Страница 20 из 47
«Моя мама видела приведение соседа по даче, спустя пару часов как его переехал поезд…она только через пару дней узнала о случившемся от знакомых. А я «общалась» с домовым (точно не знаю кто это был) — приходил ночью в образе человека, будил меня 3 раза, стоял надо мной, я даже сквозь сон потрогала его руку…»
«Я верю во всё это. Моё мнение таково — фильмы ужасов не просто так с потолка берут. Самые страшные — японские, а они снимают всё по мотивам древних писаний и легенд. Вот и задумываешься!»
«Конечно есть загробная жизнь. Почти все люди встречались с призраками и т.д. Просто с прогрессом техники они скрываются и редко попадаются на глаза, но в деревне всё ещё можно увидеть их.»
И прочее в подобном духе. Такие истории я читала ещё в начальной школе, когда мы с друзьями собирались у кого-то ночью и пугали друг друга. Ощутить это на себе — дело другое. Дрожь не отпускала меня до сих пор, а в голове крутились слова этой песенки. Заснуть этой ночью мне так и не удалось, а свет горел до самого утра.
«—Зачем ты это делаешь? — слышу голос, который обращается ко мне. Оборачиваюсь и вижу перед собой Николаса, маленького и… обиженного?
— Это необходимо, иначе она погибнет, Ник, — отвечаю, после, снова отворачиваюсь от него и смотрю перед собой, где на столе лежит птица со сломанным крылом, вокруг которого уже образовалась лужица крови. Я же стараюсь унять кровь, перебинтовывая ей крыло.
— И разве её жизнь так важна?
— Она жива, как и ты. Ты ведь тоже хочешь жить, ведь так?
— Да, но моя жизнь намного ценнее, чем её. Она спасала своих детей, значит умрёт не напрасно.
Задумываюсь над его словами, глядя на птицу. Она же обессиленно открывает клюв, хватая воздух. Глаза постепенно закрываются пеленой, и она делает последний вздох, после чего замирает насовсем. Снова оборачиваюсь к Николасу, который безразлично пожимает плечами и отходит к дереву…»
Открываю глаза, снова уставляясь в потолок. К чему был этот сон? Он должен что-то значить, попросту эти сны не снятся, я в этом уже была уверен. Подсознание хотело показать то, что Николас жестокий? Или наоборот, показать доброту Эвана? Хотя, он ведь замешкался, чем и убил эту несчастную птицу. Вздрагиваю, от стука в дверь.
— Кто там? — сажусь на кровати, сглотнув. Уже любой резкий звук вызывает у меня приступ паники, в связи с событиями прошлого вечера.
— Эр, это я, — отец открывает дверь и входит в комнату, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Мы с тобой давно не общались, вот я и решил…
— Конечно, садись, — похлопываю по кровати, немного отодвигаясь. Отец садится рядом, погладив меня по руке.
— Ты уже такая взрослая стал, не до отцовских слов тебе уже. Но всё же, как у тебя дела? Что нового? Ничего не беспокоит?
— Да вроде нет, — нагло вру, неосознанно бросая взгляд на шкаф. — Всё хорошо.
— А с друзьями как? Скоро начнётся учеба, я хочу, чтобы ты не стала изгоем.
— Все хорошо, пап. У меня есть друзья. Я не буду изгоем.
В голове бессознательно мелькает образ Николаса.
— Это тот мальчик? Кит, или как там его? — от его слов внутри снова начинает закипать злость. Точно, я ведь познакомила Кита с отцом.
— Нет, с ним мы поссорились. У меня есть друзья намного лучше, чем он. Просто мы с ним не сошлись характером, — безразлично пожимаю плечами, сдерживая злость. — Мы с ним разные.
— Ну, тебе виднее. Поколение у вас другое теперь, мы вас тоже не понимаем. А что за другие друзья?
— Ну, помнишь парня, который к нам приходил? С серыми волосами?
— А, помню, да. Вы с ним общаетесь? Он тебе нравится?
— Что? — на мгновение даже зависаю от вопроса отца, тупо глядя на него.
— Ну, он тебе симпатичен?
— Николас? Нет, пап, он мне просто друг, — отмахиваюсь, наконец облегченно выдыхая. Хорошо, что отец отступил от темы про Кита.
— А почему так? — отец явно заинтересовался Николасом, так как он с любопытством подпер голову кулаком, улегшись на кровати и уставившись на меня. — Эр, ты же уже взрослая, понимаешь, что…
— Паап, не надо, — подобные темы меня жутко смущали. Даже сейчас начинаю ощущать, как краснеют щеки. Разговоры с отцом на «интимные» темы я постоянно обходила стороной.
— Да брось, это ведь всё жизнь. Ладно, уже обед, а ты ещё даже не завтракала. Спускайся, я приготовил кое-что.
— Подожди, а как у тебя с твоей дамой сердца?
— О, всё превосходно. Она замечательная.
— Я рада за тебя, пап.
— Спасибо, — отец подмигнул, выходя из комнаты. А я действительно был счастлива, что у него всё хорошо.
========== Глава 17 ==========
— Эрика, к тебе пришли! — слышу внизу голос Каспера и быстро спускаюсь по лестнице. Неужели опять Кит? Почему-то гости ко мне зачастили. Однако вижу в дверях Николаса. Облегчение сразу же накрывает волной.
— Привет, — улыбается он, отряхивая куртку. На улице снова идет дождь. — Не хочешь прогуляться?
— Но там же дождь…
— Тебя это пугает?
— А тебя нет? Заболеть не хочешь? — парень лишь качает головой, продолжая улыбаться. В кухонном проёме показывается любопытная голова отца, который, после того, как я вопросительно уставилась на него, выходит полностью из своего укрытия. — Пап, это Николас.
— Очень приятно, — Ник немного наклоняет голову в знак приветствия.
— Я так рад, — бормочет отец, теребя в руках кухонное полотенце. — А я просто проходил мимо и слышу, что ты разговариваешь с кем-то. Дай, думаю, проверю. Я Оливию жду, и…
— Пап, мы прогуляемся.
— Но ведь там дождь, — глаза отца расширяются от удивления, он смотрит на окно, будто ищет подтверждение своим словам, а после переводит взгляд обратно на меня, ожидая ответа.
— Я знаю, мы недолго, — бросаю на ходу, хватая куртку и выбегаю из дома, вытягивая за собой Николаса. — Ты что-то хотел?
— Нет, просто хотел увидеть тебя, — парень пожимает плечами, задирая голову вверх и подставляя лицо под дождевые капли. — А у тебя что нового?
— Кит приходил, хотел меня запугать.
Николас хмурит брови, переводя взгляд на меня. Изучающе осматривает, после довольно кивает чему-то у себя в голове. Дождь всё усиливается, и просто стоять под ним становилось не комфортно, так как куртка намокала.
— Может пойдём куда-нибудь под крышу? — спрашиваю, игнорируя изучающий взгляд парня. — Хотя бы в тот дом, в который мы с тобой когда-то ходили?
Парень согласно кивает и направляется туда, погружённый в свои мысли. Мне же приходится идти за ним, рассматривая его спину. Всё ли он мне рассказал, или Эван был прав? Он действительно что-то скрывает? Спрашивать и подвергать доверие сомнениям я не хотела. Поэтому молча плелась следом за парнем, натянув от дождя капюшон, который и не спасал даже. Начинался настоящий ливень, чувствовалось приближение осени. Листья на деревьях уже начинали желтеть, ветер становился всё более холодным. Я любила лето, поэтому наступление дождливой и холодной осени не приносило мне никакой радости.
— Ничего странного не происходило в твоём доме? — неожиданно спрашивает Николас, даже не оборачиваясь ко мне.
— Что ты подразумеваешь под «странным»? — сглотнув, догоняю его и иду рядом, игнорируя ветки, которые так и норовят ударить в лицо.
— Что-то непонятное, необъяснимое? — его слова заставляют меня задуматься. Рассказывать ли ему о том случает со шкафом, или же промолчать? Но если он спросил, то уже что-то знает.
— Да, происходило. Я слышал голоса в шкафу.
— Как ты можешь это объяснить?
— Никак. А как ты это объяснишь? — ответа на мой вопрос так и не последовало, так как мы уже подошли к нужному месту.
Внутри оказалось холоднее, но намного суше, чем снаружи. Хоть крыша во многих местах и протекала — сухое место найти можно было, поэтому мы с Николасом сели на старый диван около самой стены, где было наиболее сухо.