Страница 19 из 60
Черт, Стар начинала мне нравиться. Это очень плохо, ведь она сестра похитителей. Но она такая милая. И умная.
Мы зашли в гардероб, и я опять ее возненавидела, потому что он был просто офигенным. Самый крутой из всех, которые я когда-либо видела. Я бы тут жить осталась. Везет же некоторым…
— Знаю, он, конечно, маловат, — поморщилась она, оглядевшись. — Но, думаю, мы найдем тут что-нибудь подходящее.
Серьезно? Да она с ума сошла! Эта комната была размером с магазин. Я бы столько и за всю жизнь не перемерила. В середине даже стоял специальный круглый белый пуфик, чтобы сидеть там на нем, любуясь собой и нарядами. Над этим прекрасным троном висел витой канделябр, освещавший все мягким светом.
Она, кажется, ждала ответа, так что я кивнула:
— Да, придется попотеть, но что-нибудь уж найдем.
Стар кивнула как перед кровавой битвой, и тут же бросилась на опасные поиски вглубь страны чудес. А я медленно поплелась за ней, щупая вытянутой рукой висящие наряды. Шла и вспоминала как сильно любила наряжаться, и что уже давно не думала об одежде. Может, я и любительница почитать дома книжку, да шарфик связать, но к шмоткам всегда питала слабость. После пожара решила, что впредь не буду думать о такой ерунде, а все, что мне нужно — пара джинсов и несколько футболок. Попа прикрыта — да и ладно. Сейчас же в груди все сжалось почти так же сильно, как от воспоминаний о родителях, будто я безвозвратно потеряла часть себя.
— Вот то, что нужно! — счастливый возглас Стар вырвал меня из меланхолии, и я побежала на звук. В одной руке она держала темно-голубое платье: длинные рукава, круглый вырез, слегка приталенное, расклешенная юбка; в другой руке — туфли на сравнительно высоких каблуках. Это меня ничуть не смущало: бегать на таких я не умела, а вот ходить была почти мастером.
Я погладила ткань:
— Оно прекрасно. Надеюсь влезу в него.
Платье и туфли перешли ко мне, а мисс Щедрость куда-то исчезла, покопалась в каких-то ящиках и вернулась с новеньким набором черного нижнего белья — даже этикетки были на месте. На платье тоже был ценник. Думаю, я вся побелела, когда увидела цены.
Платье стоило больше машины родителей.
— Ээм, а мне точно можно это надеть? Это очень дорого, ведь, стоит.
Стар рассмеялась:
— Да что ты, это меньшее, что я могу для тебя сделать, ведь ты тут из-за меня. — Она наклонилась поближе и заговорщецким шепотом продолжила, — Надеюсь, члены Совета не захотят с тобой встречаться. Они такая заноза в… К тому же, ты ничегошеньки не сделала. Так что, думаю, ты быстро вернешься к обычной жизни.
Прижав платье, я вдруг осознала, что совсем забыла кто я и где.
Я заложница, а не с подружкой одежку обсуждаю. Не стоило забывать что я, возможно, находилась в доме сверхлюдей, и могу вообще отсюда не выйти на своих ногах.
— 7-
И вот я уже стояла в королевской ванной, и все не могла перестать пялиться на себя в зеркало. Это платье за пять тысяч будто на меня шили. Вырез делал грудь больше, чем я думала, а ноги казались стройнее. Так вот почему богатые так круто выглядят?
Не вздумай привыкать, сказала я себе, еще и еще пробегая руками по мягкой ткани. Я глянула вниз и с трудом сдержала визг — эти офигенные черные туфли сидели идеально. Видать, у нас со Стар по какому-то странному стечению обстоятельств, был один и тот же размер ноги и груди.
— Ты там как?
Я обернулась на вежливый стук в закрытую дверь.
— Ага, все хорошо, сейчас выйду.
Я провела рукой по волосам: ничего не поделаешь, они высохли, и теперь непокорные кудри торчали, как хотели. Макияжа на мне не было, да и впечатлять я никого не собиралась.
Я вышла, цокая каблуками. Стар стояла у стены. Теперь мы были одного роста. Я заметила, что она тоже переоделась: на ней были туфли, похожие на мои, но с каблуком поменьше.
— Ааа, ты выглядишь сногсшибательно! — воскликнула она. — Знала, что будет круто, если у меня будет подружка!
Я даже замерла:
— У тебя что, никогда не было друга?
Она помотала головой, волны шелковистых темных волос гладили ее плечи.
— Нет, я впервые покинула дом. Это было непросто, так что буду наслаждаться свободой по полной.
Я почувствовала внезапную симпатию к ней:
— Если уговоришь братьев меня не убивать, с радостью буду твоей подружкой.
Несмотря на все предыдущие попытки помнить кто она, а кто я, Стар мне очень нравилась. Было в ней что-то невинное, что меня притягивало.
Она взвизгнула:
— Ааа, мы будем лучшими подружками, это точно!
Стар была очень нежной, ее нужно было защищать, может поэтому я и чувствовала связь с ней.
— Надеюсь, Лексен еще не вернулся, — сказала она, когда мы вошли в зал. — Он, как и отец, не любит, когда его приказы не выполняются, и начинает капризничать.
Я хрюкнула, Стар внимательно глянула на меня.
— А по мне, он самовлюбленный засранец, думающий, что его слово — закон, но да, если хочешь, то капризный — вполне сойдет.
Стар несколько раз моргнула, но сказать ничего не успела — перед нами уже возникла здоровенная тень.
— Вниз, — спокойно-холодным голосом сказал Лексен, его сестра даже подпрыгнула от неожиданности, но не двинулась.
— Только пообещай, что не сделаешь ей ничего плохого, — сказала она. — Эмма — моя подруга.
— Обещаю, даже пальцем ее не трону, только задам несколько вопросов. — Его суровое лицо было прекрасно.
Стар сочувственно посмотрела на меня:
— Ладно, буду ждать тебя внизу. Может, потом кино глянем вместе, я столько об этом слышала.
Да уж, если они хотят и дальше прикидываться нормальными людьми, придется поработать над поведением Стар. Она метнулась к лестнице, на бегу быстро обняв Лексена.
Стоило сестре скрыться, как взгляд его темных как космос глаз оказался прикован ко мне.
— Кто ты такая? Зачем на самом деле преследовала нас? Какой семье ты подчиняешься? — Его тон был холоден, несмотря на горящие глаза.
Ну, понеслось.
— Меня зовут Эмма Уолтерс. Я шла за вами, потому что думала узнать у вас хоть что-нибудь о моих пропавших приемных родителях. И я понятия не имею о чем ты. Семьи? Это те, из учебника Мистера Перкинса? Ну, вы — потомки семьи Даркен и остальные…
Я немного отступила, когда он приблизился. На каблуках я была почти по его плечи, но все равно он был гораздо выше. Ни за что не покажу этому гаду как мне страшно.
— Если выяснится, что ты шпион Импириалов, дела твои будут плохи. Они уже много лет пытаются подобраться к нам, но никогда бы не подумал, что они могут пасть столь низко.
Он был в ярости. Я ответила ему, показав средний палец:
— А не пошел бы ты, козел? Не знаю ничего ни о каких там Импириалах.
Он отшатнулся, будто находиться так близко ко мне — было невыносимо.
— Совет пытается выяснить судьбу твоих опекунов. Оказывается, Финниганы какое-то время уже находились в поле их зрения, но куда они делись неизвестно. Поэтому Совет настоял на том, что до выяснения обстоятельств ты останешься у нас.
Я покачала головой:
— Ну уж черта с два. Мой дом — напротив, и мне там хорошо. Уже привыкла жить сама по себе. — Хорошо уже, что Финниганов начали искать. Оставалось надеяться, что я не испортила все, и что когда их найдут, им не причинят вреда.
Лексен обреченно зарычал:
— Да да, я уже пытался убедить их, что твое присутствие в нашем доме совсем не нужно, но Совет был непреклонен. Сейчас не лучшие времена, спорить с Советом бесполезно, а с этим мирным договором… — он прервался, а я подошла поближе.
— Кто вы вообще такие? — Я больше не собиралась скрывать, что подозреваю их не совсем человеческую природу. Из всех Даркенов Лексену я доверяла меньше всех. Я, да и, наверное, все люди в общем, были ему неприятны. Может поэтому, я задала этот вопрос именно ему: уж он-то не станет юлить, а скажет как есть, ничего не скрывая.
Его лицо стало непроницаемым. Я подумала, что сейчас он начнет все отрицать, но нет.