньте думать, что я хочу Вас убить.
— Это правда? – уже вновь серьезно глядя в глаза демона, спросил граф.
— Да – Коротко ответил Себастьян.
— И кем я там буду? – голос Сиэля слегка дрогнул.