Страница 12 из 15
Отмерев, девушка подошла к знакомому креслу и присела. Сложила руки на коленях, внимательно всматриваясь в лицо собеседника, ожидая, когда он озвучит причину их нынешней встречи. Несомненно, ей самой хотелось кое, о чем спросить, но начинать первой не решалась.
– Мне тоже стоит попросить прощения… За дубинку. Глупо вышло.
Он промолчал, как-то напрягшись. Отложил книгу, ударив пару раз по корешку указательным пальцем. Сайена непроизвольно посмотрела на его руки. Большие, широкие ладони с длинными ровными пальцами. Такими часто обладают пианисты, либо хирурги. В них весьма органично смотрелись бы как черно-белые клавиши, так и скальпель. Странно, но и впечатление Артан Эварт вызывал двойственно-противоположное. Его любопытно было б разгадать, он притягивал, словно магнит. И в то же время, чутье подсказывало бежать, куда глаза глядят, не связываться, отгородиться, чем только можно.
– Заинтересованы? Эта книга для вас.
Сайена вскинула взгляд к его глазам. Серым и холодным, словно штормовое море. Нахмурилась. Разве они у него не желтые? Она же вчера отчетливо видела и могла поклясться, что ей не показалось. Как такое возможно?
– Для меня?.. – молчание затянулось, как и зрительный контакт. Нужно было хоть что-то сказать, пока в голове пытались сойтись два разных образа, принадлежащих одному и тому же мужчине.
– Да, – словно и не замечал ее замешательства, – «Зелья через века». Самый полный сборник из существующих в мире. Я одолжу вам экземпляр из личной библиотеки, чтобы вы смогли помочь мне.
– Помочь? Но в чем?
– Мы поговорим об этом позже, не сейчас и даже не на этой неделе. Прежде всего, мне нужно решить несколько важных дел. А пока, обсудим ваше назначение.
Он отодвинул старинный том на край стола, а Сайена не могла оторвать от ветхого переплета глаз. Удивительно, что книга вообще еще существует, не спалена в кострах инквизиции далекого прошлого, уничтоживших сотни рукописей, хранивших великие знания. Зельевариение – одна из самых древних наук. В магии нет ничего, что не смог бы повторить рецепт того или иного зелья, и отнюдь не каждое колдовство способно тягаться с ними. Но искусного мастера в этой отрасли встретить практически невозможно. Все оттого, что королевству невыгодно взращивать в академиях и школах тех, с кем трудно будет справиться в случае конфликта. Ирония, похоронившая не одну великую науку.
Теперь стало понятно, отчего произошла смена гнева на милость – ректор собирался просить об услуге. Связанной с ее зельеварскими способностями. А раз готов отдать столь реликтовую книгу, значит дело весьма для него важное. Сайена была почти уверенна, что с легкостью могла назначить любую цену, будь то преподавательское место или разблокировка магии.
– Вы были правы, мне действительно нужен человек на место мастера зелий. Но отдать всю ставку я вам еще не готов. Будете совмещать должность завхоза и преподавание на первом курсе.
Он протянул ей белый, абсолютно чистый лист бумаги.
– Договор. Здесь расписаны обязанности сторон и прочая важная информация. Ознакомьтесь как можно внимательнее, мне не нужны конфликты на почве недопонимания.
– Но тут ничего не написано…
– Возьмите.
Как только ее пальцы коснулись пергамента, по матовой поверхности пробежала легкая энергетическая волна. Стали проявляться печатные фиолетовые буквы, складывающиеся в слова и предложения. От мелкого шрифта зарябило в глазах.
– Как тут много всего! И практически не читаемо. Неужели нельзя было расписать все на нескольких листах?
– Это документ, и он должен быть цельным. Неужели вы об этом не знаете? Не одну бумажную волокиту прошли перед судом.
– Их было не так много.
– Я даю вам время до следующего утра. Изучите договор, прогуляйтесь по окрестностям, исследуйте замок. Завтра приступите к работе. Обо всем, что вас заинтересует, можете интересоваться у Элен. Так же, рекомендую зайти в профессорскую. Там тоже можно найти ответы.
Он отодвинул кресло и поднялся, давая поднять, что аудиенция закончена. Слишком быстро, Сайена даже не смогла подобрать удобный случай, чтобы попросить о самом важном.
– Подождите! – она подалась навстречу, схватившись за подлокотник, но осталась сидеть, глядя на начальника снизу-вверх.
– Да?
– Верховные заблокировали мою магию. Для того, чтобы в полной мере справляться с работой, мне она необходима… Не могли бы вы вернуть ее?
Сказала. Словно гирю с души скинула.
– Как же я могу вернуть то, чего не брал? Это во власти лишь Верховных. Но даже если бы и мог, вряд ли стал. Вы – преступница, леди Фрит. Думаете, я дам вам в руки оружие?
Холодная ирония в голосе бритвой полоснула по ушам. Сайена всматривалась в безразличное лицо, призывая все свое самообладание, чтобы не ответить грубостью. Артан Эварт смотрел на нее как на мусор, и это невероятно задевало сердце. После суда она мало с кем виделась, на следующий же день отправилась к вокзалу и села на поезд, привезший ее сюда. Так радовалась, что сумела избежать таких вот взглядов, перемолвок, шептания за спиной. Судимость за плечами, когда тебе нет и девятнадцати – крест на будущем. Никому ведь невдомек, что именно написано в обвинительном приговоре и правда ли там вообще. Люди видят лишь внешнюю сторону, до подробностей обычно никому нет дела.
Проглотив вертевшиеся на языке слова, девушка отвела глаза к тихо тлеющему камину за спиной у ректора и встала.
– Вы правы. Не буду больше задерживать.
Отвернулась, пошла к выходу, на ходу скручивая договор тонкой трубкой. По щекам готовы были защекотать слезы, но, зажмурившись, не дала им волю. Велика ли беда? В ее власти оружие посильнее магии, нужно лишь найти ключ к нему в книгах. Сама справится, не впервой.
Глава 5. Экскурс в прошлое
Интерлюдия
29 лет назад. Тир-Лин
На уровне глаз прорицательницы зависли заколдованный карандаш и блокнот. Она напряглась, внутренне готовясь к тому, что должно произойти и мысленно порадовалась, что всегда держала колдовские вещи при себе. Раньше, половина слов после сеанса ускользала из памяти. Теперь у нее появилась возможность сразу записывать важные детали.
Прорицательница уже привыкла, что люди воспринимают ее иначе, чем остальных. С двенадцати лет, когда у нее впервые проявился дар, она стала замечать во взглядах окружающих жалость, страх или негодование.
Со временем молодая женщина разделила людей на три категории, в зависимости от их отношения к ней. Первые упорно отрицали правдивость ее вещих слов, считая их шарлатанством. Вторые – сторонились, боясь услышать нечто страшное о себе и своих близких. Третьи – их меньшинство, безгранично доверяли. Сама же она боялась собственного дара. Он мало поддавался контролю, невозможно было предугадать, когда он проявится в следующий момент.
Вот и сейчас, глаза подернулись дымкой, реальность затуманилась.
Молодая женщина откинулась на спинку кресла, устремив невидящий взгляд светло-зеленых глаз в пустоту. Она содрогнулась и тяжело задышала, со стоном выдыхая воздух. Огонь в камине, разбросавший по маленькой комнатке причудливые блики, и подрагивающий, будто от нетерпения, карандаш, придавали этой картине особую волшебность. Наконец, с потрескавшихся губ провидицы посыпались слова вперемешку с хрипами и свистом воздуха.
– Я вижу кровь… и в золотых палатах пир…
Грядет Сын Света и несет погибель трону…
Он заберет и государство, и корону –
Тот, кто готов из чрева выйти в этот мир…
Женщина затихла, и карандаш печально поник… но, огонь в камине полыхнул, и она выгнулась дугой, прокричав:
– От силы – сила, и его не удержать…
От Света – Свет! И от него нам не укрыться…
На губах выступила кровь, они обратились в сплошную рану, глаза выпучились, застлались бело-красным дымом, а она всё хрипела грубым, потусторонним голосом: