Страница 3 из 29
Леди Верена будто резко постарела на несколько лет, может быть, так казалось из-за черного траурного наряда. Увидев меня, она молча подошла к комоду, порылась в нем и достала знакомую вещицу... Длинный серебряный ключ, потемневший от времени.
- Ты знаешь, что это, Роуз?
- Это ключ от Хранилища. Где ты нашла его? - удивленно просила я.
Дедушка всегда говорил, что прячет ключ от своей сокровищницы очень тщательно.
- Отец сам дал его мне. Роуз, ты должна знать... Твой дедушка уже очень долгое время просаживал наше состояние в игорном доме. Ты не представляешь, каких усилий мне стоило уговорить его отдать мне ключ. Иначе он просадил бы и все, что хранится в сокровищнице. Он был очень нервным в последнее время, часто просил ключ назад... А недавно я узнала, что у нас практически ничего не осталось. Роуз, ты понимаешь, мы разорены! На днях отец опять устроил скандал, требовал ключ, уверял, что все понял и осознал, что больше не будет играть, а лишь возьмет из Хранилища несколько вещей, чтобы покрыть долги. Но я уже не верила ему. Я решила, что должна во что бы то ни стало уберечь хотя бы эту часть нашего состояния, думала, разберусь сама... А он заявил, что мы все еще пожалеем...
- Это просто уму непостижимо, - проговорила я. - Ты думаешь, что он и вправду мог специально...
- Я не знаю, Роуз. Вы с Сиарой очень любили его, да и он всегда очень хорошо к вам относился. Но поверь, у моего отца было достаточно темных сторон, - печально произнесла мама, смахнув слезу. - Он не мог терпеть, если кто-то идет ему наперекор, если хочет его ослушаться. Так было и с твоим отцом...
В эту грустную историю меня почти не посвящали. Я знаю лишь, что мой отец и дед что-то не поделили, и папа уехал далеко, когда Сиара была еще совсем малышкой. С тех пор мы его не видели. Мама, бывало, намекала мне, что во всем виноват дед. Его тяжелый характер...
- Мы разорены, Роуз. Не знаю, как долго сможем протянуть. Отец умер, а значит двери Хранилища запечатаны родовой магией. Открыть их сможет только тот, кому он завещал ключ...
- Но ведь это наверняка кто-то из нас, - с надеждой проговорила я. - Мы откроем Хранилище и решим все наши проблемы!
- Не думаю, что это будет так просто...
А я не верю, что дедушка мог навредить семье! Хотя конечно уже навредил, промотав состояние... Но все же я хочу его запомнить добрым и ласковым, несмотря на все мамины слова.
Перед сном я пошла проведать Сиару. Завтра будет тяжелый день. Сначала похороны, потом оглашение дедушкиного завещания... Приятного мало...
Сестренка спала, укутавшись одеялом до самого носа. Я погладила ее белокурые кудряшки и хотела уйти, как вдруг она меня окликнула.
- Роуз!
Я присела на кровать и взяла ее за руку.
- Роуз, я кое-что видела вчера ночью... Я проснулась от какого-то шума в коридоре. Мариза спала, и мне не хотелось ее будить. Тогда я надела кольцо и сама вышла посмотреть...
- Сиара, зачем ты это сделала? Не нужно было выходить одной! А если бы упала, сознание потеряла!
- Я видела его... - шепотом произнесла она.
- Кого?
- Не знаю... Высокий... Я разглядела только длинный темный плащ. Он будто растворился в темноте...
- Сиара, может быть, тебе просто показалось. Что-то привиделось спросонья...
- Нет! Он был настоящим, уверена! Наверняка, он и столкнул дедушку.
- Почему ты днем ничего не рассказала? - устало спросила я.
- Я боялась, что взрослые мне не поверят... Роуз, но ты ведь поверишь?
Сиара смотрела на меня с такой надеждой, что мне ничего не оставалось, как кивнуть. Не знаю, что видела она на самом деле. Мне ясно лишь одно - в произошедшем не все так просто. И я непременно постараюсь все выяснить. Ради памяти близкого человека.
Весь следующий день мне казалось, что я заснула и вижу кошмарный сон. В доме было полно народу. Какие-то незнакомые люди без конца говорили мне почти одинаковые слова соболезнования. Я устала отвечать всем благодарностями, поэтому в дальнейшем просто кивала. И вообще сегодня я постаралась взять на себя часть обязанностей хозяйки дома. Так уж случилось, что остались мы одни, три женщины, и некому о нас больше заботиться. Я чувствовала, что сейчас как никогда должна быть сильной, чтобы сохранить наш дом, семью, благосостояние.
Позже я узнала, что в доме присутствовали некоторые из дедушкиных кредиторов. Матушка о чем-то долго разговаривала с ними в кабинете. После этого я заметила в глазах матери некоторое облегчение, видимо ей удалось таки выпросить хотя бы небольшую отсрочку оплаты по долгам. Я же расталкивала по углам бесчисленные черные розы и выслушивала, каким мой дедушка был хорошим человеком. Очень странно слышать, ведь у него не было друзей. О вообще с трудом находил общий язык с посторонними. Но люди все равно шли, ведь дурным тоном стало бы не проводить в последний путь представителя одного из древнейших родов.
Еще одним неприятным сюрпризом на сегодня стал приезд моего дядюшки Джейсона Клауфера. Мама ничего не сообщила ему о трагедии, но все равно узнал каким-то образом и явился. Они с дедушкой поссорились в пух и прах много лет назад. Тогда Джейсон решил жениться. Его избранницей оказалась женщина, весьма известная в городе свободными нравами, уже дважды разведенная, к тому же имевшая сына. Кроме того, она была почти на десять лет старше дяди. Дедушка пришел в ярость от выбора сына и строго-настрого запретил тому жениться. Джейсон не послушался и женился, прервав все отношения с нами. Дедушка тогда был очень зол, кричал, что больше никогда не станет помогать сыну, и пусть тот выкручивается, как хочет. Так и вышло. Джейсон с женой и приемным сыном живут на средства, которые хитрая женщина отсудила от бывших мужей. Общих детей у них так и не получилось. Чего греха таить, дядюшка никогда не стремился работать, чего-то добиться, и поэтому надеялся всю жизнь беззаботно существовать на отцовские деньги. Но не получилось. С тех пор он страшно обижен на нас. Мама всегда безропотно слушалась дедушку, поэтому с братом особо не общалась. Я тоже не стремилась к общению. Джейсон всегда казался мне неприятным типом. На это матушка всегда шептала мне на ухо, что он просто вылитый отец.
Джейсон явился не один, а с приемным сыном Грэгори. Братских отношений у нас с ним не сложилось. Грэгори очень редко бывал у нас, но все его редкие посещения неизменно приводили к ссоре, особенно в детстве. Он был ужасно избалованным и капризным ребенком. Впрочем, он и сейчас не лучше. Честно говоря, терпеть его не могу. Он старше меня на два года, но почти на голову ниже ростом, тощий и неуклюжий. Еще у него все лицо в прыщах и жидкие русые волосы, собранные в куцый хвостик. Мы время от времени встречались с ним на городских балах. Я вообще-то бываю там редко, не люблю толпы людей... Однажды Грэгори пригласил меня на танец. Я согласилась сдуру, о чем потом жалела. Его рука во время танца с моей талии постоянно перемещалась ниже. Пришлось даже грубо оттолкнуть его. А теперь этот неприятный тип стоит, улыбаясь, и протягивает мне две хилые черные розы.
- Мои соболезнования, Роуз, - буркнул Джейсон и удалился. Грэгори тут же поплелся за ним. Ладно, хоть не стал врать, каким дедушка был для него замечательным человеком. Да и не пытается изобразить, будто убит горем из-за кончины отца.
Тело дедушки отправилось в фамильный склеп к остальным почившим родственникам. Надеюсь, там ему намного уютнее, чем в окружении людей, которым он безразличен. Наш дом наконец-то опустел. Оставалось немного времени до прихода поверенного дедушки, можно было отдохнуть чуть-чуть. Скоро мы узнаем, кому дедушка завещал ключ от Хранилища, и тогда наверняка все станет потихоньку налаживаться.
Джейсон уходить не захотел. Они с сыном удобно устроились на диване в гостиной. Сиделка увезла Сиару в сад. Сегодня я не разрешили ей пользоваться кольцом, и без того достаточно стрессов. Разговор не клеился... Лично меня не особо интересовало, как поживает дядюшка, а приличия соблюдать абсолютно не хотелось в такой скорбный день.