Страница 57 из 93
1) решения Конституционного Суда РФ являются источниками не только права в целом, но и отраслей права, в том числе уголовно-процессуального;
2) решения Конституционного Суда РФ являются источниками права, но не в формальном смысле;
3) решения Конституционного Суда РФ не являются источниками права261.
Рискнем предположить, что ни одна из этих позиций не соответствует истине в полной мере, поскольку Конституционный Суд РФ принимает различные по своей правовой природе решения, одни из которых могут и должны признаваться источниками права, а другие лишь будут правоприменительными актами. Так, решения о признании неконституционности или конституционности нормы УПК РФ (постановления Конституционного Суда РФ), содержащие конкретные обязательные для правоприменителя правила поведения при производстве по уголовным делам (впредь до принятия закона в рамках исполнения решения Конституционного Суда РФ или независимо от такого принятия), всегда являются полноценными источниками права. Что касается решений, таких правил не содержащих, то следует различать две ситуации: 1) Конституционный Суд РФ признал норму конституционной (тогда его решение – правоприменительный акт); 2) Конституционный Суд РФ признал норму неконституционной (тогда его решение, признающее норму утратившей силу, подлежит исполнению, в силу чего также является источником права для лица, ведущего производство по делу).
Необходимость признания решений Конституционного Суда РФ источниками уголовно-процессуального права (пусть и с оговорками) объясняется тем, что, во-первых, Конституционный Суд РФ рассматривает исключительно вопросы права, во-вторых, он осуществляет конституционный контроль. В случае отрицания обязательности решений Конституционного Суда РФ как источников права отрицается и верховенство Конституции РФ.
В том случае, если Конституционный Суд РФ признает неконституционность какого-либо положения УПК РФ (как и любого другого закона), алгоритм действий известен. Он определен ФКЗ от 21 июля 1994 г. № 1 «О Конституционном Суде Российской Федерации»262:
1. Необходимо в указанный законом срок изменить признанный неконституционным закон.
2. Пересмотреть решения, принятые на основе неконституционных норм, в процессуальном порядке263 (ст. 100) .
Проиллюстрируем сказанное примером из практики Конституционного Суда РФ.
Постановлением от 21 октября 2014 г. № 25-П Конституционный Суд дал оценку конституционности положений частей третьей и девятой статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Оспоренные положения являлись предметом рассмотрения как служащие основанием для установления на стадии производства предварительного расследования по уголовному делу правового режима ареста имущества лица, не являющегося по данному уголовному делу подозреваемым, обвиняемым или лицом, несущим в соответствии с ГК РФ ответственность за вред, причиненный преступлением, если имеются достаточные основания полагать, что это имущество получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого.
Конституционный Суд признал указанные положения не соответствующими Конституции РФ в той мере, в какой ими не предусматривается надлежащий правовой механизм, применение которого позволяло бы эффективно защищать в судебном порядке права и законные интересы лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или гражданскими ответчиками по уголовному делу, право собственности которых ограничено чрезмерно длительным наложением ареста на принадлежащее им имущество, предположительно полученное в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого.
Впредь до внесения надлежащих законодательных изменений суд при принятии решения об удовлетворении ходатайства органа предварительного расследования о наложении ареста на имущество лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми и гражданскими ответчиками по уголовному делу, должен указывать в соответствующем постановлении разумный и не превышающий установленных законом сроков предварительного расследования срок действия данной меры процессуального принуждения, который при необходимости может быть продлен судом. По уголовным делам, по которым наложение ареста на имущество уже применяется, вопросы, связанные с необходимостью его сохранения и сроком применения, подлежат разрешению судом по жалобам или ходатайствам заинтересованных лиц264.
Здесь мы видим, что Конституционный Суд РФ не только ориентирует законодателя на дальнейшее совершенствование УПК РФ, но и восполняет пробел правового регулирования, непосредственно формулируя норму, адресованную правоприменителю.
Гораздо больше вопросов связано с широко распространенной в последнее время практикой Конституционного Суда РФ другого рода: норма признается конституционной, но она наполняется совершенно иным содержанием, т.е. выявляется новый конституционно-правовой смысл законоположения, хотя никаких адресованных правоприменителю правил поведения решение Конституционного Суда РФ не содержит. Причем, как говорил о таких ситуациях председатель Конституционного Суда РФ В.Д. Зорькин, «законодательные положения сформулированы так невнятно, что Конституционному Суду приходится раз за разом выявлять их конституционно-правовой смысл»265. Полагаем, что подобные решения Конституционного Суда РФ являются актами толкования уголовно-процессуального закона, но считать их источниками уголовно-процессуального права в строгом смысле нельзя.
§ 3. Нормы международного права и их роль в регулировании уголовного процесса
1. Значение международных договоров в регулировании уголовного судопроизводства
Россия прошла большой путь от полного отрицания приоритета международного права над национальным, трактовки международного права как всего лишь одной из отраслей советского права до уважения и признания международных стандартов на уровне Конституции. Особое значение это имеет для уголовного судопроизводства.
Вопрос о приоритете международных договоров РФ по отношению к российским национальным законам, а вместе с тем вопрос об их юридической силе и характере их отношений с законами необходимо, как представляется, решать дифференцированно с учетом существования всего разнообразия как договоров, так и законов.
Дифференцированный подход к международным договорам Российской Федерации, к определению их юридической силы и их приоритета по отношению к законам означает, что к ним нельзя подходить как к совокупности неких равнозначных институтов, а необходимо учитывать особенности каждого из них и свойственную каждому из них юридическую силу266.
Конституция РФ предусматривает, что «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора» (ч. 4 ст. 15). Соответственно и УПК РФ содержит положение: «Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью законодательства Российской Федерации, регулирующего уголовное судопроизводство. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Кодексом, то применяются правила международного договора» (ч. 3 ст. 1). Основная трудность, возникающая при интерпретации данных положений – это неясность, что следует подразумевать под «общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации». Возникла необходимость в толковании понятий: а) общепризнанный принцип международного права; б) общепризнанная норма международного права и в) международный договор. Пытаясь найти ответ на этот непростой вопрос, Верховный Суд РФ разъяснил: «под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо.
261
Еникеев З.Д., Васильева Е.Г., Шагеева Р.М., Ежова Е.В. Вопросы уголовного судопроизводства в решениях Конституционного Суда Российской Федерации. М., 2011. С. 91.
262
СЗ РФ. 1994. № 13. Ст. 1447; 2001. № 7. Ст. 601; № 51. Ст. 4824; 2004. № 24. Ст. 2334; 2005. № 15. Ст. 1273.
263
См. об этом гл. 31 настоящего курса.
264
Решение Конституционного Суда РФ от 5 февраля 2015 г. «Об утверждении обзора практики Конституционного Суда РФ за третий и четвертый кварталы 2014 года» // СПС «Консультант Плюс».
265
Российская газета. 2005. 12 декабря.
266
Марченко М.Н. Источники права. М., 2008. С. 327.