Страница 5 из 23
‒ Приступай немедленно, ‒ повторил Колман.
Решив не испытывать терпение советника, Андре оставил стакан с недопитым «Дарель Кол», пробормотал очередную учтивость, и зашагал к дверям.
‒ Андре, ‒ окликнул Колман, глядя в панорамное окно, где безупречно садилось лиловое солнце в несуществующих облаках. Когда последний луч света утонул в сумерках, добавил: ‒ Не забывай, что время ‒ величина непостоянная и обстоятельства придется втиснуть в рамки.
***
Шаттл вышел из гравитационной зоны, рев двигателя сменился мерным гулом. Андре прислушался к его тихому, монотонному урчанию: ничего особенного, хотя некоторые умельцы сравнивали подобный белый шум с музыкой и даже относились к машинам как к живым существам. Андре никогда не понимал этих психов. За долгое время полетов его мнение не изменилось, а работа в Разведуправлении и вовсе вытравила остатки воображения. К своим пятидесяти двум годам он давно не находил романтики в космических полетах. Космос ‒ всего лишь пространство; машина ‒ кусок железа.
За обзорным иллюминатором виднелась Терра-Нова, постепенно превращаясь в пестрый мяч с темным боком. Двигатели исправно пожирали топливо, сокращая дистанцию, и вскоре показался пояс астероидов. Тысячи серых глыб висели в темноте, поражая разнообразием размеров и форм. Гиганты, с почти идеально ровной поверхностью, и мелкие осколки, издалека похожие на пыль. Часть из них ‒ бесполезные недопланеты, а остальное и вовсе можно назвать космическим мусором.
Когда шаттл вильнул к астероиду ТН-С-39, Андре связался с лабораторией:
‒ «Экзо технологии», отправлен запрос на посадку. Как слышите?
‒ Запрос получен, ‒ зашипело в передатчике. ‒ Ожидаем код доступа.
‒ Загружаю.
‒ Полномочия подтверждены. Следуйте к ангару тринадцать. Высота минимальная, посадка через шлюз.
Поверхность астероида задрожала. Шлюз подземного бункера медленно раскрылся, подобно пасти чудовища, обнажив пустоту. Длинная черная глотка монстра вспыхнула посадочными огнями, и Андре перешел на ручное управление.
Шаттл пронесся по тоннелю и стремительно влетел на посадочную площадку. Брюхо замерло ровно над светящимся голубым кругом. Трап глухо стукнул о полимерное покрытие площадки. Андре спустился по хромированным ступеням, осматривая огромный ангар. Кругом полно техники и ящиков с логотипом корпорации «Экзо матрикс». Оглушенный турбинами персонал застыл в недоумении ‒ нечасто доводилось встречать лихачей, да еще и в деловом костюме от Вельермо, вместо униформы пилота. Андре усмехнулся, наблюдая за удивленными физиономиями «синих комбинезонов». Страстью к показухе он никогда не страдал, но посчитал, что не мешало бы встряхнуть лабораторных зануд.
Навстречу засеменил доктор «как-то там» в компании двух охранников.
‒ Господин Балатье, приветствую в «Экзо технологиях», ‒ расплылся в улыбке доктор и протянул руку. ‒ Майкл Хантинг, мы уже встречались, если помните.
‒ Да-да. Помню,‒ соврал Андре, и отметил, что на ученого Хантинг совсем не похож. Скорее картинный пекарь: такой же круглый и румяный.
‒ У вас есть какие-нибудь вещи? Может, что-то нужно отнести в офис? Признаться, мы вас не ждали, ‒ доктор вытянул из кармана салфетку и промокнул вспотевший лоб. ‒ Но кабинет сейчас же подготовят, комнату тоже. Вы надолго?
‒ Зависит от того, насколько в лаборатории хорошо делают свою работу. Где доктор Риордон?
‒ На смотровой площадке. Я вас проведу.
‒ Сам найду, ‒ ответил Андре и кивнул охране: ‒ В кокпите стоит сумка, отнесите в кабинет.
Бесконечные коридоры были похожи словно клоны, если бы не светящиеся указатели на стенах, то можно решить, что ходишь по кругу. Андре не сразу отыскал выход к площадке. В корпорации все лаборатории проектировали под одну гребенку, но «Экзо технологии» ‒ или как числилось в списке «Объект 40» ‒ не просто лаборатория. Спрятанные глубоко в недрах астероида павильоны тянулись на несколько километров. Восемь уровней соединяли лестницы и тоннели, даже небольшой монорельс пришлось запустить. Муравейник, не иначе.
Клариса Риордон ждала на застекленной смотровой площадке, открывающей вид на главный зал. Заслышав уверенные шаги, она обернулась и приветливо кивнула. Доктор хоть и немолода, но весьма привлекательна. Может, хирурги с пробиотами постарались, а может, с генетикой повезло. Пепельные волосы были уложены в тугой пучок, на лице прорисовывалась мягкая непринужденная улыбка, придающая лицу загадочности. Поверх белого комбинезона она накинула халат, но одежда не могла скрыть точеной фигуры.
‒ Доктор, рад встрече.
‒ Взаимно,‒ с улыбкой ответила Клариса. ‒ Как вид?
‒ Я здесь не для того, чтобы технику разглядывать. Интересует последняя информация по Фантому, хочу лично все осмотреть.
‒ Вчера вы получили полный отчет. Что-то не так?
‒ Нет, меня все устроило. Проблема в другом. Вам придется закончить раньше предполагаемых сроков, заказчик желает видеть результат незамедлительно.
‒ Это невозможно, ‒ заявила Клариса. ‒ Нужно время, иначе будет как с остальными. Скольких подопытных мы отправили в крематорий? ‒ голос ее звучал безразлично, но просящий взгляд говорил о другом. ‒ Господин Балатье, поймите, проект ‒ мое детище, мое все. Нельзя просто…
‒ Не обсуждается, ‒ отрезал Андре.
Теперь и взгляд Кларисы сделался безразлично-холодным.
‒ Ясно. Тогда спустимся к боксам.
Снова пришлось тянуться по однотипным коридорам. Андре казалось, что змеевидные лестницы и переходы никогда не закончатся. Лабораторию «Экзо технологии» он не любил, к счастью, бывал здесь редко ‒ других дел по горло.
Наконец, за очередной дверью, показался большой ярко освещенный зал. За стеклянными перегородками мелькали фигуры в белых халатах, пищали сканеры, что-то жужжало и гремело. Запах из смеси дезинфицирующих средств неприятно защекотал ноздри, и Андре едва сдержался, чтобы не чихнуть.
‒ Мы на месте, ‒ гордо объявила Клариса, приглашая внутрь бокса.
В центре бокса трехметровым столбом возвышалась стеклянная капсула под завязку наполненная желтоватым биогелем. Подопытного «Фантом» Андре видел лишь однажды. Тогда он напоминал экспонат из анатомического паноптикума: ни лица как такового, ни кожных покровов, только пронизывающие тело экзо-импланты да титановые пластины. Тошнотворное зрелище. А сейчас в вязком биогеле был заключен молодой темноволосый мужчина. Мускулистое тело подопытного опутывали трубки и провода. Казалось бы, обычный человек… вот только на левой руке красными буграми вздувались оголенные мышцы, с которых содрали кожу; белели сухожилия и торчал имплант для синхронизации.
‒ Полагаю, это он? ‒ Андре подошел к капсуле и всмотрелся в мутную жижу. Мужчина внутри резко дернулся, с силой стукнув кулаком по стеклу. От неожиданности Андре вздрогнул.
‒ Всего лишь непроизвольная мышечная реакция, ‒ успокоила Клариса. ‒ Ему снится сон. Вот. ‒ Тонкий пальчик ткнул на дисплей с прыгающими волнами. ‒ Видите? Эта линия показывает активность мозга, сейчас фаза быстрого сна.
‒ Я все думал… Почему именно он? Почему с остальными не получилось?
‒ Природа, господин Балатье. Любое ее творение уникально и мы, к сожалению, не всегда можем вмешаться. Не каждый это выдержит, а он смог, ‒ Клариса восторженно посмотрела на капсулу. ‒ Его тело приняло улучшения, будто они всегда были его частью. А главное ‒ нейроусилитель прижился. Первой фазы отторжения нет, я дважды проверяла сегодня утром. Сознание Фантома не пострадало, личность и индивидуальность сохранены. Я даже шрамы восстановила, чтобы добиться естественности. Хотя, с такой скоростью регенерации тканей это далось нелегко.
‒ Вы слишком увлеклись, доктор.
‒ Будем считать это моей сигнатурой на данном творении. Художникам ведь не запрещено подписывать холсты? ‒ улыбнулась Клариса. ‒ Я внимательна к деталям, не думаю, что от этого будет вред.
‒ Когда начнем пробуждение?