Страница 107 из 124
Сергеев с интересом наблюдал за действиями старпома и поведением пиратов, - последних было человек двенадцать. Старпом, видимо, давно обмочился и потерял дар речи. Сергеев вспомнил совет адвоката не удивляться ничему и не мельтешить. Вооруженные люди блокировали все выходы на верхнюю палубу, четверо находились в ходовой рубке. Высокий, плечистый парень лет тридцати с приятным умным лицом на английском предложил старпому спокойно, без шума, вызвать капитана на ходовой мостик, что было и сделано. Капитан тоже был озадачен встречей с пиратами, так молниеносно захватившими его корабль, но он держался молодцом.
Никакого варварства не отмечалось: просто и по деловому было уточнено, где располагаются два контейнера под определенными номерами. Получив точные координаты, лидер группы передал по радиотелефону команду (на испанском) и у выбранных контейнеров засуетились люди. Сорвав пломбы и взломав запоры, пираты распахнули дверцы двух смежных контейнеров: началась быстрая загрузка транспортных сеток извлекаемыми ящиками. Шмон занял не более тридцати минут. Судовыми кранами сетки, наполненные ящиками, были опущены на катера, затем подцеплены и сброшены за борт опустошенные контейнеры. Понятно, что делается это для полной ликвидации следов груза. Значит там могло быть либо оружие, либо наркотики, - подумал Сергеев.
Самое странное началось по окончании операции: парень, которого Сергеев идентифицировал, как лидера, обратился к капитану с вопросом:
- Капитан, есть ли у вас врач на судне? - и показав перевязанную левую руку, продолжил. - Мне нужно сменить перевязку.
Капитан, виновато взглянув на Сергеева, представил его оккупанту, посоветовав выполнить просьбу пирата. Парень следил за обоими, улыбаясь, в его глазах не было агрессии или даже намека на раздражение. Он вел себя, как обычный пациент, нуждающийся в медицинской помощи и готовый заплатить за нее только благодарностью, а не выстрелом из стечкина. В сопровождении еще одного вооруженного пирата Сергеев и пациент спустились в амбулаторию. Сопровождающий остался снаружи у дверей, контролируя коридор и выход на палубу.
Пострадавший плотно закрыл дверь амбулатории и ошеломил Сергеева вопросом, заданным на чистейшем русском языке:
- Можно я буду называть вас "Сан", - в глазах его явно плясали смешинки, а морда вдруг моментально приобрела вид рожи типичного российского рубахи-парня. Сергеев опешил от неожиданности и четко произнесенного пароля, известного, безусловно, только Магазаннику. Но пират не дал ему опомниться: видимо, еще раз удостоверившись, по реакции, что он не ошибся адресом, парень выложил на стол пачку стодолларовых бумажек. Видимо, для пущей важности он пояснил, что ознакомлен с личностью Сергеева, но не стал уточнять по фотографии или вживую. Никто не просил расписаться в ведомости, подтверждая получение денег.
- Известный вам человек просил передать ваш гонорар (четыре тысячи) и пожелание спокойного путешествия. Он уверен, что нападений на судно в этом уголке океана уже больше не будет.
Смена повязки заняла немного времени: на кисте руки была не столь глубокая рана, обработанная опрятно и квалифицированно. Видимо, перевязка была всего лишь предлогом для уединения. Разговор закончился так же быстро, как и начался. Пират не собирался изливать эскулапу душу, - он просто выполнял поручение, без всякого личного интереса и любопытства.
Быстроходные катера растаяли в ночи незаметно, как призраки, как наваждение, - они нырнули за какой-то один из бесчисленных островков. Капитан и старпом, стояли с отвисшими челюстями, с дрожащими руками, вцепившись в планширь под лобовым стеклом. Сергеев же вернулся на мостик явно приободренный романтической историей и неожиданным гонораром (оказывается за административную работу платят особо!). Значит о нем помнят и навещают даже в такой дали от родины. Но и печальные мысли возникали в голове: как интересно, ласково и с шармом вербует себе сторонников мафия; если бы также осуществлялась перестройка в России, то ее поддержало бы много больше соотечественников. Однако во всем том Сергеев чувствовал логику известной формулы: интрига-безумие-смерть. На какой же фазе ее разрешение приостановится? Почти что гамлетовский вопрос сверлил взъерошенный неожиданными событиями мозг.
3.14
В Сиамский залив судно входило не столь бодро и победоносно, как раньше. Мастер все еще не остыл от боевых переживаний и был понур и задумчив. На траверзе мыса Камау, что на оконечности земли социалистического Вьетнама, какой-то рыбак подбавил пару, - устроил опасные маневры на своем маломощном траулере. Стоя на верхнем мостике, он, с перекошенным от негодования лицом, махал руками и что-то кричал. Его маленький траулер-борбосик шнырял справа налево пересекая курс огромному Новогрудку прямо перед самым носом. Такие опасные игры разбудили и взбодрили капитана, он включил ревун и стал выполнять страхующие маневры, трагедию удалось избежать с великим трудом.
Так вьетнамцы-патриоты приветствовали теперь своих бывших друзей и товарищей - русских, забывших о классовой солидарности, бросивших социалистического собрата на произвол судьбы. Россия продолжала выгребать рис из закромов Вьетнама за предоставленные кредиты. Громадный Китаю щелкал зубами над самым ухом. Зажравшаяся же Америка, вообще, изгилялась, как хотела. Не даром Святое Писание предупреждает, что отдающий рубаху, лишится всей одежды. А в Книге Числа (28: 22) многозначительно замечено: "И одного козла в жертву за грех, для очищения вас". Так что нет оснований сердиться на многострадальный Вьетнам!
Погрузка судна шла на рейде вблизи входа в устье реки Чаупхрая, ведущей в столицу Таиланда - Бангкок. Чтобы не тратиться на перевозку докеров, они все несметным табором, с женами, детьми и стариками-родителями, прибыли на судно. Через пять минут, ко всему, за что можно зацепиться, были подвешены гамаки. Тут же в них улеглись небольшие человечки-таиландцы, решившие поспать до начала смены. На корме сооружены более серьезные укрытия: во-первых на выставленных на два метра от борта досках сотворен туалет, из натянутой пленки воздвигнуты шалаши, походные кухни, нехитрые торговые лавки.