Страница 3 из 12
Да и к чему разговоры, когда всё идёт по плану и вообще скоро кончится? Прошли последнюю контрольную точку, не прибегая к услугам кибера, сам задаю новую траекторию до контакта с Буханкой. Всю дорогу шёл первым, теперь же ухожу в сторону, в спираль – по идее вероятный противник сбит с толку. Крыло уходит по неожиданному вектору к точке рандеву с носителем, я догоняю в арьергарде. Пространство, к счастью, так и не наполнилось заревами взрывов, никто на нас не охотится.
На подлёте устанавливаю связь с Буханкой, шлю лаконичный запрос на срочную медицинскую помощь. Выравниваю скорости, идеально зависаю у ворот. Девчонки загарпунили машину, потащили на стол. Ну и всё, теперь можно отрубиться по-настоящему, типа, вот такой герой – терпел до последнего и только в ангаре рухнул без чувств.
Глава 2
Очнулся на кушетке медблока уже без полётного скафандра, просто в комбезе. Пришёл в себя от резкой аммиачной струи, бьющей в нос от тривиальной ватки. Приоткрыл глаза, захрипел, Док убрал вонючку из-под носа. Её место в поле зрения занял странный продолговатый предмет с утолщением на конце, характерных окраски и размеров.
– Сёма! – раздался трагический голосок Лилит, – зачем тебе это?!
– Не тычь так, в глаз ещё попадёшь! – вступилась Мара, отвела руку Лилит с предметом от лица.
– Лилит! – одёрнула её Грейс, – это совершенно не наше дело, только…
Она заглянула мне в глаза и тоже не сдержалась, сорвалась в драматизм, – Сёма! Зачем тебе это в космосе?!
Я в смущении отвернулся и увидел, как у кушетки сидящая на корточках Фара увлечённо разглядывает вещички в уже открытом мусорном пакете.
– Это не моё! – я пробурчал угрюмо.
– Конечно, – согласилась Фара, вставая. Наклонилась ко мне, улыбнулась, прикалывая на грудь, снятый с обоссанного котом комбеза тот самый значок с изображением ореха под микроскопом и надписью «Экспериментатор первого уровня». – Остальное в каюту заберёшь?
– Да не моё это!! – я хрипло заорал, рывком пытаясь встать с кушетки. Док легко уложил обратно.
– Хорошо-хорошо, – ласково пропела девушка, – значит, можно в утилизацию?
– Мы сейчас отнесём! – поспешно проговорила Грейс.
– Я сама отнесу, – отрезала начальница. – Быстро всё положили обратно в мешок и ушуршали по делам!
Валькирии, оказывается, успели обзавестись сувенирчиками. Скромненько бросили интересные вещички в пакет, показали начальнице пустые ладошки и под её суровым взглядом покинули помещение медотсека. Фара повернула ко мне вновь подобревшее лицо, – Сёма, тебе совсем не нужно было прятать эти вещи таким экстравагантным образом…
– Я их не прятал, думал, что выбросил…
– Сёмочка, – начала она проникновенно, – ты в космосе, и можешь быть каким угодно извращенцем, только…
– Я не извращенец, – просипел упрямо.
– Но только не дебилом! – резко договорила Фара. Помолчав, снова мне улыбнулась. – К счастью это не так. Расскажи, пожалуйста, как слетал?
– Нормально, – мне совсем не хотелось вдаваться в подробности.
Док засмеялся, помотав гривой, – тогда чего тут разлёгся? Ноги-то чувствуешь?
Я пошевелил пальцами в носках, – угу.
– И даже не болят? – он удивился.
Я прислушался к своим ощущениям, – не-а!
– Странно, – Док поскрёб щетину на подбородке, – ты их по идее должен был отморозить… Постой-ка! Ты ведь лежал в кресле не полностью?
Я кивнул.
– Тогда ты труп, – сказал он растерянно, – тебя обязана была убить стартовая перегрузка.
– Это нано-боты живучести, – снисходительно проговорила Фара, – ожили гравикомпенсаторы. Намного раньше срока, но другого объяснения нет.
Док задумчиво покивал. Фара вкрадчиво повторила вопрос, – так как же ты летал, Сёмочка?
– Ну, я ж первый раз! Наверное, нормально! – вот чего она пристала?
– Дружочек, я сняла данные с твоего полётного кибер-скафа, он отчего-то совсем не заметил, что тебе было нехорошо, – её улыбка стала безжизненной, почти как у Фарту, – а ты ведь был без сознания. Как же ты управлял машиной с того света?
– На автопилоте, – я пожал плечами.
– Повторяю, я сняла данные, – она строго заговорила, – траектории задавал пилот… в реальном времени! Детально!!! – и чуть не сорвалась на визг.
– Ну…, – я вспомнил отмазку номер один. – Оно само как-то…
– Ты вселился в машину, Сёма, – заключила она обвиняющим тоном, – ты очень опасный тип. Даже монстр…
Мы с Доком удивлённо уставились на неё.
– Я рассказывала тебе, что в моём родном мире пытались перемещать сознания в киберсистемы. Но даже у нас для этого годились особые системы и очень немногие сознания… и все они были под контролем правительства.
– Так беги к Кэпу! – я рассмеялся ей в печальное личико.
– Я позже решу, что мне делать, а пока, – Фара напустила на себя начальственной неприступности, – твоё участие в программе кибернетика Макса приостановлено. К тому ж ты пилот, тебе ведь будет некогда!
Она, подхватив мешок, повернулась к выходу, я пробурчал ей вслед. – Да ладно.
Фара обернулась, – и очень тебя прошу, странный парень Сеня, к Максимке нашему не приближаться!
Она вышла, мы с Доком молчали, глядя в стороны. Я, наконец, решился, – хоть ты-то мне веришь, что я действительно хотел выбросить этот грёбаный пакет в космос?
– Конечно, верю, – серьёзно ответил Док, – и Фара бы поверила, если б могла почуять, как из него разило кошачьей мочой!
Я грустно хмыкнул, Док, не сдерживаясь более, заржал во всё горло. – Нет, ну я видал …нутых, но чтоб настолько!
Вог.
Как обычно Кэш меня опередила, только в этот раз встретила без непременных подначек. Система ждала уже «разогретой», файл с полётным заданием раскрылся по умолчанию. Дело-то, вообще, предстояло непроходное, не рутинное – неорганизованный выход из гипера чреват неприятностями, на этом, помнится, и была построена облава на контрабандистов в системе Деф-Лигар. Бродяги повадились таскать в систему родного мира Кэпа и Чифа тяжёлую дурь. Природу ксены почти убили, само по себе ничего не растёт, да и негде выращивать под климатическими куполами, а снаружи или солнышко убьёт, или сдует ураганными ветрами, или зажарят атмосферные разряды – там даже дроиды долго не живут. Общество у них скорее коммунистическое, что очень логично в таких условиях, средства любого производства под госконтролем. Ксены все вместе очень гордятся своей древней цивилизацией, двигают прогресс и культуру, но каждому в отдельности очень хочется покинуть милую родину хотя бы в воображении, ненадолго. Планетарные правительства, конечно, этого одобрить никак не могли. Вот отдельные частные лица и заказывают одноразовые звездолёты, на один прыжок в систему и посадку на планету. Нужно вручную, не подавая никаких сигналов, без сопровождения диспетчерских станций от точки выхода из гипера прокрасться или прорваться к планете и плавно перейти на нисходящую орбиту. И в завершении сам по себе спуск – не фунт изюму. Со слов Чифа, это самое лёгкое из всего, перехватить аппарат в бешеной атмосфере уже нереально, тем более застать на месте посадки. Чиф знает, о чём говорит, ведь, если не врёт, именно так он поднял первоначальный капиталец. А в роли старпома Буханки и директора ЧВК ZX подрядился пресекать эту деятельность. Контрабандисты без оглядки спешили уйти из точки финиша, затеряться среди внутрисистемной транспортной толчеи, жгли весп не жалея. Их расчет прост, даже сверхскоростные корабли не успевали за каждым из них. Но нам-то каждый и не нужен был, платили не вообще за пресечение, а за оторванные головы. В режиме маскировки дрейфовали себе, пока на расстояние броска не попадал кораблик без опознавательных сигналов. Кстати, обычным корытам наёмников и в этих условиях редко удавалось успеть, но у нас же есть катапульта! Скорость Буханки на полном разгоне, плюс прыжок с карусели, и вот они наши кредиты. Даже убивать не требовалось, только изуродовать геометрию – после этого неудачникам оставалось сдаться властям, или самим убиться при спуске. Но если б им хватило мозгов, как некогда Кэпу, потратить лишнюю тысячу кредитов на простейшую систему дальнего обнаружения, оглядеться после выхода в реальное пространство… ну, если такие и были, нам они, понятно, не попадались.