Страница 31 из 89
Мне стало обидно за друга, и я решила вмешаться. Уже оттаскивая девушку, я осознала степень неправильности своего решения. Лиэль крутилась бешеным волчком, без разбора раздавая тумаки. Её острые локотки то и дело попадали по моим рёбрам, а от кулачков пострадал живот и руки.
- Эй, - возмутилась я, возвращаясь в реальный мир. – Я думала, что это следы каких-нибудь грандиозных событий, типа падения с четвёртого этажа, как у Скайрини. А меня просто побила эльфийка!
Заливистый смех Иль разнесся по лазарету. Кажется, целительница искренне забавлялась, слушая нашу историю.
- Извините,- потупилась покрасневшая эльфийка. – Не знаю, что на меня нашло.
- За что извиняешься? – деловито уточнил Макс, снова прикасаясь к компрессу на глазу. – За то, что нас избила? Или за сегодняшнее грандиозное посвящение в студенты на полигоне?
- Это был не самый сумасшедший момент вечера, - тут же надулась Лиэль.
- Да уж, - согласилась дриада. – Как мы вообще на это подписались?
Последние события вечера начали смутно всплывать в памяти.
После непродуктивного посещения местного зелёного уголка, мы вернулись в зеркальный кабинет. Содержимое последней бутылки было по-братски разделено на всю компанию, то есть равными частями разлито по стаканам.
И вот это было явно лишним.
После того, как народ начал откровенно скучать, Макс предложил «гениальную» идею поиграть в замечательную игру «правда или действие». Мол, кондиция уже та, да и много нового друг о друге узнаем.
На объяснение правил много времени не потребовалось. После чего была взята одна из опустошённых бутылок и торжественно водружена на стол.
Право первой прокрутить бутылочку в качестве утешения досталось главной страдалице этого вечера – Скайрини. Девушка с энтузиазмом выполнила требуемое действие. Стеклянное горлышко указало на Алекса.
- Правда или действие? – прозвучал заданный правилами игры вопрос.
- Начнём с правды! – решил парень.
- Какой самый ужасный поступок ты совершил? – немного подумав, спросила Скайрини.
Демон ненадолго задумался. Потом, видимо, вспомнив, скривился, но ответил правду:
- У нас во дворце прекрасная защита. Она никогда не давала сбоев, хорошо ограждая королевскую семью от внешних вторжений. Да и вообще, редко кому в голову взбредёт самоубийственная мысль причинить вред Князю тьмы или его приближённым. Но в тот год отец сильно насолил кому-то из своих советников. И этот не очень умный демон решил отомстить всей нашей семье через меня. Конечно, что может сделать малолетний разгильдяй, которого и обучать-то ещё ничему не принялись? Мой противник не учёл одного – замечательной наследственности. При покушении я свернул ему шею голыми руками. Это определённо мой самый худший поступок. И не потому, что лишил кого-то жизни. А потому что перешёл невидимую черту, после которой вернуться к обычной жизни уже невозможно.
Повисла напряженная тишина.
- Да уж, - протянула Скайрини, жалея, что задала этот вопрос.
- Ладно, теперь моя очередь! – повеселел Алекс и потянулся к бутылке. В этот раз право выбора предоставили Ирине.
- Правда, - выбрала она.
- Хорошо, - демон почесал затылок и спросил: - О чём ты больше всего жалеешь?
- О том, что родилась в королевской семье, - не задумываясь, ответила она и испуганно вздрогнула.
И в этот момент я поняла, что этим ребятам не повезло. Не знаю, что там с ними делают в их замках и дворцах, но их статус приносит им больше разочарований и лишений, нежели счастья.
Следующим был Макс, который тоже выбрал правду. Как скучно!
- Мой самый счастливый день в жизни, - отвечал он на вопрос дриады. - Наверно, когда я открыл глаза и понял, что попал в другой мир. Это было волшебно.
Все заулыбались. Наконец, хоть что-то позитивное.
- О, Алёнушка! – обрадовался Макс, когда следующий оборот остановился на мне. – Правда или действие?
- А давайте действие! – сломала я систему.
- Окей! Предлагаю тебе познакомить наш университет с шедеврами русского народного фольклора, – натурально заржал парень. – Пару частушек, исполненных на потеху благодарной публике, и считай, что своё действие ты выполнила.
- Да без проблем, - согласилась я, пытаясь воскресить в памяти хотя бы несколько заветных четверостиший.
Вся наша компания с огромным интересом ожидала начала представления. Судя по всему, с частушками никто из них раньше не сталкивался.
- Хорошо, - когда затуманенный алкоголем мозг всё-таки подкинул хозяйке пару четверостиший. – Я готова.
- Стой, - закричал Макс, перепугав начавшую дремать Лиэль. – Не здесь. Я же сказал, университет, а не только наш факультет. Брысь на подоконник!
Сил сопротивляться не было. Пришлось послушаться, пока подготовленные четверостишия не вылетели из головы.
С четвёртого этажа было видно, как много студентов ещё не разошлось спать. И где они все были, когда Лиэль в роще требовала внимания?
Я села на подоконник и высунула ноги на улицу, подвигаясь ближе к краю. Сзади за талию придерживал Алекс, за что ему огромное спасибо. Я не Скайрини, если выпаду – вряд ли быстро оклемаюсь.
- Утром будет стыдно, - прошипела я, оглядывая собирающуюся под нашими окнами толпу. Ещё бы, такое зрелище второй раз за вечер! Пару раз кашлянула, прочищая горло, и во весь голос то ли заорала, то ли запела:
- Нам частушки про студентов
Сочинять и петь - не лень.
Кабы не было зачёта,
Не настал отчета день.
Уууу, ух!!!
Под окнами одобрительно зашумели и заулюлюкали. Видимо, мною был поднят важный студенческий вопрос, и зрители это оценили. Толпа рукоплескала и требовала продолжения.
Продолжить мешал дичайший хохот из комнаты позади. Видимо, ребята впечатлились не столько текстом, сколько манерой исполнения. А что? Я просто попыталась исполнить всё по правилам. Не моя вина, что родилась без музыкального слуха, а из-за чрезмерных усилий надорванный голос звучал, как у восьмидесятилетней старухи. К тому же ещё сильно подпитой.