Страница 27 из 49
- Узнала все-таки, - голос Ани показался ей странным, тихий, непонятное удовлетворение.
- Конечно, узнала, рада тебя слышать, - проговорила Маша.
Аня язвительно рассмеялась, а у Маши неприятно засосало под ложечкой.
- С тобой все хорошо? - спросила она.
- Будет все хорошо, если ты перестанешь липнуть к моему мужу, - с нажимом проговорила та.
Это после того как она три с лишним года назад вообще исчезла из их жизни?!
- О чем ты говоришь сейчас?
- О том, что всегда встревала между нами. С самого первого дня. Ты и в постель к нему влезла тогда, на третьем курсе, только для того, чтобы отнять его у меня! Но только не помогло, он все равно на тебе не женился. Попользовался и бросил! Он тебя никогда не уважал!
Машу словно кипятком ошпарило, а потом залило холодом от обиды и стыда. Аня что-то еще кричала в трубку, она не стала слушать.
- Мне нет дела до твоего мужа, - глухо проговорила Маша и прервала разговор.
Бросила смартфон на сидение, как ядовитую жабу, а ее всю трясет. В груди колючий ком, и не сглотнуть, не продышаться. Накрыло с головой.
Отмыться от всего этого, отодрать вместе с кожей!
Забыть, раз и навсегда!
Наконец собрала себя в кулак, вышла. До подъезда дойти, потом на лифте, войти в дом и закрыться от всего мира. Закрыться, заткнуть уши и глаза, не видеть никого, не слышать...
Рядом взвизгнули тормоза, хлопнула дверь автомобиля. Такого в их тихом дворе обычно не бывало, Маша инстинктивно шарахнулась и взглянула в ту сторону. И тут же отвернулась.
Андрей. Из машины вышел и к ней.
- Маша...
Это было уже слишком! Что они все себе позволяют, лезут в ее жизнь как хотят!
- Маша, постой. Прошу, выслушай меня...
А ей так холодно стало, так противно от всего этого...
- Нам не о чем разговаривать, Андрей. Возвращайся к жене и будь счастлив.
Он замер, а глаза такие, как будто она его ножом ударила. Но Маше уже было все равно, повернулась и ушла.
***
Все правильно.
Смотрел ей вслед и понимал, что правильно все. Что не дадут ему за здорово живешь второй шанс. Обоср*лся дважды.
И ехать надо, в аэропорт только только успеет по пробкам. А сердце за ней рвалось. Догнать, объяснить, чтобы поверила...
- Андрей Александрович, времени в обрез осталось, - негромко позвал водитель отца, куривший у двери.
- Иду. - ответил Андрей и пошел к машине.
Часть 2. Глава 41
- Я ненавижу мужа своего!
- Ну, так уйди скорее от него.
- Уйти, конечно, просто. Но тогда
Он сразу будет счастлив. Никогда!
(Эдуард Асадов)
Звонок заклятой подруге отнял у Ани много сил. Ее снова трясло в истерике, да так что мать испугалась и ей вкололи успокоительное. А после этого она лежала отвернувшись к стене и бессмысленно рассматривала разводы волосяных трещин в штукатурке.
Долго носила она в себе это, больше трех лет сдерживалась, стараясь не поднимать болезненных вспоминаний, как будто, если о чем-то не говорить, проблема сама собой рассосется. А сегодня, когда дядя сказал те ужасные слова, резанувшие ее по живому:
- Венчались? Так развенчаетесь! Сейчас все можно, были бы деньги!
В ней как будто что-то умерло, а копившаяся ненависть наконец прорвалась. Высказала все, что давно хотела, правда морального удовлетворения это не принесло. В душе так и осталось осталось грызущее чувство поражения.
Никакая месть не будет достаточной, если у тебя отняли победу, лишили опоры в жизни.
***
Некоторые как деревья растут сами по себе, у них крепкий стебель и сильные корни, могут выдержать засуху и непогоду. Другим нужно на кого-то опереться, сами они поднять тяжесть своего «Я» не в состоянии. А «Я» у них нередко большое, тяжелое.
И это самое «Я» требует подмять под себя того, на кого опираются, стать выше, прямее, сильнее. Это соревнование, своего рода спорт. Если сравнивать с миром растений. похоже на лиану, которая душит дерево, вокруг которого обвилось. Конечно, не все так просто в мире людей, однако определенные аналогии имеют место.
Вроде... Жили-были трое друзей, учились вместе. Везде ходили втроем, все было чисто и светло... А так ли чисто, так ли светло все было?
Аня не раз задумывалась об этом.
Она росла единственным ребенком в большой семье. Ее воспитывали строго, на нее возлагали большие надежды. Странное сочетание - держали в ежовых рукавицах, но при этом баловали. Аня была гордостью семьи, училась в школе на отлично, потом поступление в престижный вуз.
Красавица, умница, в ней было все для достижения поставленной цели.
Но это стоило больших трудов. Тяжело учиться, когда процесс не приносит удовлетворения, а зубрежка превращается в каторгу. Для нее легкая и жизнерадостная Машка была как вызов, потому что той и учиться давалось без труда, и дома пользовалась она невиданной для Ани свободой.
Сначала Аня взирала на это безобразие открыв рот от удивления, но потом душа потребовала восстановить справедливость. Превзойти ее во всем. Но подружка Машка была слишком живая, полная энергии, самодостаточная. Ее хотелось пить, греться, просто быть рядом.
Да, она любила Машку, хотя и завидовала, и старалась превзойти.
А Андрей... Это был Андрей. Аня задыхалась, когда долго смотрела на него.
Что с ней было, когда она поняла, что эти двое спят...
Ей казалось, мир перевернулся, ее предали, отняли лучшее. Она терпела и улыбалась днем, а ночами плакала в подушку, думала, все кончено, свет померк. Андрей теперь на Машке женится.
Потому что в ее мире было так принято.
Но время шло, а эти двое вели себя так, будто ничего не происходит. Машка бесила ее страшно тем, что спала с Андреем, Аню просто выворачивало от этого, но теперь она успокоилась и прониклась к подруге презрением, понимая, что на таких как она не женятся. А когда Андрей на последнем курсе стал пристально на Аню посматривать, она поняла, это ее шанс. За свой шанс готова была грызть зубами.
И да, ей удалось это - победить, доказать, что она лучше. Потому что выбрали ЕЕ. Семья гордилась ею, все сложилось так хорошо, лучше и быть не могло.
Но, оказалось, мало победить, надо еще суметь удержать победу.
Сейчас она понимала, что первый тревожный звонок прозвучал еще на их свадьбе, когда ее лучшая подружка заявилась в красном платье. Поздравлять. А на самом деле, обгадить ей свадьбу.
А потом... Аня была уверена, если бы ей удалось родить, смогла бы, удержала мужа. Но Бог не дал ребенка. И то, что еще недавно было победой, обернулось поражением.
Она боролась как могла, но Андрей все равно ушел. И самым ужасным было то, что он вернулся к этой своей проклятой течной суке Машке, как бродячий пес возвращается жрать свою блевотину.
Господи... как она ненавидела сейчас бывшую подругу! А его...
Аня не знала, что от той любви осталось, одержимость, навязчивая идея. Теперь это уже была война за справедливость, а на войне все средства хороши.
глава 42
Еще одна бесснонная ночь в самолете, сплошное нервное марево. Андрей опять ходил по проходу, как неприкаянный. Потом усилием воли заставил себя сесть в кресло и попытаться заснуть. Заснул, как ни странно, видимо усталось и нервное перенапряжение сделали свое дело.
Снились кошмары, заставляя его метаться во сне. Проснулся в холодном поту, а перед глазами маячила картина из сна - Маша в белом платье, на груди, на месте сердца, расплывается алое пятно. Он пытался оттереть, закрыть руками, остановить кровь, но алые ручейки упорно протекали сквозь его пальцы. Он кричал в отчаянии, а Маша смотрела на него и смеялась.
Резко сел, с судорожным вздохом распахивая глаза. Мужик на соседнем кресле недовольно завозился и засопел рядом, А Андрей откинулся на спинку сидения, успокаивая дыхание, радуясь, что это всего лишь сон. Сублимация сознания.