Страница 62 из 66
Я встретился с Айзеком и Стелой Сен-Клод, мы заключили сделку. Все должно было пройти гладко. Мне даже в голову придти не могло, что Каспиан решит обратиться за помощью в ОБНВ.
Кирилл отдернул от огня обожженную руку и раздраженно сплюнул себе под ноги.
– Хотя, учитывая слабость Юлии Григорьевны к некоторым упырям это совсем не удивительно. – Он угрожающе хмыкнул, бросил на Стаса полный отвращения взгляд и продолжил: – Вот тогда все и пошло не так: на первой встрече с вампирами я сильно опасался, что Каспиану придет в голову проникнуть в мое сознание, но мне повезло. Старый вампир оказался до тупости верен своему слову. А вот его шлюха не упустила свой шанс.
Симонов вновь мрачно хмыкнул.
– На другой день Николай отправил нас в парк, «выслеживать» Воинов Света. Мне было смешно на это смотреть. Естественно ученики не пришли.
– Значит, это ты подкинул письмо? – Осознавая весь ужас сложившейся ситуации, уточнил Сергей. Он уже понял, что помощи ждать не приходиться, и теперь надеялся лишь на то, что к Стасу вскоре вернется дар, ведь закат не так уж и далеко. Нужно было лишь потянуть время.
– Да. Когда я остался один в кабинете Губина, то напечатал послание на его же компьютере. – С усмешкой ответил Кирилл. – Подкинуть в башню конверт было не сложно.
Он вдруг встал и взял со стала короткую кожаную плеть с шестью потрепанными хвостами. Сергей невольно напрягся, и увидел, как Стас сглотнул и отступил назад, в голубых глазах промелькнул страх.
– Обмануть Губина и Юлию Григорьевну не представляло труда, но я сознавал, что Тотский несет для меня серьезною угрозу. – Симонов с отвращением глянул на пленника. – Ведь ты знаешь его гнусную привычку лезть в мысли сотрудников.
Вампир поспешно опустил взгляд, видимо, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Казалось, он затаился, также ожидая возвращения своего дара.
Тем временем Кирилл продолжал:
– По этой причине на следующую встречу с Каспианом я не пришел. И старался, вообще, не сталкиваться с Тотским после захода солнца. Шлюха Сен-Клод тоже понимала, что он сильно мешает, и когда вы спустились в Убежище попыталась избавиться от проблемы. Но ей это не удалось, и тогда расчетливая тварь подослала своего выродка. Твареныш должен был войти к тебе в доверие и заранее оповещать ее обо всех планах ОБНВ, а также подставить Тотского. Первое время все шло хорошо, но потом упырь стал переходить границы: сначала он убил Арбатова, посчитав, что старый педик может выйти на мой след, затем под видом Тотского растерзал несчастную проститутку. Разумеется, я не хотел этого.
– Неужели?! – Не выдержал Сергей. – Ты позволил вампиру вторгнуться мне в душу! Ты все знал и наблюдал, как он управляет мной словно куклой. И ты называешь себя моим другом?!
– Дебил! – Грубо оборвал его Симонов. – Ради тебя, я отказался от плана! Пристрелил твареныша, чтобы спасти твою шкуру. Подверг риску дело всей моей жизни! Ведь Тотский мог в любой момент все узнать. От него нужно было избавиться, а я спас тебя!
Сергей осекся и опустил взгляд. Он чувствовал, что руки почти свободны, еще немного, и он сможет драться.
Кирилл перевел дыхание и принялся похлопывать плетью по своей ладони.
– Дальше мне пришлось действовать по обстоятельствам. Попадаться на глаза вампирам после захода солнца было нельзя. Я уехал из штаба, сказав, что матери нужны обезболивающие. К тому времени с ее похорон прошел уже месяц. – Он горько усмехнулся, затем мотнул головой, словно отгоняя болезненное воспоминание, и закончил: – Позже морфий пришелся как нельзя кстати, я же не зверь, чтобы на живую оттяпать упыренышу палец.
Сергей внутренне содрогнулся, к горлу снова подкатил ком, а Кирилл вдруг зло глянул на прикованного пленника и его лицо исказила угрожающая гримаса:
– Моя очередная попытка избавиться от Тотского провалилась. Наш председатель плевать хотела на законы, да и вообще на все, лишь бы ее бывшему любовничику ничто не мешало бесконечно прожигать жизнь. Она не приняла идею отправить его вместо Каспиана даже от своего заместителя. Обстоятельства вновь вынуждали меня рисковать. – Симонов харкнул и сплюнул на грязный пол, – Ксавье не знал меня в лицо, но мог рассказать много лишнего, так что пришлось его пристрелить. С Наркевичем было все просто. Я велел ему вынести кейс из штаба, дал пачку купюр и посадил на поезд до Житомира. Очкарик так боялся оказаться на месте Арбатова, что даже спрашивать ни о чем не стал, укатил к тетке без возражений.
Затем я покончил с выродками Сен-Клод. Заманил их в ловушку и обездвижил. Когда твари очнулись, то приняли смерть на костре, сполна расплатившись за все свои преступления.
А вот дальше, нам снова не повезло.
Симонов встал и шагнул к прикованному вампиру, продолжая демонстративно похлопывать по ладони плетью. Сергей подобрался, стараясь скорее избавиться от веревки, а Стас сделал шаг назад и снова опустил глаза к полу.
– На рассвете я отправил двух самых верных моих учеников на дачу к этому смазливому ублюдку, чтобы, наконец, с ним покончить. – Прожигая пленника уничтожающим взглядом, продолжил Кирилл. – Но к несчастью произошла трагическая ошибка. А затем, упырь как сквозь землю провалился!
Он вдруг резко поднял сложенной вдвое плетью подбородок пленника, заглядывая ему в лицо. – Где ты прятался, отвечай?!
Стас нервно сглотнул, но ничего не ответил.
Симонов задумчиво почесал свободной рукой бороду, а затем извлек из-под мантии золотой медальон.
– Как романтично носить на груди портрет давно умерший возлюбленной, не так ли, господин граф? – Он демонстративно бросил медальон себе под ноги.
Тотский вздрогнул, но не проронил ни слова.
– Странно видеть, как ты молчишь, упырь. – Издевательски усмехнувшись, заметил Кирилл. – Неужели нет желания съязвить или отпустить в мой адрес какую-нибудь остроту?
Стас напрягся, тонкие пальцы сжались в кулаки, но он молчал.
– Отвечай, когда тебя спрашивают! – Кирилл грубо схватил его за подбородок и вновь заглянул в лицо. Вампир облезал пересохшие губы, но не поднял на него глаз.
– Оставь его! – Смело одернул друга Сергей. – Лучше скажи, как ты мог приказать своим уродам искалечить и убить Киру?!
Симонов выпустил подбородок пленника и резко обернулся.
– Ты это о рыжей вампирской шлюхе? – Он саркастически усмехнулся. – Она не заслуживала жалости, поскольку фактически уже не была человеком. Я видел подписанную бумагу на столе нашего любимого председателя.
Сергей ощутил, как кровь прилила к лицу, его охватила ярость, но он сдержался и решительно произнес:
– Ты приказал пытать и убить невинную девушку, похитил и искалечил ребенка. Ты превратился в чудовище, Кирилл! В разы ужаснее тех, с которыми борешься.
– Ты это сейчас серьезно? – Симонов подошел к другу и вновь заглянул ему в глаза. – Пойми, брат, очищать мир от зла – грязное дело. Это нужно признать.
Он положил обе руки на плечи Сергея, не отводя взгляд.
– Запомни. Нельзя выгребать дерьмо и не запачкаться! Так не бывает!
Донцов опустил глаза, уставившись в пол.
– Но как же ты можешь с этим жить? – Едва слышно прошептал он.
– Вера, брат! – В последний раз, хлопнув его по плечу, Кирилл отошел обратно к столу. – Я верю в нашу Высшую цель. Она оправдывает любые средства. И если хочешь знать, единственное, о чем я жалею это гибель Дмитрия Крымова. Он стал действительно невинной жертвой, но и она будет оправдана. Во имя Высшей цели оправдано все.
На миг устало прикрыв глаза, Донцов прислонился спиной к холодной стене. Внезапно он осознал, что только что потерял лучшего друга. Ведь тот человек, который с ним сейчас говорил, был ему незнаком и до крайней степени отвратителен.
– И что же теперь? Что теперь ты собираешься с нами делать? – Все также тихо спросил он.
– Ты мне очень дорог, Сергей. Ты давно стал для меня братом. – Глядя прямо ему в глаза, искренне произнес Симонов. – Потому я сделаю все, что от меня зависит, чтобы ты встал на нашу сторону.