Страница 20 из 49
– Ну что, народ, все влезли? Поехали. Кто не успел, пусть ножками топает. Время вышло, больше ждать не буду.
Двери натужно зашелестели, щелкнули и закрылись. Находившиеся с ними рядом пассажиры облегченно вздохнули: здорово расслабиться и прижаться спиной к твердой опоре.
Лена не спеша оглядела салон. Дачный автобус был набит людьми: на коленях у сидящих находились свои и чужие дети, в проходе, тесно прижимаясь друг к другу, стояли пассажиры и корзины с зеленью, редиской и даже ранней клубникой
«Как дачники умудряются ее так быстро выращивать? – в который уже раз удивлялась Лена. Она за этой культурой тоже старательно ухаживала: северное лето короткое и часто холодное, упустишь момент – останешься без свежих плодов. Однако на родном участке клубнику она будет собирать только недели через две. А пока – редкие ягодки на пробу, и все. «Наверное, «петушиное» слово знают», – предположила женщина.
На заднем сиденье расположилась Макаровская компания. Хорошенькие, жизнерадостные девушки в коротеньких шортах сидели на коленях у молодых людей. Весело покачивая золотистыми от легкого загара ногами, они смущали непотребным видом двух старушек на сиденьях перед ними.
– Ну и молодежь нынче пошла! – возмущалась на весь автобус старуха в синей вязаной кофте. – Глянь, Петровна, девки, стыд потеряли. То юбки такие короткие наденут, что трусики видны, то по городу с сигаретой и бутылкой пива идут – все им нипочем.
– Да разве мы были такими? – вторила ей худенькая соседка. – Вот я, помню, в молодости задержусь домой на пять минут, так мамка ремень брала и по мягкому месту лупила. В другой раз и опаздывать не хотелось.
– Ты, бабуля, нашла, что вспомнить. То еще при царе Горохе было, а сейчас времена другие: телесные наказания запрещены, – ответил весело Рыжик, сверкнув ямочками на щеках.
– Ну да, конечно, – сразу откликнулась бабка в синей кофте, – Петровна, слышь, умников сколько развелось, все о правах своих толкуют. Зато обязанностей у них нет. Вот живет молодежь нынче! Ни за что не отвечает.
Но ее уже никто, кроме соседки, не слушал. Ворчание старушек молодой компании было неинтересно.
– Ой, смотрите, у меня билет счастливый! – воскликнула девушка Вадика, забыв уже об инциденте перед автобусом.
Молодежь развеселилась, стала отпускать шутки, послышался смех.
– Оля, а ты слышал этот анекдот про автобус? – обратился к ней рыжий приятель. Встретились два друга, и вот один говорит:
– Сегодня в автобусе попался билет с номером 666666. Сижу и думаю: счастливый ли он?
– Ха-ха-ха, очень весело, – возмутилась Оля, – нашел, чем шутить. Хочешь сказать, что нас несчастье ждет?
– А что, боишься? Не дрейфь, девочка, с таким водителем доедем с ветерком. А вот еще анекдот, слушай, – разошелся не на шутку весельчак:
В переполненный автобус лезет мужик, и дверью ему зажимает руку. Он кричит водителю:
– Дверь открой, придурок, руку мне сломаешь!
А тот, не расслышав пассажира:
– Следующая остановка "Гипсовый завод".
Этот анекдот оказался смешным, поэтому окружающие засмеялись. Рыжик повернулся к бабке, которая только что отчитывала девушек, и сказал:
– А вот этот анекдот про вас, дорогая бабуля:
Старушка спрашивает у мужика, стоящего на автобусной остановке:
– Скажите, в какой автобус мне сесть, чтобы попасть на кладбище?
– В переполненный.
Бабка с седым пучком волос на голове, не оценив шутку рыжего, плюнула в сердцах:
–Тьфу, на тебя, окаянный. Ты поганым языком беду накликаешь.
Опять, повернувшись лицом к соседке, она стала ругать современную молодежь, совершенно безнравственную, по ее мнению, и наглую. Соседка в знак согласия только кивала головой.
Вдруг после предотъездного шума и гама в салоне автобуса на мгновение установилась звенящая тишина. Непереносимой тяжестью она давила Лене на голову, плечи, растекалась в груди смутными, тревожными ощущениями… Женщине показалось, что она – в вакууме, и на нее пахнуло пещерным холодом. Лена зябко повела плечами, повела глазами по сторонам, проверяя, нет ли головной боли, потерла пальцами виски. И вот уже вернулось восприятие окружающего мира, уже возобновилась какофония звуков в салоне…
«Интересно, что это было?» – Лена во всякие шестые чувства не верила, но однотипные анекдоты рыженького паренька с заднего сиденья вызвали у нее неприятное ощущение. Ее немного знобило, но за руку теребила Ася, а непоседа Маша пыталась просунуть маленький палец в колечко Лениной сережки. Женщина быстро переключилась и через мгновение разговаривала с попутчицами. Из головы ушли тревожные мысли, а из сердца - неприятное предчувствие; на душе сразу стало легко и комфортно.