Страница 16 из 22
– Пятерых!
– Итого – двадцать пять человек расплатились за собственную беспечность и ротозейство своих начальников, – он оперся обеими руками о крышку стола. – Но возникает вопрос – это помогло нам вернуть сокровища?!
Присутствующие молчали – сказать было нечего. А спорить и доказывать, что случившееся есть стечение роковых обстоятельств – бесполезно, и только усилило бы гнев вице-короля Перу.
Хоакин де ла Песуэла, назначенный на свою должность 07 июля 1816 года, будучи в звании бригадного генерала, обладал характером вспыльчивым и чрезвычайно резким. Звание свое, как, впрочем, и награды, он, в отличие от большинства чиновников такого ранга, получил не в тишине роскошных кабинетов. Кадровый офицер, выпускник артиллерийского училища в Сеговии, сражался против англичан во время осады Гибралтара, затем против французов в Гипускоа и Наварре. Проявив себя блестящим командиром, был отправлен в Перу командовать королевской артиллерией, где, проведя некоторые реформы и модернизации, одержал ряд побед, а выигранное им сражение при Сип-Сип до сих пор, даже по прошествии пяти лет, считается лучшей битвой испанских колониальных войск.
– Мы отправили гонцов и голубиную почту вдоль всего побережья, – тон губернатора был сух и деловит, я не буду оправдываться, решил он, вина целиком на мне, тут уж ничего не попишешь, а что бы не случилось, лицо надо сохранить. – Таким образом, англичанину негде будет пополнить запас провизии и воды, и куда бы он за ним не зашел – он получит только свинец.
– Неплохо, – пробурчал вице-король. – Подойдите, господа.
Все четверо склонились над картой береговой линии.
– На север вдоль побережья он не пойдет, – уверенно продолжил де ла Песуэла. – Там наши позиции сильны, к тому же в Панаме сейчас должна находиться часть Серебряной Армады и, соответственно, пять-шесть кораблей «De Barlovento9». Может пойти на юг, это все же обычный путь всех торговых судов, но там его перехватит береговая охрана Арики, усиленная шебеками Икике, о которых, кстати, он точно не знает.
– Почему бы ему в таком случае не пойти на запад? – предположил комендант, лицо которого в очередной раз поменяло цвет на серо-зеленый. – И через Индию попасть в Европу.
– Я бы не рискнул, – в беседу вступил капитан испанского фрегата, фигура которого возвышалась над столом, словно гранитный утес над волнами. Видавший виды мундир производил тем не менее благоприятное впечатление, было сразу понятно, что обладатель его – капитан корабля боевого, который большую часть своей жизни провел отнюдь не в порту. Вместо парадной рапиры на его левом боку висела абордажная сабля, что также говорило о многом – хотя бы о том, что он не отсиживается за спинами своих подчиненных, если дело доходит до абордажной схватки. Об этом, кстати, свидетельствовали шрам на левой щеке и отсутствие двух пальцев – мизинца и безымянного – на руке, тоже левой. По всей видимости, это были последствия одного и того же сабельного удара.
– Поясните, капитан… – вице-король сделал вид, что не может вспомнить его имя, а может, подумал тот, и вправду забыл, с такими-то проблемами немудрено.
– Капитан Диего Раскона, фрегат «Эспьель».
– Поясните, маэстро10 Раскона, – повторил вице-король.
– С запада идет шторм, а у него по вашим сведениям, – капитан бросил короткий взгляд на губернатора, – всего девятнадцать человек. Да, корабль у него надежный и, судя по скорости, недавно из доков – но он принял на борт не одну тонну груза, следовательно, корабль существенно осел, и волна для него, а тем более, волна прямая – верная смерть. К тому же, ни один капитан в здравом уме не станет рисковать при этом раскладе жизнью своего экипажа и грузом. Тем более – таким грузом.
– Вы, маэстро – капитан в здравом уме. Но он, судя по его поступкам, вряд ли является таковым, – комендант не хотел расставаться со своей версией развития событий. – И он вполне способен совершить этот необдуманный ход.
– Как раз судя по его поступкам… – маэстро Раскона вопросительно посмотрел на де ла Песуэлу, тот кивнул головой, разрешая продолжить, в его желтых водянистых глазах промелькнуло одобрение, не сулившее коменданту ничего хорошего, ибо тот-то о субординации в пылу спора позабыл напрочь. – Так вот, судя по его поступкам, капитан «Мэри Диар» способен на что угодно – кроме необдуманных ходов. Все то, что произошло, есть результат превосходно разработанного и блестяще реализованного плана.
– И вы можете это доказать? – уязвленный комендант и не думал сдаваться.
– По прибытии в порт его корабль досматривался?
– Снизу доверху!
– Тогда откуда на корабле появилось оружие? Либо оно было искусно спрятано, либо, что вероятнее всего, было приобретено в городе. В испанском городе – обращаю ваше внимание. За четыре дня.
– Капитан прав, – согласился губернатор. – И раньше-то в Лиме оружие было купить не просто, а сейчас, когда город на военном положении – это просто невозможно. Тем более, за четыре дня. Оружие было куплено заранее – я в этом уверен.
Воцарилось тяжелое молчание, прерываемое только методичным тиканьем часов, да громким и неровным дыханием коменданта форта, лицо которого опять поменяло цвет.
– Маэстро, – вице-король Перу решительно встал из-за стола, – не позднее, чем завтра в полдень приказываю вам начать преследование шхуны «Мэри Диар». Я не спрашиваю о ваших планах по двум причинам: во-первых, вы офицер с головой, а таким подчиненным я предоставляю полную свободу действий, а во-вторых, мне плевать, как вы выполните мой приказ. Приказ ясен?
– Так точно!
– На время проведения операции наделяю вас всей полнотой власти – требуйте от кого угодно что угодно, применяйте к провинившимся любые меры. Распоряжение на этот счет будет мной подписано через час. Господин губернатор, – тот с готовностью вытянулся в струнку, – обеспечить капитана Раскону всем необходимым – оружием, продовольствием, людьми – всем. Вопросы?
– Никак нет!
– Свободны!
– А я? – напомнил о себе комендант форта. – Какие будут распоряжения?
– А, да… Про вас я и забыл, – усмехнулся чиновник. – А вы сдайте вашу шпагу дежурному офицеру и под арест. За преступную халатность, отсутствие меткости у канониров форта и нарушение субординации.
________________________________________________
До полудня выйти в море не получилось – погрузка провизии и запасов воды прошла быстро, а вот возобновление запасов пороха и ядер заняло больше времени. В качестве портовых грузчиков выступал гарнизон форта в полном составе, желания у них было хоть отбавляй – ну еще бы, пятеро расстреляны, комендант под арестом – а вот умение, к сожалению, отсутствовало напрочь.
В итоге погоня началась на три часа позже, а гандикап от англичан составил…, прикинул в уме Раскона, тридцать два…нет, тридцать шесть часов. Нехитрые математические вычисления, сделанные штурманом «Эспьель», оптимизма не внушали совершенно – в последующем отрыв будет только увеличиваться – каждые десять часов мы будем проигрывать четыре часа. Это составит…двадцать восемь, и, соответственно, в конечную точку фрегат прибудет с отставанием в шестьдесят четыре часа, если, конечно, ничего не случится, ни с нами, ни с ними – чуть больше двух с половиной суток. Вполне приемлемо, решил он и обвел взглядом своих офицеров.
– Господа, сеньор вице-король Перу, генерал-лейтенант Хоакин де ла Песуэла приказал нам любой ценой найти шхуну «Мэри Диар» и вернуть украденные ее экипажем сокровища Испанской короны. Новость эта для всех присутствующих таковой не является, и собрал я вас вовсе не по этой причине, – он сделал небольшую паузу и продолжил: – По выражению лиц некоторых из вас я понял, что наше плавание вы всерьез не воспринимаете, противника не боитесь и даже не опасаетесь. Я прав?
9
«De Barlovento» (исп.) – «Наветренная Сторона», специально созданная в 1716 году эскадра береговой стражи Карибского моря, основной задачей которой была защита испанских кораблей, борьба с пиратами и контрабандистами. Впоследствии часть эскадры действовала в Тихом океане, в том числе обеспечивая сопровождение кораблей Серебряной Армады.
10
Маэстро – начиная с XVI века принятое обращение к капитанам кораблей испанского флота.