Страница 98 из 161
Себастьян привык игнорировать пренебрежение контрактеров, но Сиэль теперь к ним не относился. Во всех смыслах. Дворецкий чувствовал себя уязвленным неведением господина и его безграничной самоуверенностью. Конечно, демону не стоило ждать благодарностей, но каждое слово задевало сильнее, чем когда-либо, и причина заключалась не только в усталости. Раздражение нарастало и придало сил.
— Прошу прощения, Милорд. – жестко ответил Себастьян, пристально глядя в глаза мальчика, — Я помню, что всего лишь демон-дворецкий. Ваш дворецкий! Но, даже будучи просто слугой, я не позволю вам выйти отсюда, даже если вы желаете себе смерти.
Он выдержал короткую паузу и, несмотря на потрясенное выражение господина, холодно завершил:
— Заботиться о вас и исполнять все прихоти мой долг, если только второе не противоречит первому, потому сейчас я ухожу, а вы остаетесь. И возражать бесполезно.
На щеках юного графа мгновенно выступили красные пятна, а в синих глазах отразился гнев.
— Да как ты смеешь так со мной говорить?! – кипя от негодования, воскликнул он, – Я никому не позволю мной командовать!
Однако Себастьян слишком устал за сегодняшний день, чтобы выслушивать гневные речи своего подопечного, а потому отрезал спокойно, но убедительно:
— Я вернусь до ужина, милорд.
В следующую секунду Михаэлис вздрогнул от неожиданности. Выплеснув в лицо дворецкого остатки вина, Сиэль замер на месте, испытующе глядя в алые глаза демона.
— И что ты сделаешь теперь, «всего лишь дворецкий»? – сжав кулаки, процедил сквозь зубы юный Фантомхайв. Сейчас его лицо сделалось совсем бледным, казалось, мальчик был напряжен до предела. — Думаешь, я сдамся на твою милость?
Теперь и Себастьян замер, потрясенно глядя на своего подопечного. Демон уже понял, что натворил и на миг растерялся, подбирая слова.
— Милорд… – наконец, примирительно произнес он, шагнув к мальчику, — что же Вы такое говорите?
Сиэль пошатнулся, очевидно, слабость дала о себе знать, но стоило демону попытаться поддержать подопечного, тот резко оттолкнул его руку.
— Не прикасайся ко мне! – отчаянно выкрикнул юный граф, его тело уже била нервная дрожь, — Я больше не желаю тебя видеть!
В широко раскрытых глазах мальчика заблестели слезы, а в следующий миг он упал без чувств, на руки успевшего подхватить его демона.
— Все хорошо, Господин, все хорошо… – Себастьян бережно опустил графа в мягкое кресло у камина и, присев рядом на колени, начал растирать похолодевшие тонкие руки мальчика, приводя его в чувства.
Клеймо раба вновь засветилось, стоило демону заглянуть в душу своего подопечного, но оно больше не пробудило в нем голод, сейчас Себастьяна волновал лишь дрожащий огонек привязанности, который он только что сам едва не погасил. Сначала предназначенная ему звездочка горела совсем слабо, но внезапно засияла с новой силой, и в тот же миг мальчик открыл глаза. В них отражался ужас.
— Нет! Себастьян! Себастьян!!! – отчаянно закричал юный граф. Он весь дрожал, судорожно вцепившись в ладонь слуги.
Михаэлис крепче сжал руку мальчика, стараясь успокоить, он не мог понять, что происходит с его господином. И это пугало.
— Что с Вами, Милорд? – обеспокоено спросил демон, — Я здесь, рядом… Вы в безопасности.
Приступ паники прекратился также внезапно, как и начался. Сиэль устало прикрыл глаза и отвернулся к огню.
Себастьян понял, что нужно, как можно скорее вывести юного господина из этого состояния. Прежде подобное происходило с графом лишь вследствие сильного потрясения. А теперь демону казалось, что он сам довел мальчика до нервного срыва, заставив почувствовать себя бесправным рабом.
— Я прошу прощения, Милорд, за недостойное поведение. – Искренне, начал он, глядя на четко очерченный профиль на фоне яркого пламени: — Пожалуйста, поймите меня правильно. Я голоден. Мои силы на исходе, но я не хочу, чтобы Вы напрасно подвергались опасности, когда я рискую действительно опоздать к Вам на помощь. Ведь я по-прежнему ваш дворецкий.
Сиэль открыл глаза и медленно повернул голову к своему слуге. Во взгляде мальчика больше не было гнева или страха, напротив, в нем читалось доверие, даже… благодарность?
— Я все вспомнил, Себастьян, — тихо произнес он, — То что хотел сделать тот демон… Боль, вкус собственной крови, то как я не чувствовал ног…
Мальчик опустил взгляд и замолчал.
Михаэлис облегченно вздохнул, он понял, что нервное потрясение внезапно вернуло графу воспоминания, и именно это послужило причиной приступа паники. Но, несмотря на то, что теперь Сиэль осознал всю серьезность случившегося, демон предпочел бы, чтобы мальчик никогда не вспомнил пережитый кошмар. Ведь в его столь короткой жизни кошмаров и так было более чем достаточно.
— Вот, выпейте этот чай, Господин, он поможет Вам успокоиться… – протягивая графу чашку с горячим, душистым напитком, мягко попросил дворецкий.
Сиэль посмотрел ему в глаза и, приняв чай, тихо спросил:
— Тот демон тебя ранил?
— Да. – Честно ответил Михаэлис.
— И все же ты… – мальчик осекся, но Себастьян не дал ему возможности продолжить фразу, за эти дни и так уже было сказано слишком много. Непозволительно много для демона.
— Отдыхайте, здесь Вы в полной безопасности, а мне пора идти. – Негромко произнес Михаэлис, – Жнецы уже ждут.
Он поднялся с колен и быстро направился к двери, слишком многое нужно было успеть за этот вечер.
— Себастьян… – неожиданно окликнул его юный граф.
Демон остановился и с удивлением обернулся к мальчику, надеясь, что тот не попросит взять его с собой.
— Будь осторожен… — немного смущенно попросил Сиэль, но затем добавил со своей обычной бесстрастной интонацией. – Я не имею ни малейшего желания возиться с твоей женой. Учти это!
Михаэлис встретился взглядом с мальчиком и тепло ему улыбнулся.
— Я буду стараться, мой Господин. – Приложив руку к сердцу и слегка поклонившись, торжественно пообещал он.
Выходя из спальни, Себастьян продолжал едва заметно улыбаться, сейчас он был по-настоящему счастлив, и впервые испытал на себе, что слова способны не только ранить душу, причиняя самую острую боль, но и дарить силы.
====== Часть 17 «Поверженный дворецкий» ======
Бескрайний луг, раскинувшийся до самого горизонта. Невероятно яркое, чистое небо и высокая зеленая трава, слегка покачивающаяся на ветру.
Сиэль медленно шел, касаясь кончиками пальцев гибких стеблей, таких сочных и нежных какие бывают только в конце мая. Солнце находилось в зените, но оно не пекло, не слепило, а лишь дарило ласковое тепло. Такое прекрасное место... мальчик хорошо помнил, что не был тут прежде, но одновременно не мог избавиться от чувства дежа вю. Всепоглощающее блаженство, столь чистое и невинное, когда-то он уже испытывал подобное ощущение, когда-то он уже находился здесь… возможно очень давно, в иной жизни, и все же это было.
Сиэль улыбнулся, легкий ветер играл с его волосами, а луговая трава напоминала волны бескрайнего озера. Мальчик блаженно прикрыл глаза, а когда вновь разомкнул веки, увидел впереди стройный силуэт женщины в белом платье. Сначала ее лицо скрывала некая дымка, словно туман, но затем она рассеялась, и Сиэль рассмотрел золотистые волосы, убранные в высокую прическу, прекрасные синие глаза и нежную ласковую улыбку.
Женщина протянула к нему руки, словно желая обнять.
— Мама… – едва слышно выдохнул мальчик, чувствуя, как защипало в глазах. Не раздумывая ни секунды, он кинулся вперед. Сердце удвоило ритм, по щекам катились слезы.
— Мама! – крикнул Сиэль. Еще немного и он окажется в ее объятьях, ощутит запах цветочных духов и то чувство покоя и безмятежного счастья, которое могла подарить лишь материнская ласка.
Но внезапно что-то произошло – ветер резко усилился, на небе появились белые облака, летящие с невероятной скоростью. Улыбка на губах матери угасла, а в синих глазах отразилась неизбывная грусть.