Страница 61 из 64
Альт развел руки и обратился ко мне виновато:
- Если что, кричи.
- Сами с усами, - бросил я небрежно и поднялся.
Мы старались выглядеть непринужденно, но я заметил напряженность в глазах Альта, его руку на автомате. Альт не передумал, он был все еще со мной.
- Да, и не называй Слона Слоном! - крикнул вдогонку Ю. - Он звереет.
Я благодарно кивнул. Шел, стараясь ни с кем не встречаться взглядом, боялся выдать волнение. Шрам на брови предупредительно зачесался.
В стороне молодой сталкер играл на гитаре и пел чувственно:
- Дай нам Бог хоть немножко везенья,
Хоть не верим в тебя, защити.
Я взглянул на болтающийся на запястье крестик, вздохнул, набираясь решимости, и перекрестился. С Богом!
Быстро, не привлекая к себе внимания, взошел на сцену и скрылся за кулисами. Описанную Ю дверь было сложно не заметить. Рядом, в прибитой к стене петле висел молоток. Я выбил пароль. За дверью заскрипел пол, прошуршал засов, лязгнуло, створка отворилась.
Весь проход заняла уродливая туша с маленьким дробовиком в руке. РМБ-93. Таким орудием снабжали спецподразделения, элиту силовиков.
- По поводу? - прогнусавила туша.
Я отвлекся от нацеленного на меня дула и сразу заметил лопоухость туши. Видимо, передо мной стоял Слон. Догадку подтверждал и длинный хрящеватый нос, и короткая шея, и темный ежик волос на объемистом черепе. Густые брови почти срослись, а вот глаза сжались в семечки и забурились так глубоко, словно хотели спрятаться в тени надбровий. Грудь покрывал тяжелый бронежилет, но неудобства Слону он нисколько не доставлял. С пояса свешивался внушительный мясницкий нож.
- Здоров! - дружелюбно воскликнул я. ?Я к Куцему.
- По поводу? - произнес Слон с той же интонацией.
Понимаешь, брат, у нас камера пустует. Там лучше, чем в санатории: бесплатное жилье, бесплатная одежда, бесплатная пища и никаких забот о завтрашнем дне. Да, и режим, соблюдение которого благоприятно сказывается на здоровье.
Конечно, все это только пронеслось в голове, а с языка сошло размытое:
- Поговорить надо.
- По поводу? - Слон будто включил прежнюю запись.
Ах, перешиби его корыто! Казалось, туша готова стоять весь день.
- По поводу артефактов, - ответил я, с трудом сдержав раздражение.
- Проходи.
Туша медленно повернулась ко мне спиной и пошла по узкому коридору. Довела до комнаты, из которой лился теплый свет лампочки Ильича, и пропустила вперед. Я вошел, благодарно кивнув Слону.
Небольшое складское помещение перегораживал массивный стол советских времен. За ним сидел щуплый рябой старик с бельмом на левом глазу. Грязные редкие волосы свисали сосульками до плеч. Одежда тоже чистотой не отличалась. Ее и одеждой-то сложно было назвать. Тряпье. Черты лица выдавали еврея: та же желтоватая кожа, что и у Ю, те же мешковатые веки, те же рачьи карие глаза, но отражали они не океаны печали, как у Ю, а ложь и коварство.
За Куцым возвышались до потолка стеллажи с товаром, стояли сундуки с тяжелыми замками, пирамида с “калашами” и “узи”.
Слева кто-то чуть шевельнулся. Если б не это короткое движение в мою сторону, я бы и не заметил Быка. Во втором охраннике легко угадывалась армейская выправка, дисциплинированность и гранитная уверенность в себе. Форма “хаки” украшала атлетичную фигуру лучше всякого смокинга. Прямоугольное лицо венчалось стрижкой под площадку. Бык смотрел настороженно, из-под выпуклого лба, будто собирался боднуть меня. За плечом темнел “Абакан”. Я не сомневался: в нужный момент он окажется в руках за секунду.
- С чем пришел, военстал? - голос Куцего походил на скрежет когтя по стеклу.
Слон встал справа, дробовик по-прежнему смотрел на меня, а вот его хозяин наблюдал за трепыхающимся у форточки мотылем.
- Привет тебе, Куцый, от Кляксы.
Лицо торговца искривилось в удивлении, рот приоткрылся, обнажив редкие гнилые зубы.
- С Большой Земли? Через тебя, военстал?
- Я - Поп. И, да, с Большой Земли. Из Брянска, - последнее я добавил многозначительно.
Куцый посмотрел на меня внимательно, я выдержал взгляд. Барыга состроил безразличную мину, переставил фоторамку, спросил, рассеянно оглядывая стол:
- И как он поживает?
- В тесноте да не в обиде. Сыт, одет, чист. Зовет тебя в гости.
В костлявой руке Куцего блеснул нож. Барыга почесал острием голову, нервничал.
- Да, посылку тут тебе передали, - продолжил я. - Очередной знакомый. Из Брянска.
Бык еще больше подался вперед. Натянут, как струна. Слон устало переминался с ноги на ногу, блуждающе осматривал полки стеллажей. Разговор его, явно, не интересовал.
- Помнишь Леху Криворотова? Военный с блокпоста в той деревне, где ты барыжил раньше, - с напускной наивностью втолковывал я.
Я не боялся неожиданной атаки. “Медузы” защитят и от пуль, и от кулаков. Разумнее было бы атаковать без лишних разговоров, но хотелось потерзать торгаша сомнениями.
- Чего ты хочешь, Поп? - Куцый боролся с нарастающей злобой, и это отражалось в голосе.
Я пожал плечами, сказал:
- Ответа. Клякса ведь будет спрашивать: как там Куцый, придет, уважит ли?
- Лучше уж он ко мне. Дел невпроворот.
- Клякса обидится. Да и Криворотов не против стопочку выпить. У него артов немерено, продать хочет.
Образ живого Лехи сбил Куцего с толку. Он просчитывал в уме, какова вероятность того, что Клякса надул его, продался.
- Пусть позвонит, - махнул Куцый морщинистой пятерней с грязными желтыми ногтями. - Если меня что заинтересует, с ним свяжутся.
- Телефонная связь ненадежна. Вот в прошлый раз, Леха говорит, ты чего-то не расслышал. Да и машина уже заказана. Эскорт ждет.
Лицо Куцего задергалось, перекосилось. У виска пальцы задумчиво покручивали нож. А ножик-то метательный…
Куцый коротко взмахнул. Я рефлекторно уклонился - мимо уха прошипела сталь и воткнулась позади, в стену, задрожав костяным хвостом.
Щелкнул “Абакан”. Я припал на колено, скинув автомат на пол. Над головой разрезали воздух пули. Кувырок. За спиной пули взорвали пол. Я ударил Быка по хвату и крутанул автомат кверху - приклад вырвался из ослабленных рук, ствол клюнул в лоб. Бык качнулся. Прикладом - под колено. Выстрел. Пуля толкнула Быка в плечо.
- Поп! - услышал я Альта.
- Кончайте их! - фальцетом завизжал Куцый.
Альт появился в дверном проеме, но тут же отскочил в коридор. Грянул дробовик Слона.
Я отвлекся на Альта всего на миг, но Быку хватило. Он перешел в контратаку. В грудь точно кирпичом швырнули. Вторым ударом ноги Бык выбил “Абакан”. Третьим, с разворота, уложил меня на лопатки.
В комнату с рычанием ворвались две Миледи, но дробь развеяла их. На пороге снова появились волчицы. Слон испуганно матернулся и выстрелил.
- Добей его! - заорал Куцый Быку.
Я откатился в сторону, и нога Быка с громким стуком долбанула половицу. Такой удар мог расколоть череп. Быстро подобрав ноги, я сел, выхватил “форт”. Руки обожгло - пистолет отлетел в угол. Бык орудовал ногами не хуже Ван-Дамма. Тяжелый носок берца устремился мне в кадык, но я успел подставить блок и даже представить, как трещат хрящи глотки. Отбил рукой удар слева. Перекатился через плечо, едва вскочил на ноги, как армейский ботинок врезался в солнечное сплетение. Дыхание перехватило. Хлесткий удар каблуком по скуле отправил в легкий нокаут.
Дробовик все гремел в ответ на рычание беспрестанно сыплющихся волчиц. Звуки плавали, как в зажеванной записи, и доносились словно издалека.
- Да убейте же их, наконец! - истерил Куцый.
Мысли смешались. Куда делось силовое поле? Почему арты не защищают меня? Я думал, а это лишнее в драке. Ненужные вопросы долбили мозг, и в движениях появилась рассеянность. Попытка встать была достойна гражданского неумехи, но никак не спецназовца. Ботинок чуть не вышиб зубы, опрокинул на спину. Надо мной навис Бык. В его взгляде не читалось ни злобы, ни удовлетворения. Только сосредоточенность. Бык делал свою работу. Ни больше, ни меньше.