Страница 38 из 125
— Диана?! — он ответил, едва выйдя за дверь. Было что-то мистическое в том, что она позвонила именно сейчас, словно она следила за ним как Всевидящее Око Саурона.
— Забери меня, — сказала она устало.
— Забрать?! — Кайрат ничего не понимал. — Откуда? С Гуама?
— Нет, забери меня с аэропорта.
— Хорошо, я сейчас пришлю за тобой машину.
— Нет, забери меня сам. Я жду.
К тому времени как ему пригнали из автосалона один из Мерседесов, и он доехал, в зале прилёта она осталась одна.
С бумажным стаканчиком кофе, сгорбившись как няня Пушкина, она рассматривала выщербленный тысячами чемоданных колёс пол.
— Диана!
— Кай, — она встрепенулась ему навстречу и ямочка на её щеке, всегда одна, от того, что улыбалась она чуть криво, заставила его разволноваться. Он скучал.
Она прижалась к нему боком, обхватив его одной рукой и стараясь не расплескать свой остывший напиток. Он вдохнул запах её волос, самолётного освежителя воздуха, багажной пыли и чего-то иноземного, что она привезла с собой с далёкого острова.
— Ты же должна была прилететь завтра, — в его руках она казалась худеньким воробушком.
— Мне надоело.
В этом была вся Диана: улететь на день раньше просто потому, что ей надоело, но сегодня в её голосе вибрировало что-то ещё. И это что-то очень не нравилось Кайрату.
— Отвези меня домой, — сказала она, словно потерялась, а он её нашёл.
Пока он закидывал в багажник чемодан, она уже залезла на первое сиденье, так и не расставшись с будто прилипшим к её руке бумажным стаканчиком.
— А Рэнджик где?
— Разбил.
— Бывает.
И всё? Кайрат посмотрел на неё с подозрением. Он ждал гнева, оскорблений, обвинений во всех смертных грехах, но ей словно всё равно, что её любимая машина возможно на свалке металлолома. Что-то творилось с Дианой неладное и, не желая гадать что именно, он спросил:
— Диана, что случилось?
— Ничего, — она хлебнула кофе, отгораживаясь как щитом своей одноразовой посудой. — Ничего особенного или из ряда вон выходящего. Всё как всегда.
Она улыбнулась ему ободряюще и ему стало не по себе. Диана, его Диана, саркастичная, беззаботная, игривая как кошка, умеющая выпускать коготки, и лёгкая как облако вдруг превратилась в грозовую тучу, готовую разразиться ливнем.
— Я старая, Кай.
— Ну, это не новость, — он уже было облегчённо вздохнул.
— Нет, ты не понял. Кого я обманываю? Я — старая. Молодящаяся старуха, пытающаяся пустить пыль в глаза. Кому? Зачем? Ради чего?
— Диан, ты просто устала, — он не готов был к её нытью, особенно в дороге, когда ему некуда деться. Но она словно специально заставила его себя везти, чтобы он слушал этот монолог кризиса среднего возраста.
— Да, я устала, Кай. Устала соответствовать. Устала поддерживать имидж. Устала соблюдать правила, — трагическим голосом каялась она.
— Какие правила Диана? Чему соответствовать? Тебе, начавшей с тринадцати лет раздвигать ноги за деньги? Тебе, удачно вышедшей замуж в семнадцать, а в двадцать открывшей собственные эскорт-услуги?
— Да, я выросла в бедной семье. Как и ты, — она повернулась к нему в пол оборота и начинала злиться.
Она ненавидела вспоминать своё прошлое. Безотцовщину и наркоманку мать. Но пусть лучше злиться, он не хотел слушать её нытьё. Только не Диана! Его Диана не ныла никогда.
— Да, твоя мать подкладывала тебя своим дружкам. За дозу. Как и ты. Меня.
— Я тебя никому не подкладывала!
Он видел краем глаза, что она сейчас взбеситься, но старался сосредоточиться на дороге.
— Нет, ты просто совратила меня. В пятнадцать лет.
— В шестнадцать. В этот день тебе исполнилось шестнадцать, — зашипела она.
— Да, да, у меня же был день рождения. И ты подарила мне себя. Но я не в обиде, — он насмешливо оскалился. — Мне даже понравилось.
Холодный кофе прилетел ему в лицо, и машина клюнула носом. Но это было лишь секундное замешательство, он снова надавил на газ, стряхнул капли и улыбнулся ещё шире.
— Какая же ты сволочь, Кайрат!
— А ты бесстыжая стерва, давно нарушившая все мыслимые и немыслимые правила, потому что привыкла устанавливать свои. Именно поэтому я до сих пор рядом.
Она молчала недолго, а потом её горячая ладонь легла ему на бедро и поползла дальше.
— Я так по тебе скучала, — она игриво надула губы.