Страница 30 из 109
Утаив этот разговор от Вари, Лика считала, что поступила верно: было стыдно, что её отвергли. В таких случаях жалость со стороны унижает того, кого жалеют, и причина поражения не важна. В том, что Киреев тоже умолчит о размолвке, она не сомневалась.
Девушка полночи гадала, в чём её вина, что она сделала или сказала не так, но ответа так и не нашла, зато получила головную боль, сжимающую голову стальным обручем и не дававшую спать.
Лика встала и тихонько оделась, не желая терпеть до утра. В лазарете ей обязательно помогут. Может, сегодня смена Константина? Так Лика с удовольствием послушает одну из его историй!
Жмурясь от пульсирующих прострелов в висках, девушка еле дошла до второго уровня. На робкий стук в дверь сразу получила ответ: Костя, одетый с иголочки и гладковыбритый, пропустил её внутрь. Стас тоже был здесь. Оба выглядели свежими, будто сейчас не два часа ночи, а позднее утро.
— Так-так, Леснова, — произнёс Стас, когда датчики, налепленные на голову, вывели информацию на экраны. — Мигрень. Часто с вами так?
— Нет, — еле слышно проговорила Лика, громкие звуки усиливали боль.
— Сейчас полегчает, — ободряюще улыбнулся Костя, когда она охнула от лёгкого покалывания под браслетом.
И действительно, через пару минут боль стала утихать, в глазах прояснилось.
— Можно идти? — Лика присела и вопросительно посмотрела на обоих. Сейчас, когда боль ушла, хотелось только одного - спать.
— Пару минут посидите, — строго ответил Стас. — Надо понаблюдать за вами. Когда датчики просигналят, тогда и пойдёте.
Лике не хотелось спорить, да и сил не было. Она перешла в кресло в соседнюю комнату, служившую палатой, и откинулась на спинку, прикрыв глаза.
— А я говорю тебе, что случилось что-то нехорошее, — услышала она тихий голос Стаса, который, видимо, продолжил прерванный её появлением разговор.
— Ага, ты, как обычно, беду пророчишь, хватит с нас одного вещуна, Гамаюн, — Костя рассмеялся.
Лика открыла глаза, сон мгновенно слетел. О чём они говорят? Связано ли это со срочным вызовом Киреева к капитану?
Врачи находились в соседней комнате, но слышимость была отличной.
— Даже если бы инопланетяне прилетели к нам с хлебом-солью, ты заявил бы, что они хотят нас отравить, — не унимался Костя.
— Или пустить пыль в глаза. Но отравить, вариант надёжнее.
— Да что бы там ни было, ты найдёшь повод сказать, что всё будет плохо!
— И в итоге окажусь прав! — хмыкнул Стас.
Лика аккуратно, стараясь не шуметь, подошла к открытой двери, но так, чтобы её не было видно.
— Посмотрим, объявят, наверное, скоро, — вздохнул Костя. — Строим тут догадки на пустом месте!
Датчик на браслете девушки предательски запищал. Она густо покраснела, но отступать было поздно. Решившись, Лика шагнула в проём.
Доктора сидели, развалившись в креслах, друг напротив друга и пили чай с густым ароматом липы. Стас кивком указал на третье кресло, стоявшее чуть поодаль.
Лика присела и согласилась на липовый отвар, хотя не любила его, любопытство оказалось сильнее. Почему-то она была уверена, что врачи знают больше, чем сказали только что, и что новости связаны с Тимофеем.
— Мне лучше, спасибо, — сказала она, чтобы прервать затянувшуюся паузу. — Извините, я невольно подслушала ваш разговор.
Оба доктора понимающе улыбнулись.
— Да мы так, ничего тайного. Капитан вчера вечером срочно пригласил на рубку старпома, инженера связи и штурмана. Совещание шло больше часа, ещё и при закрытых дверях. Вот мы и гадаем, к чему бы это? — С обескураживающей улыбкой Костя развёл руками, словно речь шла о пустяке, а не о событии, которое, быть может, приведёт к смерти экипажа.
Стас нахмурился, но промолчал.
— А впрочем, зачем всё это, если от нас всё равно ничего не зависит, правда, Стас?
— Вот именно в ключевых моментах всё меньше всего зависит от тех, на кого больше прочих эти моменты и повлияют, — прикрывши рот рукой, зевнул доктор.
Девушка окончательно успокоилась. Этот разговор за чашками ароматного отвара совсем не вязался с мыслями о конце, скорее походил на вечные размышления о бренности бытия.
Лика глотала обжигающий напиток, ей стало хорошо, уютно и совсем неважно, о чём там говорили за закрытыми дверями. Казалось, главное сейчас - сидеть и молча смаковать на языке липовый чай, ни о чём не думая и не беспокоясь.
Допив до последней капли, девушка поставила чашку на стол и с сожалением попрощалась с докторами, поблагодарив обоих. Они проводили её до двери и тоже тепло улыбались, даже вечно хмурый Стас казался довольным жизнью. Его глубоко посаженные глаза блестели, Лика заметила мелкие морщинки вокруг них. Главный доктор улыбался одними глазами, но выглядел совершенно искренним.