Страница 7 из 16
Скоро женщина перестала видеть пещеру и решила вернуться. За ее спиной вдруг затрещали ветки и… толчок. Она не сразу испугалась, только когда ощутила себя прижатой к чему-то большому и теплому — чужому мощному телу. Рука, обвившаяся поперек груди, мешала дышать. Она хотела закричать, но половину лица уже закрывала ладонь. Арелла все равно попыталась и издала остервенелое мычание, будто звериное.
Она замахала руками. Пинаться ногами не вышло — ее тащили куда-то, и ступни цеплялись за корни. Из груди снова вырвалось мычание и хрип. Женщина схватилась за ветку, но та хрустнула и сломалась. Тогда она вцепилась в ствол дерева, и нападавший остановился. Но мгновение надежды сменилось болью, когда он дернул ее, и в ладонях остались только кусочки коры.
— Тихо, тихо, — прозвучало сквозь шелест леса.
Велор?! Неясно. Арелла подняла голову и увидела зелень, в которой мелькнули серые волосы. Да, это он. Но что он делает? Зачем?!
— Уймись! — почти рыкнул оборотень и нырнул за дерево. Он сильнее надавил пальцами на щеки пленницы, заставляя ее смотреть прямо. — Услышат.
Она еще пыталась мотать головой, напуганная происходящим. Но скоро остановилась, заметив желтое пятно, слишком неестественное для всего окружающего. Оно двигалось вдалеке, и не одно — женщина насчитала пять и узнала очертания сюрко. Ткань была накинута поверх кольчуг, мерцающих в столпах света.
— Это за тобой? — спросил Велор, убирая руки.
— Предатели. — Арелла вся затрепетала от злости и сжала кулаки.
Как ей хотелось выйти к этим негодяям и объяснить, где их место! Прятаться казалось недостойным, но выбора не было, и приходилось молча наблюдать за воинами, идущим мимо.
— Ты убьешь их? — спросила женщина, пугаясь собственной кровожадности.
— Это только одна группа. Людей слишком много, и у них оружие. Скоро они найдут пещеру, поэтому нам лучше уйти. — Велор коснулся ее локтя и направился прочь.
Арелла с трудом заставила себя отвернуться. Внутри все бурлило, мысли путались, и она почти бессознательно шагала за спиной оборотня, гневно отбрасывая назойливые веточки.
— Когда мы вернемся? — буркнула она, стараясь задержать внимание хоть на чем-то.
— Мы не вернёмся.
— Нет? — Женщина остановилась. — Почему?
— Незачем. — Велор продолжал идти, словно ничего и не произошло.
— Что это значит? Объясни!
— Не здесь. — Он замер и медленно повернулся, буравя Ареллу взглядом.
— Здесь, — твердо сказала она, — я не пойду за тобой, пока не услышу объяснения.
— Не пойдёшь? — Оборотень прищурился и замолчал, выжидая. Но это не подействовало: сейчас женщину куда больше страшила неизвестность, чем он. — Тогда можешь остаться и подождать своих друзей.
Гнев охватил ее новой волной. Неужели этот зверь действительно не понимает, как она напугана сейчас? Как сомневается?
— Благодарю тебя за спасение, прощай. — Арелла и впрямь была готова остаться. Откуда ей было знать, что Велор не уготовил ей кошмары похуже?
Он тоже не двигался. Только смотрел, будто колдуя.
— Не уходишь, — женщина усмехнулась, — я нужна тебе. Зачем? При чем здесь мой кулон?
— Ни при чем, — сдался оборотень. Помолчав, он опустил голову и шагнул вперед. — При вашем дворе я узнал, что такими украшениями обладают только знатные и влиятельные люди…
— Ты был при дворе? — Арелла так удивилась, что перебила его неосознанно.
— Давно, — Велор все приближался, и она отступила назад, — но теперь я здесь, и не могу вернуться к своим, за горы. Ты мне в этом поможешь. — Он резко поднял голову — это была не просьба. В его глазах светилась решительность, твердость и… отчаяние, но далеко не обреченное.
— Как?
— Одна ты беспомощна, и тебе нужен защитник от убийц. Я могу отвести тебя в безопасное место, а ты поможешь мне вернуться за горы.
— Неужели ты доверяешь мне?
— Не доверяю, но что-нибудь придумаю по пути. — Оборотень развернулся и бросил через плечо: — Нам нужно идти. Как только люди найдут пещеру, они начнут обыскивать все вокруг.
Все услышанное казалось полным бредом. Как этот дикарь, бегающий по лесу голышом, мог оказаться при дворе?! Кто его туда пустил, и почему никто не знал об этом? Он не человек и не эльф — это ясно с первого взгляда.
Рассказ застал Ареллу врасплох, и она опомнилась, только когда Велор уже едва виднелся за деревьями.
— Почему ты не пытался вернуться один? — спросила она, догнав оборотня.
— Почему? — Он издал странный звук, похожий на смешок. — Каким образом? Я знаю лишь нужное направление. Много раз я выходил отсюда в облике зверя, но встречал только поля и людей, пасущих скот. Они набрасывались на меня, хотели убить… я мог бы сбежать, но не знаю, что там дальше. Где города, где леса, в которых можно спрятаться и найти пищу. Можно было бы пойти в город, украсть одежду и спрятать лицо, но я не знаю ваших обычаев. Не знаю, как мне вести себя и говорить, чтобы не вызвать подозрений. Отчего-то вы хотите уничтожить таких, как я.
— В качестве провожатого тебе подошел бы любой человек. Почему именно я? Вряд ли я единственная, кто пришел в лес за все годы.
— Ты хоть представляешь, что творится у гор? Твои соплеменники слишком боятся нас: там множество солдат, которым приказано умереть, но никого не впустить и не выпустить. Нужно признать, они хорошо делают свою работу. А у тебя есть влияние, и ты его используешь!
От последней фразы у женщины по коже пробежали мурашки: для Велора она была настоящим подарком, который он ни за что не упустит. Но если он сказал правду, то бояться нечего.
— Как же ты прошел через горы в прошлый раз? Или… — она запнулась, обдумывая неожиданную догадку, — или ты не проходил через них?
— А за что тебя хотят убить? — отозвался оборотень, давая понять, что вопрос был неуместным.
***
— Я больше не могу! Дай мне отдохнуть, — взмолилась Арелла, оперевшись о дерево.
— Опять? — Велор стоял далеко впереди за пышным кустом с длинными острыми листьями и россыпью красных точек между ними, — мы только что делали остановку.
— Я не привыкла столько ходить. — Она знала, что утратила все свое внешнее достоинство, но в первый раз в жизни это не казалось ей важным. — Сколько еще идти до безопасного места, о котором ты говорил?
Шипя и постанывая, женщина села на землю и вытянула ноги. Ее ступни горели огнем, колени ныли, а нижняя рубаха намокла от пота. О волосах не хотелось и думать: она столько раз цеплялась ими за ветки, что наверняка оставила половину по дороге.
— Обычно я шел полдня, — оборотень стал возвращаться, — но с тобой… не знаю, думаю, к ночи доберемся.
— К ночи? Боги… — прорычала сквозь зубы Арелла и принялась гневно чесать пораненную ладонь.
Лоскут еле держался, и она сняла его, обнажая мелкие язвочки темно-бордового цвета. Они уже покрылись тонким слоем кожи, которая нестерпимо чесалась.
— Перестань, а то не заживет. — Голос Велора прозвучал над самым ухом, и женщина взвизгнула.
Тело неосознанно дернулось в сторону, и она упала на бок, стараясь отползти как можно дальше, при этом ненавидя себя за такие неподобающие действия. Но инстинкты оказались сильнее воспитания.
— Почему ты так боишься меня? Разве я сделал тебе что-то плохое?
Судя по всему, оборотня встревожило ее поведение. Арелла и сама не понимала, отчего ее сознание так помутилось. Сев, она подцепила ногтем высохшую еловую колючку, затем дубовый лист, но они не подсказали ей верного ответа. Пришлось сказать правду:
— Дело не в тебе. Страх оборотней у людей с рождения.
— Почему? — Велор сидел на корточках и внимательно следил за женщиной.
— Из-за того, что произошло восемьсот лет назад, когда вас изгнали.
Наступила тишина, лишь птица звонко щебетала в листве. Арелла изучала лесной мусор на земле, а оборотень не отводил от нее глаз. Он щурился и почти не моргал, размышляя над чем-то.
— Что ж, расскажи мне, — вкрадчиво сказал он.
— Когда-то наши народы жили вместе, как равные, — отчего-то история казалась опасной, и язык шевелился с трудом, — но оборотни решили, что их угнетают. И тогда они… стали запугивать людей, выдвигая требования. Их отказались выполнять, и…