Страница 56 из 62
Ланорда в зале не было, что мучительно напрягло. Почему сын Аллерского не явился на судебный процесс? Неужели поедет к Ольге? Внутри неприятно кольнуло.
— Уважаемые жители Раниндара, — громко заговорил главный секретарь. — Все мы собрались здесь по весьма неприятному поводу. Убили цвет нашей расы, молодую, прекрасную драконицу леди Элизель Аллерскую. Почтим её память.
Глубокий вздох громовым раскатом растёкся по всему залу и стих.
— Что ж. Приступим. Слово главному обвинителю Эону Мирду. Пожалуйста.
Высокий, широкоплечий дракон в золотом пенсне степенно вышел из-за стола, стряхнул с камзола невидимую соринку. Повернулся к судьям, поклонился в приветствии, посмотрел на него.
— Лорд Лидосский. Потрудитесь сообщить, где вы были в ночь, когда свершилось убийство?
— Находился в своей спальне, — как можно спокойнее ответил Арден.
— Правда ли, что леди Аллерская была у вас тем вечером?
— Да.
— Правда ли, что вы поругались с ней?
— Я не ругался с Элизель. Она злилась. Хотела, чтобы я провёл с ней ночь.
— А вы?
— Отказался.
По залу пронёсся шум, сдавленный недовольный ропот. Интересно, сколько из присутствующих решили, что он — избалованный придурок? Элизель хотела быть с ним, а он отказался. Неслыханная наглость и сумасшествие — не отвечать на знаки внимания дракониц, перебирая их, словно игрушки. Арден усмехнулся, осознав, сколько зависти и ненависти кружится сейчас вокруг. Жаль, он мало думал о своей репутации раньше.
— Что было потом?
— Элизель ушла.
— Вы последовали за ней? Ведь у вас был повод ненавидеть девушку.
— Нет. Я остался в спальне. К Элизель я всегда относился с теплом. Как к младшей сестре, — произнёс Лидосский, вызвав утверждением очередную волну недовольства.
— И всё же она ревновала вас к вашей новой любовнице.
— Вот именно. Ревновала она.
— Значит, вы отрицаете свою вину?
— Отрицаю.
— За вас может кто-то поручиться в зале?
— Да. Лорд Альросский Ледяной дракон, — бросил быстрый взгляд на Ридерика.
Друг медленно поднялся с кресла и чуть поклонился «присяжным», выражая согласие с его заявлением. У Ледяного безупречная репутация, привилегированный статус в столице. Все эти обстоятельства сейчас имеют немаловажное значение.
Мимоходом отметил удовлетворённую улыбку председателя совета. Доминик всегда благоволил к нему. Хорошо, что именно он взял на себя ответственность быть главным вершителем.
— У вас есть доказательства, что был кто-то ещё, кому смерть Элизель была выгодна?
— Да. Есть, — спокойно произнёс Арден и посмотрел на Рейлима. — Следователь по особо важным делам Рейлим Данор угрожал мне.
В зале воцарилась тишина. Было слышно, как песчинки медленно ссыпаются во вторую чашу песочных часов. Секунда, другая. Время на осмысливание и новый вопрос:
— Какой повод у него был для угроз?
— Мэрин не так давно была моей любовницей. Она изменила ему. Когда Рейлим узнал, то сильно разозлился и пообещал уничтожить меня.
Тихое рычание донеслось от Рейлима, но следователь молчал. Он понимал, как важно сейчас не наболтать лишнего. Только руки, сжатые в кулаки, показывали, в какой ярости пребывает дракон. И навряд ли из-за обвинений в угрозах. Скорей всего, бесится из-за Мэрин и публичной огласки нюансов его личной жизни. Губы Ардена дрогнули в недоброй ухмылке. Сочувствия к Данору не было.
— Есть те, кто могут подтвердить ваши слова? — продолжил Эон.
— Слуги.
— Этого недостаточно, лорд Лидосский.
— Моя женщина.
— Этого тоже недостаточно.
— Сам Данор.
Выложив несколько дибби на стол, Арден выбрал один из них и протянул его стражнику. Остальные дибби с признаниями Ольги и слуг, которым внушили нужное, записывались в присутствии поручителя за день до совета. При необходимости они станут неопровержимым подтверждением его правоты. Секретарь дотронулся до мягкой выемки, и в центре зала появилась картинка. Ссора дракона и его «невесты» стала достоянием публики в считанные минуты. Рейлим какое-то время смотрел молча, потом медленно поднялся.
— Это не Мэрин, — процедил сквозь зубы. — Доказательство лживо.
— Лорд Рейлим, — Эон тут же переключился на следователя. — Мы все видели, как вы признались в угрозах лорду Лидосскому. Почему вы ему угрожали?
Арден откинулся в кресле и сложил руки перед собой. Пальцы соприкоснулись. На его губах заиграла многообещающая улыбка. Рейлим не дурак и должен понимать, что ложь однажды обесценит всю правду в последующем.
— Это была ревность, — Данор будто выплюнул из себя признание. — Но обратите внимание. Доказательство получено с использованием запрещённой магии. Со мной разговаривала не Мэрин. Леди Картэ подтвердит столкновение с двойником.
— Вы можете доказать использование запрещённых приёмов Водным драконом, лорд Рейлим? — тут же спросил Эон.
— Нет.
— Ответ принят, — обвинитель кивнул. — Есть у вас что-то ещё для Совета, лорд Лидосский?
— Да. Лорд Рейлим интересуется артефактами древности. У него есть редкая коллекция.
— Какое отношение его коллекция имеет к убийству?
— У леди Аллерской вечером перед смертью было на пальце кольцо. Знаменитый когда-то в древности перстень Аль-кан. У Элизель, найденной утром, не было на пальце кольца.
По залу снова прокатился шум и на этот раз много громче. Усмирить его получилось не скоро. Потребовался полог тишины, заставляющий замолчать зевак.
— Что вы хотите этим сказать?
— Такой же перстень появился в коллекции следователя.
— Что? — встрепенулся Прон. — Как это возможно? Это правда?
— Лорд Аллерский, — Эон обратился к Прону. — Что вы ответите на заявленное Водным драконом?
— Кольца Аль-кана принадлежат моей семье уже несколько веков, — отец Элизель медленно поднялся. — Их всего два. И они хранятся в сокровищнице.
— Вы уверены?
— Можем проверить.
— Да, пожалуйста. Совет предоставит портал для посыльного, чтобы сохранить время, — поклонился Эон и объявил: — Перерыв! Лорд Рейлим. Вы более не можете покидать этот зал до выяснения обстоятельств.
Данор поугрюмел, но кивнул, соглашаясь с обвинителем.
Потянулись минуты ожидания, но в итоге всех ждал сюрприз. В сокровищнице Аллерского колец Аль-кана не нашли. Их просто не было. Ни на привычном месте, ни где-либо ещё. Арден с интересом наблюдал за оживлением, царящим вокруг после возвращения Прона. Наконец все разошлись по местам, и секретарь объявил о продолжении собрания. На площадку перед советом снова вышел Эон.
— Лорд Рейлим. Вы готовы открыть свою коллекцию для досмотра по собственному желанию?
— Я готов сделать признание, — произнёс, вставая, Данор. — У меня, действительно, есть одно из колец Аль-кана. И я готов вернуть его лорду Аллерскому.
— Убийца! — Прон выругался, прожигая Рейлима ненавидящим взглядом. — Ты убил мою девочку из-за кольца?
— Откуда у вас артефакт? — начал допрос Эон. — Вы убили леди Аллерскую?
— Нет. Я не убивал. Я снял кольцо уже с трупа.
Прон усмехнулся, покачал головой и закрыл руками лицо. Новые обстоятельства всколыхнули старательно запрятанные эмоции. Какие-то несколько фраз и дракон Аллерский на глазах почернел от горя.
— Вы украли кольцо?
— Да. Украл. Меня можно понять. Слишком ценный артефакт я увидел. Не сдержался. Я — коллекционер древних вещей, с детства интересуюсь историей преступлений. Аль-кан — мечта и драгоценная жемчужина для любого. Находка.
— Мерзавец! Вы сняли артефакт с пальца несчастной девочки! Вы хоть понимаете, что натворили? — не удержался от возмущения Прон. — И как это низко! Вы — благородный дракон опустились до низости!
— Я готов вернуть кольцо.
Данор сник, но взгляда не отвёл. Эон о чём-то разговаривал с советом, кивал, глядя на Рейлима. В конце концов достал из резной деревянной шкатулки чёрный браслет. Арден торжествующе улыбнулся. А вот и новый подозреваемый. Пусть теперь побудет в его чешуе.