Страница 5 из 95
Погруженные в свои мысли, отец и дочь глядели из окна на царство созданной людьми вечной весны.
Но вот Аспинедов повернулся и с улыбкой взглянул на Елену.
- Слушай, Елена, в моей жизни есть факты, оставшиеся неизвестными тебе. И я нахожу, что настала пора познакомить тебя с ними…
Елена подняла изумленный взгляд на отца. Не обращая внимания на ее удивление, Аспинедов продолжал:
- Да, не удивляйся, - потому что боюсь опоздать со своим рассказом! Ведь смерть может незванно и негаданно постучать в дверь, а мне есть о чем рассказать тебе…
Елена встревожилась.
- Да что это с тобой сегодня, папа?! Тебе ли говорить о смерти? Это же совершенно не похоже на тебя!
- Время не терпит, Елена, - и конец рано или поздно должен наступить. А я хочу, чтоб ты знала… Да, ты должна знать о том, что твоего отца преследуют!
- Преследуют?! Но кто же преследует, папа? - с тревогой переспросила Елена.
Аспинедов улыбнулся какой-то странной улыбкой. Сжатыми кулаками обеих рук он потер выпуклый лоб и, медленно и раздельно выговаривая каждое слово, ответил:
- Кто? «Белые тени», дочка. Ты знаешь что-нибудь о них?
- Белые тени? - воскликнула Елена, привставая с места. - Ну да, слыхала что-то… вернее, читала о них в каком-то романе…
- Нет, милая, это не то. Я говорю о реально существующих «белых тенях», о моих личных врагах, о врагах моей страны! Каждый раз, когда меня радует какая-либо удача, «белые тени» встают на моем пути, преследуют меня…
- Да ты не болен ли, папа? - с тревогой задала вопрос Елена, невольно протягивая руку к отцу.
Николай Аспинедов удержал руку дочери и заставил ее снова присесть рядом с собой.
- Не беспокойся, я вполне здоров! - нетерпеливо ответил он, сдерживая гнев.
Суровый взгляд старого ученого был прикован к углу кабинета. Лицо его внезапно побледнело, глаза сверкнули. Повернув голову, он словно прислушивался к чему-то. Елена не замечала странного волнения отца: смущенная своим промахом, она не поднимала глаз.
А тем временем в кабинете происходило что-то непонятное. Сперва сами собой захлопнулись створки распахнутого окна. Затем невидимая рука с шумом задернула изнутри шторы, а вслед за этим неожиданно потух в кабинете искусственный дневной свет.
Комната погрузилась в темноту.
Пораженная ужасом Елена заметила в углу кабинета, недалеко от кресла отца, светящуюся тень человека, слабо фосфоресцирующую в темноте.
- Не волнуйся, Елена! - послышался в темноте спокойный голос Аспинедова. - Это один из многих моих личных врагов…
- Э, нет, Николай Аспинедов! - недобро рассмеялось непонятное видение. - Вы имеете дело с чем-то более серьезным, чем личные враги. Так слушайте же…
Елена с ужасом внимала словам светящегося привидения. В кабинете слышались осторожные шаги и чье-то тяжелое дыхание.
- Слушайте, сударь, дайте же моей дочери удалиться! - с возмущением крикнул Аспинедов.
- Нет надобности, поскольку ей предстоит разделить вашу судьбу… - с угрозой произнесло светящееся видение. - Вас ожидает страшная участь, Аспинедов! В течение нескольких часов метель и стужа, вместе с мраком, навсегда развеют в прах все ваши осуществленные мечты. Перестанут действовать все теплопроводные установки вашего города, будет уничтожен источник атомной энергии. Перестанут существовать и город Октябрь, и созданная на его верфях подлодка «Октябрид». Такой бесповоротный приговор организации «Белых теней»! Знайте - вы обречены…
Еще звучали во мраке последние слова «белой тени», когда вдруг дверь стремительно распахнулась, и синевато-багровый луч ворвался в кабинет.
Аспинедов и Елена едва успели разглядеть переступившего порог полковника Дерягина и сопровождавших его двоих сотрудников.
В руках полковника поблескивал какой-то аппарат, из которого вырывался луч, фиолетовым пальцем коснувшийся белого привидения в углу.
- Сдавайтесь, господин Гомензоф! - приказал полковник Дерягин. - Сопротивление бесполезно…
Фосфоресцирующее сияние, окружавшее тень, быстро тускнело. Через несколько секунд человек огромного роста тяжело рухнул на пол кабинета. Полковник осветил своим фиолетовым лучом все углы кабинета. Затем, обернувшись к своим сотрудникам, он приказал, указывая на лежавшего в углу человека с черным, как сажа, лицом:
- Вынести его!
Когда сотрудники Дерягина вышли из кабинета, унося с собой незнакомца, Аспинедов взволнованно воскликнул:
- Илья Григорьевич, но разве этому негодяю нечего было больше поведать нам?!
- Нет, нет, не беспокойтесь, Николай Львович, он жив, и многое еще сообщит нам… Мы еще выслушаем показания этого наймита заокеанских хозяев! - с улыбкой проговорил полковник и, козырнув, вышел из кабинета.
Все это совершилось так неожиданно и стремительно, что Елена не в состоянии была что-либо сообразить.
- Но кто он, папа, кто это чудовище? - наконец, взволнованно обратилась она к отцу.
Аспинедов выпрямился и глубоко перевел дыхание.
- Один из героев богатой событиями биографии твоего отца. Представитель «белых теней», о которых я начал тебе рассказывать…
- Расскажи мне все, папа… Я хочу знать все о тебе! - с мольбой воскликнула Елена.
- Да, медлить не к чему… Тебе пора знать историю моей жизни! - задумчиво подтвердил Аспинедов.
Прозвучал звонок телефона-телевизора. Когда Аспинедов поднял трубку телефона, на экране его обрисовалось вдумчивое лицо молодого конструктора.
- Николай Львович, на подводном корабле задержаны «белые тени»! - раздался встревоженный голос Абэка Аденца. - Приезжайте немедленно, жду вас!
- Выезжаю, Абэк Давидович, - взволнованно отозвался создатель подводного города.
Как только трубка упала на рычаг, экран потух.
Аспинедов быстро отдернул штору и распахнул окно. В комнату влилось весеннее благоухание. Казалось, ее осветили лучи настоящего солнца…
Елена не отводила смятенного взгляда от потухшего экрана. Старый ученый задумчиво следил за дочерью, которую так явно взволновал голос Абэка Аденца.
- Елена, не забудь зайти сегодня же в городской комитет партии, - там с тобой поговорят о твоем участии в походе «Октябрида». После нашей беседы с тобой я не буду настаивать на исключении твоего имени из списка участников.
- Спасибо, дорогой. Я знала, что у меня и добрый, и хороший отец! - с благодарностью отозвалась Елена.
ЦАРИЦА МОРЕЙ
Нелишне будет сказать теперь несколько слов о возникновении как города Октябрь, так и «царицы морей» - подлодки «Октябрид».
Закладка города стала повелительной необходимостью с того самого момента, как советские геологи - разведчики недр обнаружили на крайнем севере руду, представляющую исключительный интерес. В обледенелой и засыпанной снегом тундре северных широт были выявлены неистощимые залежи марганцежелезистого известняка. Расходящиеся лучевидными отрогами рудные залегания занимали территорию в несколько сот километров вдоль морского побережья, простираясь затем на запад, восток и юг.
Последующие изыскания установили, что этот марганцежелезистый известняк горюч и подвержен ступенчатому химическому преобразованию, дающему в конечном результате прозрачный стальной пласт, который дальше уже невозможно расплавить.
В процессе обработки этой естественной рудной смеси было обнаружено, что она выделяет такие рудоископаемые, как золото, медь, платину, уран и тантал.
Честь открытия этой своеобразной руды выпала на долю покойного академика геолога Павла Ивановича Дредь, близкого друга Николая Аспинедова.
Со дня открытия этой руды внимание советских людей было направлено на Север. Первый караван рабочих-добровольцев отправился на ледоколах к безлюдному берегу моря Лаптевых.
Заложено было основание поселку Октябрь.
Жизнь людей в этих безраздельных владениях мрака и стужи начиналась в простых палатках и спальных мешках. Вскоре, однако, появились и первые жилые здания, первые доменные печи. Не прошло и пяти лет, как были уже сданы в эксплуатацию химический завод, электростанция, клуб, школа и библиотеки.