Страница 44 из 90
Внутри “лэри” боролись две стороны: одна таяла от умиления, потому что никто за мной никогда не ухаживал, а вторая задрав нос ворчала “Что-то здесь нечисто!”. И конечно же я послушалась первую.
— Благодарю, — тихо сказала я и со всей грацией, какая у меня только была, аккуратно присела. Герцог бережно подвинул стул и последовал моему примеру. Мы сидели настолько близко, что у меня начали электризоваться волосы, а сердце снова ощутило ту неповторимую волну нежности и защиту, что посылал дракон внутри Сиэля.
— Можно это прекратить? — спросила я и облизала пересохшие губы. Герцог возле меня вздохнул и задумался на минуту, постукивая пальцами одной руки о столешницу, второй он снова теребил подбородок. Наконец озарение снизошло на мужчину и он повернулся в мою сторону, протягивая ладонь:
— Думаю, дракон будет спокойнее, если ты возьмешь меня за руку ненадолго, — немного робко сказал он и кивнул в мою сторону, ожидая ответного жеста. Я нутром ощущала какую-то опасность, спрятала руки под стол и нервно щипала себя. Увидев мое колебание, Сиэль улыбнулся. — Ну же, я ведь не кусаюсь.
— Еще как кусаетесь, — ответила я, но все же руку протянула. Едва наши ладони встретились, как ощущение тепла вокруг увеличилось стократно, а потом почти сразу исчезло. Я удовлетворенно вздохнула и хотела забрать назад руку, но герцог мне ее не отдал. Вместо этого он прикрыл глаза и принялся что-то шептать себе под нос. Мое сердце сжалось и ухнуло вниз, глаза расширились от страха, а ноги заледенели. — Что вы делаете? Отпустите!
Но отпускать никто и не думал, вместо этого Сиэль лишь крепче ухватил ладонь, продолжая накладывать заклятие. Я ожидала любого последствия: от мгновенной смерти, до насилия. Но случилось то, чего я ожидать никак не могла. Как только герцог закончил шептать, за столом один за другим засияли портальные всполохи, и уже через несколько мгновений все стулья оказались заняты многочисленными мужчинами и женщинами. “Точно обманул, гад”, только и успела подумать я.
— Это еще что такое? — прошипела прямо Сиэлю на ухо, стараясь не повышать голос, но говорить как можно более сердито. От неожиданности герцог вздрогнул и наконец выпустил мою пострадавшую конечность, — Только не говорите, что сюрприз!
Мужчина непонимающе взглянул на меня, затем окинул присутствующих строгим взглядом, под которым они перестали шушукаться и притихли, поднялся с места и раскинув руки в стороны на манер извиняющегося жеста радостно объявил:
— Сюрприз! Франшуза, гости прибыли, подавай обед.
Тотчас отворились двери и одна за другой прошествовали полтора десятка Франшуз наперевес с серебряными тарелками и подносами, а я непонимающе вытаращилась на происходящее. Сиэль к этому времени уже уселся на место, и видимо, пожалел мою хрупкую психику, потому что шепнул мне на ухо:
— Не бойся, это не у тебя в глазах двоится. Франшуза одна из последних сумеречных метаморфов, в ней живут сразу шестнадцать личностей. Когда-то я спас ее от смерти, в благодарность она осталась помогать с поместьем.
Тем временем гул нарастал. Гости принялись перешептываться, изредка поглядывая на меня и качая головами. Наконец один из них, особенно упитанный и при этом невероятно мощный мужчина, не выдержал. Он встал с места и, сотрясая воздух кулаком, громогласным раскатистым голосом сказал, словно скомандовал, я даже по струнке вытянулась:
— Сиэлиус, сын, что здесь происходит! Кажется пару сотен назад ты четко дал понять, что не желаешь иметь с нами ничего общего. Я требую объяснений, сейчас же!
Вместо ответа Сиэль снова поднялся, вот только из доброго и обаятельного мужчины, он превратился в холодного и жестокого. Маска равнодушия отразилась на идеальном лице, и сам он как будто стал на голову выше. От герцога исходили мощные силовые волны, заставляющие незамедлительно свернуться в комочек, заползти в самую далекую нору и не высовываться. Присутствующие ахнули и замолчали, сердитый бородач, что только что кричал и требовал объяснений, неверяще раскрыл рот. Клянусь, на миг мне показалось, что в его желтых глазах сверкнули самые настоящие слезы.
— Не может быть! — ахнул отец Сиэля, отодвинул стул и за пару шагов достиг нас. Он без слов обнял сына, заключив в могучие объятия, стиснул его, словно ребенка и рассмеялся. — Ах ты подлец! Столько крови попил, и на тебе!
— Элиус, мой дракон проснулся, но ты вот-вот заставишь его снова заснуть, как и меня. Вечным сном! — проворчал Сиэль, на что его перестали прилюдно тискать и отпустили. Затем герцог обратился к присутствующим. — Как вы уже поняли, я позвал вас сообщить счастливую новость: мой дракон жив.
— Изумительно! — похлопала в ладоши дама в фиолетовом платье.
— Мы счастливы! — хором ответили два абсолютно идентичных молодых мужчины.
— Но, позволь спросить, — прокряхтела преклонных лет дама в траурном черном платье, — Почему рядом с тобой рабыня? И как мог проснуться дракон, коль его амадина ушла в закат по твоей вине?
После слов старушки в столовой повисла угрожающе напряженная тишина, даже Франшузы словно замерли.