Страница 71 из 114
— Ты-то знаешь, — его странные желтые глаза сузились. — По лицу видно.
— Король снова нашел Килэй. Он послал за ней Средины — это догадка, — быстро сказал Тельред, когда мальчик дернулся к окну. — Я не знаю точно. Но если это так, это хорошо.
Вечерокрыл склонился. Он зашептал:
— Король преследует нашего друга. Это хорошо?
— Да. Значит, Креван будет сосредоточен на Килэй и отстанет от морей. Она знает, что делает, — он схватил Вечерокрыла за руку, когда тот дернулся. — Она годами отгоняла от нас Средины, она сможет сделать это снова. Лететь за ней не стоит. Ты понимаешь, сокол?
Он взглянул на окно, но скованно кивнул.
— Хорошо. Килэй дала нам шанс. Глупо его упускать. Мы должны объединить моря, пока Средины отвлечены, но я не могу сделать это сам. Ты смог…? — Тельред не мог произнести это. Его лицо горело, желудок сжался от мысли. В ушах зазвенело в предвкушении визга и воплей «А я говорила», но выбора не было. — Ты уговорил Аэрилин приехать сюда? Я провел с советом недели, и я не подвинул их ни на дюйм. Только она знает, как с ними говорить.
— Я отправился в Бухту.
— И?
— Ее там не было.
— Что? Уверен? — Тельред сжался, когда мальчик кивнул. — Где она могла…? А дитя?
— У великанши. Она сказала, что все хорошо, — Вечерокрыл хотел сказать что-то еще, но отвел взгляд и прикусил губу.
У Тельреда не было на это времени.
— Что такое?
— Я говорил с дядей…
— Ох, понеслось.
— …и он сказал, что злится, что ты бросил его увядать одного.
— Ясное дело. Он не сказал ничего полезного? Он знает, где Аэрилин?
Вечерокрыл сжал ладони на коленях.
— Он просил не говорить. Он сказал, что у нее будут проблемы с капитаном.
— Она уже в беде, — сухо сказал Тельред. — Лисандр приказал ей оставаться там. Но она убрела неизвестно куда. Это бунт. Просто скажи, куда она ушла, и, может, Лисандр найдет ее, пока она жива.
Вечерокрыл кривился минуту, а потом выпалил:
— Аэрилин и женщина в маске уехали в лес!
Тельред отпрянул.
— Что они там забыли?
— Она хочет поговорить с графиней.
Невозможно. Никто не мог быть таким глупым, даже Аэрилин. Он говорил ей, что графиня не могла быть связана с бедами морей. Она не предала бы Кревана. У нее не было смысла биться. Совет использовал ее для отвлечения.
Но Аэрилин не послушалась.
— Она безумна? Ее убьют! Этого не случилось бы, если бы Лисандр… найди его! — Тельред столкнул Вечерокрыла с кровати сапогом. — Он должен был вернуться пару дней назад. Узнай, где он задержался, и приведи сюда. Никаких отвлечений. Я не знаю, сколько я продержусь здесь. Я уже на грани.
Вечерокрыл спешно кивнул и сменил облик. Он вылетел в окно и пропал в ночи.
Тельред рухнул, когда он улетел.
Он ощущал, словно моря обрушились, и обломки упали на его грудь. Давление мешало дышать, нога болела сильнее. Если бы он был сильнее, то выкинул бы деревяшку в окно. Без нее было бы лучше.
Его нога напоминала, что он застрял на острове, пока королевство рушилось.
* * *
Тельред проснулся на рассвете, желудок мутило. Он вылез из кровати и прошел, хромая, к главному этажу, смиряясь с тем, что придется кивать всем, кто пожелает ему доброе утро — а их будут десятки. Солдаты уже должны быть на посту, а слуги — в делах.
Он прошел по коридору и не встретил слуг. Он посчитал это удачей. Слуги не носили большие предметы на лестнице, не нужно был расталкивать толпу. Он прошел до конца прохода, и ни одна дверь не открылась перед его лицом.
Но, когда он дошел до комнаты совета, он стал мрачнеть. Удача оказалась холодной и пустой тишиной. Лампы не горели, камины погасли. Стулья и столы стояли камнями и тенями на полу, словно всегда были пустыми.
Тельред стоял пару долгих минут, пытаясь уловить признак, что он не один. Он заставлял себя пойти по пустой комнате, но тут услышал звук шагов.
Они были такими легкими и умелыми, что он не услышал бы, если бы не вслушивался. Тельред повернулся на звук и увидел темную фигуру, выходящую из другого коридора.
Он шел близко, как мог, кривясь от скрипа ноги. Мужчина двигался тенью по коридору. Швабра и ведро были в его руках, от него сильно пахло водорослями. На его рукавах что-то блестело.
«Наверное, один из слуг, — сказал себе Тельред, когда мужчина юркнул на кухню. — Может, ты встал раньше обычного. Может, все еще спят».
Он сжал кулаки и прошел на кухню.
Мужчина ждал его за дверью, стоял на расстоянии ладони. Лесной мужчина с короткими волосами. На его лице были синяки, губа была рассечена. Тельред мог не узнать его, если бы не кривой нос…
Или жуткий мертвый взгляд.
— О, ради всего… уф!
Тельред отпрянул, когда голову мужчины столкнулась с его подбородком. Он все еще приходил в себя от удара, когда кто-то ударил его по коленям — второй мужчина с синяками и таким же кривым носом.
Мир перестал кружиться, и второй близнец дернул его за головы, заставляя посмотреть на женщину, сидящую за кухонным столом.
На ее лице были царапины от колючек, в волосах запутались листья. Ее изящное платье сменилось потрепанным нарядом обычного жителя. Но ее глаза оставались ледяными.
Она повернулась к Тельреду.
— Здравствуй, пират.
— Д’Мер, — рявкнул он. Кровь была у него во рту, губы онемели от удара, но он вдавил слова. — Что ты здесь делаешь? Совет…
— Ушел. Весь. Каждый… из… них.
Она медленно встала на ноги. На столе была пара рюкзаков. Один был открыт, и в нем было много бутылок. Тельред пытался разглядеть их, когда Д’Мер преградила путь.
— Совет ушел? Что ты с ним сделала?
— Сделала? Я спасла их. Средины в пути, они будут тут к вечеру, — Д’Мер выглянула в окно, бледный рассвет озарил тени под ее глазами. — Креван сошел с ума. Он сжег деревню, уничтожил мой замок. Мы с трудом спаслись. Он нападет на моря, и будет так же: больше огня и разрушения, невинных умерших душ. Я пришла сюда, надеясь, что совет послушает… и они это сделали, — она повернулась к нему, взгляд был холоднее обычного. — Когда придут Средины, все в этом замке пострадает. Совет это знает, и они решили не биться с Креваном, а убежать. Уплыли ночью.
Тельред не понимал. Он не хотел ей верить.
— Врешь, — прорычал он, скаля зубы, когда близнец сильнее потянул за волосы. — Моря в договоре со Срединами.
Д’Мер закатила глаза.
— Будь это так, Совет не убежал бы. С твоими глазами ничего не случилось, — добавила она, взглянув на его ногу. — Ты должен был увидеть, что корабль горит. Не стоило ждать, пока крысы убегут, а потом переживать. Теперь только ты остался последней крысой в замке канцлера.
Она не врала. Тельред огляделся и понял, что замок пуст. Д’Мер не могла убить всех или потопить все корабли. Так что они могли только уплыть. Они убежали из замка в ночь.
И они бросили его гнить.
Тельред не должен был удивляться. У него не было друзей в Совете. Но это было мерзко, даже для Колдероя.
— И жители?
— И они ушли. Совет забрал их на борт. Пока они играют в правителей, они должны быть в ответе за свой народ. И если вопросов больше нет… — Д’Мер вытащила из-за пояса длинный тонкий кинжал. — Помнится, в прошлый раз я обещала тебе срезать лицо с черепа при очередной встрече.
Тельред старался не замечать ее опасный взгляд, а потом кинжал прижался к его горлу, и стало сложно.
— Если Средины идут, почему ты еще здесь? Почему не убежала с остальными?
— Я могла. Я могла прожить до конца жизни в забытом уголке королевства, вздрагивая от каждой тени и ветра. Но жизнь для меня уже не важна. Так уже какое-то время. Креван разрушил меня. Он все у меня забрал, и я хочу сломить его. Я не смогу жить, если не попытаюсь.
Она нахмурилась, кинжал задел его плоть. Тельред охнул от боли: она ужалила, разбегаясь по коже тысячью колючек. Но нож не дрогнул, и боль утихла.
Он знал, не глядя на ее ухмылку, что Д’Мер собирается резать его медленно.