Страница 6 из 12
Я перечитала эти три листа раз, пожалуй, двадцать. Сначала слабо понимала, о чем там речь, и только когда за окном небо окрасилось в первые цвета заката, до меня дошло.
Помолвка… контракт на помолвку!
Вообще контракты заключали в основном среди богатых. Когда оба с имуществом, состоянием и претензиями, вопрос финансовой безопасности стоит особенно остро. Ну и гарантии, конечно. А то откажет пылкая невеста всем своим поклонникам, а жених потом в кусты. Так хоть компенсация какая-то будет.
Некоторые и постельные развлечения предпочитали документально фиксировать. Чтобы претензий не было, мол, я ее брал стройной блондинкой, а куда теперь сдавать это толстое лысое чудовище, понятия не имею.
Но вообще это был не мой случай, ибо у меня в контракте, который шеф накидал на скорую руку, было все о работе. А если коротко: пока мы помолвлены, я не безработная. А если решу помолвку разорвать, соответственно, и места своего тоже лишаюсь. Ну и по мелочи там: сопровождать благоверного на мероприятиях, не изменять, не позорить будущую фамилию и заодно молчать о содержании данного контракта.
В общем, я попала в оплачиваемое рабство. А сама виновата. Расслабилась, ушами хлопала – и вот, сиди в обнимку с туфлями и страдай перед первым выходом в свет. Ведь до сих пор я не бывала на мероприятиях для особых гостей.
Ильмир сказал одеться соответствующе. Был так зол, что я побоялась уточнять, и теперь смотрела на шкаф. Шкаф смотрел на меня и – туфлями клянусь! – вот-вот готов был саркастически хмыкнуть.
– Это похоже на наряд школьницы. – Я один за другим отметала варианты. – Это на наряд библиотекарши. Это вообще на наряд не похоже. Я сойду с ума!
Никогда еще не была в ресторане как чья-то спутница. В то время как Кевин ухлестывал за всем, что имеет более-менее стройные ноги, Ракель мечтала о принце и в процессе перебирала пажей, я пыталась просто выжить. Вырваться из мерзкого и гнетущего существования «от зарплаты до зарплаты», найти способ обзавестись жильем и как-то понять, чего мне от жизни вообще хочется. На мужчин не оставалось ни времени, ни сил, а они, в свою очередь, не обращали внимания на невзрачную скромную девицу, сотрудницу магического туристического агентства.
Поэтому я совершенно не понимала, как надо одеться, но еще больший ужас испытывала, когда думала, что без понятия, как себя вести. Оставалось только надеяться, Ильмир Сантери возьмет ситуацию в свои руки. А я… буду улыбаться и приглядывать за гаремом, чтобы никто снова не упал в какой-нибудь бассейн и не пробудил древнюю мумию.
Поход от шкафа к туфлям, которые сейчас стояли на столе возле початого бокала с коньяком, закончился истеричной трелью дверного звонка. Вот кого еще нечистая принесла по мою душу? Видеть никого не хотелось. Хотелось осушить бокал и хотя бы немного успокоиться. Я точно знала, сто пятьдесят граммов коньяка помогут мне в этом.
Я помялась перед дверью, сначала решив вообще ее не открывать. Но звонок заверещал снова, и я рассерженно дернула дверную ручку. На площадке стоял тощий курьер с веснушками и взирал на меня глазами выкинутого на берег карася. Я не сразу поняла, в чем дело, но потом до меня дошло, выбирая наряд на прием, раздеться-то я разделась, а вот одеться так и не решила во что.
Стало до ужаса неловко за свою короткую шелковую сорочку с кружевом по подолу, модного в этом сезоне цвета бедра испуганной нимфы. Но бежать с визгом в комнату тоже было как-то глупо, поэтому я тоном портового грузчика (чтобы у курьера, не дай боже, не возникло каких непристойных мыслей) невежливо буркнула.
– Чего тебе надо?
Думаю, после этого даже пристойные мысли исчезли у парня из головы. По крайней мере, икнул он довольно громко и проблеял:
– Посылка для леди Хелми Леруа.
Курьер протянул мне плоскую коробку среднего размера. В таких доставляли на дом пироги и пирожные. Живот сладко свело от предвкушения, но эта коробка едой не пахла, и на ее крышке сквозь полупрозрачную упаковочную бумагу просвечивал вензель известного дома мод. Это меня насторожило.
– Что это? – с угрозой в голосе уточнила я.
– Ну так… – курьер растерялся и даже в вырез моего декольте таращиться перестал. – Посылка для леди Хелми Леруа…
– Нет. Мне интересно, что находится там, внутри! – Я постучала пальчиком по картонке.
– Нам смотреть не положено. Вы распишитесь в квитанции, и я пойду, – умоляюще протянул он, видимо, уже сообразив – так просто не выйдет.
– Ну уж нет… тебе не положено. А мне очень даже положено, – пропыхтела я и начала сдирать тонкую и хрустящую подарочную упаковку. Только избавившись от нее, можно было открыть крышку. В коробке лежало дорогое, это было понятно даже по ярлычкам, платье. Оно было сложено, и фасон определить оказалось проблематично. А вытаскивать его из коробки я не хотела. Я вообще не хотела, чтобы оно появлялось в моей квартире.
– От кого посылка?
– От Ильмира Сантери.
– Нет. – Я решительно протянула коробку курьеру. – Я не могу ее принять. Отвезите, пожалуйста, обратно.
Я не стала добавлять вслух, что если господин Ильмир вздумает вычесть стоимость платья из моей зарплаты, то пенсию я увижу быстрее, чем следующую получку.
– А может быть, возьмете? – как-то уж очень несчастно проблеял курьер.
Мне даже жаль его стало. Интересно, какие кары ему пообещал мой шеф? В том, что они непременно были обещаны, я даже не сомневалась, но все равно была непреклонна. В конце концов, не курьеру же отрабатывать дизайнерскую шмотку, а мне.
– Нет.
Курьер несчастно посмотрел на меня, вздохнул.
– Возьми это демоново платье! – раздался откуда-то сверху дурной голос шефа.
Я икнула и послушно кивнула. Точнее, часто-часто затрясла головой. Спорить перехотелось. В конце концов, лучше рабство, чем голодная смерть в коробке из-под рояля. Лучше со всем согласиться и не будить в шефе зверя. О том, что мне сегодня его лицезреть весь вечер, я старалась не думать.
Захлопнув входную дверь, я развернула подарочную упаковку и добыла из коробки дорогущее платье – глубокого темно-вишневого цвета с расшитым переливающимися мелкими камушками, корсетом. Платье было изумительным, даже подходило к туфлям, и я бы влюбилась в него с первого взгляда, если бы не одно «но».
Не знаю, с чего Ильмир взял, будто я обладаю размером «эль» и пышной грудью… Я влетела в платье, как в картофельный мешок, и оно уныло повисло у меня на плечах, зацепившись за выпирающие ключицы тонкими бретельками. В области груди было как-то очень уж пусто, хотя вроде бы какие-то намеки на фигуру у меня имелись, но потерялись в объемных чашечках. Корсет я затянула как могла, но все равно было совершенно точно ясно, что можно кушать на приеме и не стесняться – выпирающего живота никто не заметит. «Ага, – мрачно подумала я, – все будут пялиться в пустующее декольте. Впрочем, туда тоже можно складывать еду. Салат, например». А под пышной юбкой вполне могла спрятаться Ракель и еще половина гарема шейха.
– Что делать-то? – истерично спросила я у бокала коньяка и нарезала круг по комнате, путаясь в широких юбках. Попытка подтянуть бретельки, обмотаться поясом и напихать в лифчик… еще один лифчик не увенчалась успехом, и я сделала совершенно невероятную вещь. То, чего бы никогда себе не позволила. Дрожащей рукой взяла блокнот и нашла где-то в его недрах координаты шефа.
– Что вам, Хелми? – раздраженно буркнуло недовольное отражение Ильмира, и я повернула блокнотик в свою сторону отражающей поверхностью, стремясь продемонстрировать как можно больше. Хотелось, чтобы мой фиктивный возлюбленный в полной мере оценил доставшуюся ему неземную красоту.
– Вы точно желаете, чтобы я сегодня вечером была в этом? – мстительно поинтересовалась я. Выслушала томительную паузу и последовавшее за ней ругательство.
– Демоны и боги! Даже здесь вы умудрились напортачить!
– Я-то тут при чем? – отозвалась возмущенно в потухший блокнот, но шеф меня уже не слышал. Указаний я не получила, поэтому подобрала переливающиеся юбки и взгромоздилась на высокий барный стул. Коньяк в бокале подходил к концу, и мое душевное равновесие как-то незаметно восстанавливалось. Правда, что делать с платьем, я не понимала.