Лабиринт

Мы немного посплетничали о моих новых знакомых: любопытство сэра Джуффина не знало границ. Среди многочисленных вещей, которые его интересовали, были и мои впечатления. Тут я решил осведомиться насчет служебных романов: не запрещены ли они каким-нибудь очередным Кодексом Хрембера, или Магистры знают, чьим еще...

- Ничего не знаю ни о каких запрещениях! М-да, странно... А у вас это практикуется - в смысле, запрещается? - Удивленно спросил мой шеф.

- Не то что бы... Ну, в общем, считается, что это не очень хорошо, но все только этим и занимаются.

- Странное место этот твой Мир, сэр Макс! Считается одно, а делается другое... У нас вообще ничего не "считается". Закон оговаривает необходимость, суеверия - внутреннюю убежденность, традиции свидетельствуют о наших привычках, а в остальном каждый волен делать, что хочет. Так что... Впрочем, не думаю, что это - хорошая идея. Леди Меламори - странная девушка. Неисправимая идеалистка и, кажется очень дорожит своим одиночеством. Мелифаро уже несколько лет пытается за ней ухаживать, она с удовольствием это со всеми обсуждает, а толку-то!

- Представляю себе ухаживания Мелифаро! "Уберите свою роскошную задницу с моих глаз, незабвенная, поскольку ее божественные очертания не дают мне сосредоточиться!"

Сэр Джуффин расхохотался:

- Точно, Макс! Ты еще и ясновидящий!

- Какое там! Просто некоторые вещи столь очевидны...

- Как бы там ни было, а Мелифаро - любимец девушек. Хоть и не рыжий... как, впрочем, и ты! Делай, что хочешь, сэр Макс но боюсь, тебя осенила не лучшая из идей. Как и с выбором квартиры. Не умеешь ты о себе позаботиться, парень!

Я улыбнулся:

- Ну, не так это страшно, Джуффин! Мне всю жизнь не везло с девушками. То есть, поначалу всегда везло... а потом они решали, что им зачем-то срочно нужно замуж, причем за кого-нибудь другого. Это особенно странно, поскольку я, как правило, влюблялся в девушек с чувством юмора... Но и это не помогало, хотя как может нормальный человек с чувством юмора всерьез захотеть замуж - не понимаю! Так что, я привык.

- Ну, если ты так весело шутишь по этому поводу, значит ты - самый толстокожий, или самый скрытный вурдалачий сын в Соединенном Королевстве.

- Ни то, ни другое, сэр. Это скорее культурологическое различие... У нас принято быстро забывать боль. А те, кто не может хотя бы притупить ее, вызывают всеобщуюю жалость, смешанную с недоумением. И родственники уговаривают их показаться врачу. Наверное потому, что живем мы гораздо меньше и тратить всю жизнь на одно горе...

- Сколько же вы живете? - Неожиданно удивился сэр Джуффин.

- Ну, лет семьдесят - восемьдесят... А что?

Кажется, я ошеломил своего шефа.

- Вы умираете молодыми? Все, до единого?

- Да нет, что вы. За это время мы успеваем состариться.

- А тебе-то сколько лет, сэр Макс?

- Тридцать... скоро будет, или уже было. Здесь я сбился со счета.

Сэр Джуффин не на шутку встревожился.

- Совсем ребенок! Да, дела... Надеюсь, ты не собираешься скоропостижно скончаться от старости лет этак через сорок пятьдесят? Ну-ка дай я на тебя хорошенько посмотрю...

Джуффин стремительно выскочил из кресла. Через секунду он уже ощупывал мою спину ледяными потяжелевшими руками. Потом его руки стали горячими, а мне показалось, что моя личность, привыкшая обитать где-то в голове, позади глаз, переместилась в позвоночник, чтобы поплотнее пообщаться с раскаленными пальцами сэра Джуффина. Я спиной "видел" теплое сияние, исходящее от его жестких ладоней... Потом это прекратилось так же внезапно, как и началось. Сэр Джуффин Халли возвратился на свое место, полностью удовлетворенный результатами осмотра.

- Все в порядке, парень. Ты ничем не отличаешься от меня, хотя, наверное, тебе трудно в это поверить. В общем, здесь, в Мире, ты можешь прожить куда больше трехсот лет... если не умрешь насильственной смертью, но это уж твоя забота! Ну и напугал ты меня, сэр Макс! Что же за место такое твоя родина? Из какого пекла я тебя вытащил?

- "Мир мертвых", - грустно усмехнулся я, - у ваших городских сплетников блестящая интуиция. Они почти угадали. Впрочем, все не так страшно. Когда с детства знаешь только один мир, поневоле будешь думать, что все происходящее - в порядке вещей. Покидая свой дом, я ни о чем не жалел, но... Таких как я нашлось бы очень мало, а я - не в счет, поскольку всегда был мечтателем и... да, пожалуй, вполне сложившимся неудачником. А большинство людей сказало бы вам, что от добра добра не ищут... Хотя ваша продолжительность жизни могла бы соблазнить многих. Если будете вербовать моего соотечественника, имейте в виду!

- Нужны мне твои соотечественники! - Злокозненно ухмыльнулся сэр Джуффин Халли.

- Кто знает, сэр Джуффин, а вдруг еще один парень заведет моду видеть вас во сне?

- Ну, разве что... Прийдется выбивать для него еще одну вакансию. Ладно, ты прав: не буду зарекаться!...

Все имеет дурацкое свойство заканчиваться. Закончилась моя последняя сигарета, потом закончились и наши посиделки. Сэр Джуффин отправился "пошептаться со своим одеялом", а я хлопотать с переездом.

Перед тем, как начать, я был уверен, что собирать мне особенно нечего. Куда там! Человеку свойственно обрастать имуществом, как покойнику ногтями: быстро и незаметно. Мое богатство состояло из катастрофически разросшихся гардероба и библиотеки. Подарки сэра Джуффина и последствия моих познавательных прогулок по городу, во время которых я посещал всевозможные лавки, машинально прокучивая выданный мне аванс. Что касается библиотеки - учтите, что она включала в себя восьмитомную "Энциклопедию Мира", принадлежащую перу Манга Мелифаро, любезно подаренную мне его младшеньким, моей "второй половиной": сэр Мелифаро являлся "Дневной задницей" сэра Джуффина Халли, а я - "Ночной", по его собственному выражению!... И этот увесистый восьмитомник был всего лишь каплей в море. Помимо прочего, я сентиментально прихватил с собой костюм, в котором прибыл в Ехо. Джинсы и свитер мне уже врядли когда-нибудь понадобятся, и все же рука не поднималась их выбросить. Может быть, представится случай смотаться домой... за сигаретами, например. Кто знает?!