Страница 18 из 20
Человеку никогда не бывавшему в этих суровых краях может показаться, что он путешествует в космическом пространстве. Взлетел в Москве, центре российской цивилизации, а приземляется на неизвестной планете. Глядя в иллюминатор, иначе не подумаешь. Береговая линия залива, за которой простиралась местность, представляющую довольно высокие сопки буро-зеленого цвета, чередующиеся с равнинными участками.
Порой берег менял вид, появлялись обрывистые склоны этих сопок с обнаженными слоями горных пород. Вид этой буро-зеленой пустыни пугает, навевая подавленное настроение и вызывая необъяснимую тревогу. Самолет заходил к аэропорту с южной стороны и вскоре в иллюминаторах появился Тикси, многоэтажки которого сверху казались наставленными одна возле другой спичечными коробками. Восточная сторона поселка выходила к берегу залива, противоположный край его возвышался сопкой, за которой снова просматривалась морская синева.
– Нас будут встречать? – спросил у Казарина Трунов.
– Да, конечно, нас должен встречать кто-то из чиновников городской администрации, – ответил Казарин, – у меня где-то записана его фамилия. Я должен предоставить городскому мэру, который является и главой администрации Булунского района открытый лист на археологические раскопки.
– Неужели здесь, в этой глуши нужно согласовывать раскопки? – спросил Трунов, – по-моему, вся тундра настолько недоступна для цивилизации, что ей по определению не может угрожать ни один копатель.
– Не скажите, уважаемый, – возразил Дульчевский, – тундра очень ранима и беззащитна, Вы просто не знаете, какой вред может нанести ей неразумное поведение человека….
– Вы знаете, Алексей Николаевич, – обратился Казарин к Трунову, – республиканское руководство делает ставку на массовый туризм в этом суровом краю. В Усть-Ленском заповеднике разработаны и осуществляются многочисленные туристические маршруты и экскурсии. Как Вам понравится путешествие «По льду замерзшей Лены»? Это вездеходный маршрут по заливу Неелова, Быковской протоке и реке Лене от Тикси до поселка Тит-Ары. Видео– и фотосъемка, пешеходные маршруты по берегам Лены, посещение Международной биологической станции «Лена-Норденшельд» и полярной – «Столб». Протяженность маршрута 250 километров.
Или вот, например, «На лыжах через горы Хараулахского хребта»? Маршрут протяженностью 150 километров. Вездеход от Тикси до начала маршрута – полярной станции «Столб». Дальше – Тит-Ары – Кенгдей-Хараулахский хребет – Тикси. Ночевки… в палатках и на кордоне заповедника. Видео– и фотосъемка зимних пейзажей.
– Николай Павлович, – удивился Трунов, – Вы осведомлены даже о таких местных подробностях?
– Конечно, если вот этот буклет (протягивает его Трунову) лежит перед вами во время полета, – отшутился Казарин.
– Но это, скорее всего экстремальный туризм, – ответил Трунов, – нормальному человеку, вряд ли захочется «шпарить» на лыжах в лютый мороз и в кромешную пургу сто пятьдесят километров, выполняя туристическую программу правительства республики!
«Боинг» коснулся бетонки и покатился по взлетной полосе. Перелет был завершен, и экспедиция прибыла в промежуточный пункт следования – Тикси. Отсюда она должна отправиться по суше на юго-восток, огибая залив и достигнув южного берега губы Буор-Хая, повернуть на северо-восток к устью реки Омолой. Виктор дал Казарину точные координаты: 132.156786 градуса восточной долготы и 71.154106° северной широты, где необходимо провести раскопки древнего города Даледола. От Тикси до этого места нужно преодолеть больше двухсот километров по суше на вездеходах.
Археологи, как гордо называли себя все участники экспедиции, опустились по трапу с борта самолета на площадку, где их ждал автобус марки ПАЗ, который должен везти пассажиров к зданию аэровокзала. Невдалеке стояли два военных транспортных самолета Ан-12 и три вертолета Ми-8. Как-то по-сиротски выглядела вся эта авиатехника на фоне голой, суровой тундры, а «Боинг», прилетевший из Москвы вообще казался технической фантастикой. Но еще больше удивило участников экспедиции здание аэровокзала. Типовое двухэтажное строение пятидесятых годов с узкими оконными проемами. Стены выкрашены в синий цвет, а между окнами первого и второго этажа – в оранжевый. Третий этаж – надстройка с обзорной мансардой авиадиспетчера. Здание явно не сочеталось с представлением об аэропорте первого класса.
Экспедицию встречал чиновник местной администрации, который ждал археологов у «выхода в город». Казарин представился ему и одновременно поинтересовался размещением экспедиции в местной гостинице. Чиновник пообещал «разместить всех археологов по высшему классу». Дорога из аэропорта в поселок длиною в семь километров проходила у основания сопки, с одной стороны каменные россыпи, с другой буро-зеленая растительность и залив. Когда старенький «Пазик», с первой частью экспедиции подъехал к зданию гостиницы, то выяснилось, что это было панельное четырехэтажное здание на сваях, как и все строения в поселке. Называлось гостиница – «Моряк».
На первом этаже находился магазин, на втором собственно гостиница, на третьем – музей, а на четвертом еще какое-то общественное заведение. «Размещение по высшему классу» свелось к обыкновенному расселению участников экспедиции в номера. По четыре человека в каждый, правда, Казарина заселили вдвоем с Труновым в двухместный номер. Индиенко с Дульчевским поселились с двумя доцентами кафедры археологии в соседнем номере, преподаватели и аспиранты расселились в двух четырехместных.
Вечером был организован торжественный ужин, на котором присутствовал сам мэр этого заполярного «мегаполиса». Археологи в первый же день заметили искреннее гостеприимство местного начальства и всего населения поселка. В их честь был дан концерт художественной самодеятельности. Казалось, что местные «артисты» были безумно рады тому, что их выступление смотрят и слушают люди с «большой земли», и не просто, а из самой Москвы. В городке, где все знакомы между собой, трудно удивить местных жителей самодеятельным искусством, интерес к которому давно уже иссяк по причине многократного просмотра подобных выступлений.
Затем состоялось посещение музея изобразительного искусства и развития культуры Арктики. Именно так назывался музей, расположенный в здании гостиницы, который обладал обширной экспозицией – один зал был посвящен полярным исследователям, другой флоре и фауне, третий живописи, спорту, коммунистическому прошлому, достижениям культуры.
Весь следующий день археологи потратили на знакомство с городом. Утром Казарин с Индиенко и увязавшимся за ними Дульчевским отправились в местную администрацию решать вопросы, связанные с проведением раскопок. Остальная часть экспедиции решила посмотреть город-легенду, пройти по нему пешком, чтобы в памяти запечатлелась эта заполярная цивилизация. Когда еще удастся побывать здесь? Практически все члены экспедиции имели с собой цифровые фотоаппараты.
Первым делом экскурсия поспешила центр поселка, застроенный четырехэтажными зданиями. Статус главной улицы Тикси мало подходил к той, на которой оказались экскурсанты. Редкие прохожие искренне приветствовали гостей и даже показали единственный в поселке ресторан, где можно позавтракать. Он назывался «Север» и располагался в двухэтажном здании на первом этаже. Цены в ресторане «кусались» и многие археологи озадаченно произнесли про себя знаменитое воробьянинское – «однако».
В городе имелась Центральная площадь, которую можно назвать таковой с большой натяжкой. На ней красовалось строение типа доска почета с надписью «Никто не забыт, ничто не забыто», которую тут же опровергал вид брошенного двухэтажного здания с забитыми окнами, находящегося за этим архитектурным официозом. Так и хотелось написать на нем: «Позабыт, позаброшен… славный город Тикси».
К удивлению археологов на одной из улиц находилась торговая точка сотового оператора «Мегафон», где можно купить SIM-карту и звонить в Москву на порядок дешевле, чем по имеющейся карточке. Пожарная часть, переименованная в «МЧС России», магазин «Промтовары», двухэтажная школа с «совковой» мозаикой на стене, не вызывали у экскурсантов удивления. А вот белое двухэтажное здание, в котором расположен «штаб единойроссии» (с маленькой буквы и одним словом), среди разбитых и брошенных домов, у многих вызвали необъяснимый восторг и удивление.