Страница 14 из 15
– Да ладно, поедим и сосисочек! – Он подмигнул Даше и достал из холодильника бутылку пива.
Явилась свекровь – в розовом атласном халате, втянула носом воздух и, учуяв запах сосисок, страдальчески подняла глаза к потолку, как будто там было написано что-то интересное.
– Это преступление – после тяжелого рабочего дня кормить человека сосисками! – молвила она с выражением, с каким, вероятно, леди Макбет посылала своего мужа убивать короля Дункана. – Я-то ладно, мне все равно недолго осталось, но…
В присутствии сына она открыто к Даше никогда не цеплялась и вечно представлялась женщиной больной, слабой и немощной.
После ужина, свершившегося в молчании, свекровь отправилась к себе, отдыхать и смотреть телевизор, Димка ушел в Интернет, а Даша на кухне мыла посуду и варила суп на завтра. Свекровь могла бы это сделать и сама, но Даше не хотелось ни о чем ее просить. Потом она протерла пол, потом пыталась отчистить свою куртку, потом закрепила ремешок на сумке – тот мерзавец на заправке все-таки успел его надрезать!
В спальне она наскоро подобрала разбросанные вещи, а когда перекладывала джинсы, из их кармана на пол выпала камея и покатилась прямо под ноги мужу, сидевшему за письменным столом.
– Что это у тебя? – Он наклонился и протянул было руку, но Даша бросилась к камню коршуном и успела выхватить камею у него из-под рук.
– Не тронь!
– Дашка, да ты чего?! – оторопел он. – Что с тобой?
– Что?! – закричала она. – Целый день твою мамашу возила, как наемный водитель! Так вместо спасибо только хамство всю дорогу и слышала!
Она вовсе не собиралась жаловаться мужу на свекровь, не было у нее такой привычки. И не в первый раз нечто подобное случилось, и Даша обычно справлялась сама, без жалоб и причитаний. Но сейчас ей очень не хотелось показывать мужу камею, не потому, что стыдно было признаваться, что она взяла ее без спроса на чужой даче. Просто это была ее вещь, только ее!
Сжимая камею в кулаке, она твердо осознала, что никому ее не покажет и никому не отдаст. Поэтому и начала она орать, чтобы криком отвлечь мужа от камеи. Это ей удалось без труда: он тут же переключился на другую тему.
– Ты о моей матери так не говори… – начал он неуверенно.
– Еще и подружку свою мне навязала, эту заразу Изольду! Дачу ей посмотреть понадобилось!
Изольду Димка и сам терпеть не мог – она вечно ставила ему в пример своего зятя – какой он, мол, деловой и удачливый.
– Ну, отказалась бы…
– Ага, как же… – отмахнулась от него Даша, – легче товарный поезд остановить, чем твою маму, когда она чего-нибудь захочет!..
Димка обиженно засопел и уткнулся в экран монитора. Даша незаметно спрятала камею в сумку.
Наутро Даше удалось не столкнуться со свекровью в кухне и выехать из дома пораньше. Она не попала в пробку и успела припарковать машину возле офиса на свободном месте. Дальше начались обычные повседневные проблемы.
Фирма занималась торговлей парфюмерией и косметикой. Фирма была маленькой – несколько магазинчиков и офис. Народу в офисе трудилось шесть человек. Директор, он же хозяин, Михаил Борисович, бухгалтер Ольга Павловна и три менеджера, из которых старшая – Даша. Еще были секретарши.
Михаил Борисович был мужчиной организованным. Поскольку коллектив под его началом был исключительно женским – учитывалась специфика товара, – он сразу навел везде порядок и, по его собственному выражению, привел всех к общему знаменателю.
Никаких ссор, склок и свар на работе, говорил шеф. Мужиков не делить, сплетни не разносить, тряпки не мерить!
Причем непонятно, что он имел в виду, потому что из мужского пола в наличии имелся только он сам, а уж свою-то личную жизнь он упорядочил с самого ее начала.
Личная жизнь Михаила Борисовича проходила у всех на глазах, он ничего не скрывал от коллектива. Была она проста, как редис, и незатейлива, как грабли, и заключалась в частой смене секретарш. Зачем выдумывать велосипед, когда за тебя все уже выдумали другие?
Секретарша была шестым членом их небольшого коллектива. Обычно девушки держались на работе полгода, потом переходили в иное качество. Одна из них, самая удачливая, года полтора тому назад стала женой шефа. Другая недавно закончила институт и нашла приличную работу в Москве.
В основном девицы увольнялись без скандалов и слез и дальше устраивались в жизни как могли. И только предпоследняя, Катерина, осталась в фирме и перешла из секретарей в менеджеры. У нее был совершенно пофигистский характер, ко всему на свете она относилась спокойно и с юмором. Она подружилась бы даже со своей «сменщицей-последовательницей», но та сразу поставила себя выше всех, вела себя вызывающе и явно нарывалась на скандал.
У Даши из-за этой новой девицы возникли сплошные неприятности. У нее и так были проблемы в их небольшом коллективе, причем не у сотрудниц с Дашей, а у нее – с ними.
Шеф Михаил Борисович любил во всем определенность.
– Дарья, – повторял он, – ты – старшая, и спрошу я только с тебя! Как уж ты заставишь их работать – твои проблемы. Меня это не волнует. Все должно быть выполнено к сроку, хоть всю ночь тут сиди.
Бухгалтер, Ольга Павловна, свое дело знала и вполне справлялась одна, без помощников. А вот девицы постепенно садились Даше на шею. Одну бросил хахаль, и она неделю рыдала (в течение всего рабочего дня), у другой ребенок то дрался в садике, так что приходилось его тащить в больницу и накладывать швы, то объедался хурмой – со всеми вытекающими последствиями, то засовывал в ухо пуговицу, то обзывал воспитательницу неприличным словом (из-за последней выходки отпрыска у несчастной его мамы было неприятностей больше всего). И Даша всех утешала, «входила в положение», отпускала девушек пораньше, потому что не могла им отказать.
Только у упомянутой выше пофигистки Катерины ничего не происходило, но она была по жизни патологической лентяйкой и вечно все путала.
В результате Даше приходилось основную часть работы выполнять самой. Но как-то же существовали они и до того времени, как Михаил Борисович взял в секретари Алину! Эта дива сразу дала понять всем, что требовать чего-либо от нее может только шеф лично, и максимум, что она может для него сделать на работе, – это сварить кофе. И то, по наблюдению Даши, готовила она этот напиток из рук вон плохо.
На Дашу Алина взирала с презрением. Ну да – она же была выше, по крайней мере, на голову! Убедившись, что что-то сделать на благо фирмы Алину невозможно заставить никакими силами, Даша решила перетерпеть несколько месяцев – время в данном случае работало на нее. Однако девица вела себя нагло. Она сбивала с толку менеджеров, часами болтала по служебному телефону и, судя по некоторым признакам, наговаривала на Дашу шефу.
Сегодня с утра на Дашу навалилась текучка, и к приходу шефа она была уже по уши в работе.
– Дарья! – позвал он ее. – Отчеты мне принеси за прошлый месяц! И договоры с поставщиками!
Даша вытащила из стола две папки и пошла в кабинет к шефу. Помещение его было большим и светлым, с мягкой мебелью и красивыми занавесками. У нее же – крошечный закуток, отгороженный фанерной перегородкой от общей комнаты.
Девицы собрались стайкой у стола Милки – сотрудницы, которую недавно бросил бойфренд. Прорыдав целую неделю подряд, она вскоре вполне утешилась и даже познакомилась в ночном клубе с парнем, катавшимся на дорогущем «ауди». Теперь общество решало сложный вопрос – как узнать, его ли это машина или он ее просто водит по доверенности?
– Девочки, – укоризненно сказала им Даша, – вы бы хоть при шефе видимость работы создавали…
– Да ладно тебе, Даш! – откликнулись они.
В кабинете шефа – прямо на столе – сидела Алина и нашептывала что-то Михаилу, прильнув губами к его волосатому уху. Он смеялся – ему было щекотно. Увидев Дашу, они нехотя оторвались от своего увлекательного занятия. Михаил спихнул Алину со стола и шлепком придал ей направление к двери. Проходя мимо Даши, она пренебрежительно фыркнула.