Страница 4 из 68
- Может быть.
- Вот, выпей это. Тебе станет намного лучше, - Климент поставил перед Касом кружку с изумрудно-зелёным отваром.
- Уже горячее? - искренне удивился он. - Когда вы успели нагреть?
- Потом узнаешь, как я это делаю, - загадочно промолвил старик.
- Из чего состоит это питьё?
- Девятисил и четырёхлистник. Первое - для общего укрепления здоровья, второе - для усиления свойств отвара.
- Попробую, - Кас отхлебнул, отметил: - Вкусно, мне нравится.
- Вот и славно, - расплылся в улыбке Климент.
Старый некромант стоял и смотрел в окно, пока Кас допивал целебный отвар. После предложил прогулку по излюбленным тропам.
Старые скрипящие двери дома отворились: открылся живописный пейзаж, что нельзя увидеть в ночное время. Высокие стройные деревья уходили высоко в бескрайнее ясное небо, яркие цветы и травы благоухали сладкими ароматами, чем создавали непередаваемое впечатление, узкая речка наполнена зеркальной чистоты водой: всё выглядело настолько великолепно, что хотелось остаться здесь навсегда.
Кас не сдержался, спустился к речке, чтобы выпить чистейшую воду и умыться. Он посмотрел на отражение: чёрные смолянистые волосы нужно приводить в порядок, а лицо усталое после вчерашнего дня. Попил, умылся бодрящей водой и присоединился к Клименту.
Они шли по узкой тропе, что вела в сторону холмистых гор. По обочинам иногда слышно, как разбегались мелкие насекомые. Бабочки порхали повсюду - будто специально создавали красочное представление. В пути встречались дикие олени, чаще молодые, и убегали при виде незнакомцев.
- А куда мы идём? - вдруг выразил любопытство Кас.
- Это обыкновенная прогулка, - пояснил Климент, - Хотя, я кое-что тебе покажу.
- И что же это?
- Терпение, только терпение. Совсем скоро увидишь.
Скоро перед глазами Каса открылся вид огромного озера. Через него проложен длинный мощный каменный мост, что ведёт на другой берег.
- Красиво, не так ли? - Климент стал на месте, чтобы полюбоваться природой.
- Да, очень! - воодушевлённо поддержал Кас и вдохнул свежий воздух, что нагонял слабый тёплый ветер.
- Этот мост когда-то построили ванапаганы[2].
- А кто это? Первый раз слышу о них.
- Великаны. Они злобные и глупые, хотя иногда приглашают людей в гости, но это редкие случаи.
- Я бы даже по приглашению не пришел к ним.
- Забыл добавить, что обычному человеку нельзя ходить по мостам, которые строят ванапаганы.
- Почему?
- Душа человека, прошедшего по такому мосту, попадает к дьяволу. Что же касается нас, то нам, некромантам, это не грозит. Пойдём далее.
Они ступили на мост: вид более впечатлительный, чем то, что можно было видеть раньше. Глаза разбегались, желали изучить каждую тропинку, везде побывать.
Вскоре прошли мост и забрели в глухую лесную чащу, где прежняя красота превратилась в мрачноватое место.
Климент шёл впереди. Когда остановился, Кас увидел за ним то, что совсем не ожидал: каменный алтарь, залитый некогда свежей кровью.
- Это алтарь некроманта, - объяснил старик. - Здесь каждый некромант приносит жертву. И ты в том числе.
- Я не хочу это делать, - запротестовал Кас.
- Ты сделаешь это. Не стоит противиться, иначе будешь постоянно мучиться. Эти муки сопровождают любого некроманта, если он отказывается от жертвоприношения. В итоге не выдерживает и умирает уже окончательно. Объясняется тем, что без ритуала твои силы сосредотачиваются в тебе без возможности выплеснуться наружу и убивают тебя.
- Но почему именно я?
- Значит, кому-то из Богов понадобилось, чтобы ты стал некромантом.
- Я уничтожу, клянусь, Бога, которому это нужно! - выругался он.
- Какие громкие слова, - полушёпотом намекнул на плохое поведение старик. - Боги могут услышать. Не стоит так заявлять.
- А я буду заявлять, - настырно упорствовал Кас.
- Ближе к делу, - перебил Климент. - Твоей жертвой будет молодая девушка. И я уже знаю кто она. Дочь Бакая.
- Только не она, - помрачнел он.
- Только она, - старик задумчиво почесал подбородок. - Лучший вариант из гуманистических соображений. Девушка имела глупость гулять здесь вчера. Я видел её на мосту. Из чего следует, что несчастная душа в скором времени отправится в ад.
- Вот как... - он безучастно уставился во что-то видимое лишь для его фантазии. - Но я не готов к жертвоприношению.
- Это не так сложно как ты думаешь. После ритуала ты обретёшь все силы некроманта.
Кас сел на мягкую траву и ударился в размышления: «Как я сделаю это? Убить молодую девушку. Да ещё и дочь самого военачальника Каана! Она такая красивая. Мысль о жертвоприношении мне кажется невыносимой. Не так сложно, говорит старик. Конечно, на его счёте, возможно, не одна сотня смертей, поэтому для него убийство - обычное дело. Для меня - нет».
- Кас, я вижу, ты сильный. Ты сможешь, - отвлёк от размышлений голос Климента.
- Когда я должен сделать это? - он поднялся с земли и посмотрел на алтарь.
- Чем раньше, тем лучше, - намекнул старик. - О том, чтобы доставить девушку сюда, я позабочусь лично. Твоя задача - принести её в жертву на алтаре.
- Хорошо. Через два-три дня. Мне нужно подготовиться морально к ритуалу, - объяснил Кас.
- Подождём, - в голосе Климента прозвучали нотки тихой радости. - Кстати, у меня есть для тебя очень хороший подарок.
Неожиданная новость вызвала мгновенный интерес:
- Какой?
- Об этом ты узнаешь, когда мы вернёмся в дом. Тебе понравится, обещаю, - старик положил руку на плечо Каса и с внутренней надеждой на понимание взглянул на него.
Он молчаливо смотрел на алтарь...
Отец и дочь
Тихий стук явился неожиданным в вечернее время воскресного дня.
Бакай не спеша подошёл, открыл замок, отворил входную дверь - на пороге стояла Рогнеда с виновато опущенной головой. Молодая, высокая, стройно сложенная девушка с ослепительной улыбкой маленькой наивной девочки. Золотистые волосы украшали стан и делали девушку очень привлекательной, важной особой, коей она и являлась благодаря отцу.
- Проходи, - в его голосе прозвучали нотки неприятного разговора. - Нам предстоит кое-что с тобой обсудить.
- Я всё объясню, отец, - едва слышно произнесла тоненьким голосом Рогнеда и опустила подлинно индиговые глаза.
Послушно прошла по коридору, попробовала войти в кухню, но Бакай указал на дверь своей комнаты: разговор обещает быть действительно серьёзным.
Они сели за небольшой столик, сделанный из грубого дуба. Отец строго посмотрел на дочь, на мгновение закрыл глаза, глубоко вдохнул и начал:
- Где ты была весь день?
- Гуляла в лесу. Знаешь, там так интересно! - залепетала она.
- Я не спрашивал как там, - перебил он её. - Почему мне не сказала об этом?
- Но ты был на службе, - попыталась оправдаться Рогнеда. - Я не могла тебе сообщить, что ухожу.
- Но ты могла хотя бы записку оставить на столе в кухне. Или забыла как писать?! - повысил голос отец.
- Прости. Да, я поступила неправильно, - признала вину дочь.
- Твой поступок ужасен. Ты прекрасно знаешь, сколько опасности в лесу. Даже днём, - более спокойно объяснил Бакай. - А ещё этот преступник. Кто знает, что у него в голове.
- Я знаю Каса. Зря ты плохо о нём отзываешься, - заступилась Рогнеда. - Он просто испугался стражи, потому и сбежал.
- Мне без разницы, - резко отрезал отец. - Для меня важно, чтобы ты была жива и здорова. Судьбы других людей мне не интересны. И не нужно защищать его. Он убийца.
- Я понимаю, но...
- Поймёшь, когда у тебя будут свои дети.
- Я больше так не буду, честно.
- Надеюсь.
Наступило неловкое молчание, что по обыкновению длилось недолго. У отца и дочери совершенно разные взгляды на жизнь, но, тем не менее, они родные люди, поэтому Бакай делился с Рогнедой мыслями. Она единственная с кем он мог поговорить на разные темы и не переживать, что осудят или не поймут.