Страница 8 из 54
— Выбирай выражения, девка! — гордо вздернув подбородок, заявил потомок славных герцогов, род которых, похоже, переживал в данную минуту свой закат, — я Бриар Тьялиррский из рода Ниберлундских герцогов и Золотых графов, владетельный маркиз…
Экономя наше общее с ним время, я ткнула разошедшегося лорда в костлявую грудь, заставив того поморщится от боли. И пока он приходил в себя, припечатала:
— На данный момент ты всего лишь беглый ребенок без рода и племени, так как твой король еще не признал ни твоих прав, ни принял клятву верности. До совершеннолетия ты даже на свои земли не можешь претендовать. Но главное, ты удрал, оставив все владения на раздирание войне. Так что на твоем месте я бы поубавила свой пыл и думала, как исправлять ситуацию.
— Никуда я не сбегал, меня похитили, и я не знаю, кто и зачем, они как-то забыли представиться и спросить мое мнение! И вообще, кто ты такая?
— Для тебя — местный начальник стражи, — «осчастливила» я его, мечась по покоям в поисках выхода.
Надо было срочно убираться отсюда, пока и вправду не пришли незваные гости. Через общий зал к выходу с мальчишкой не пройдешь, сразу привлечем внимание. Я же не знаю, здесь ли оборотни и если да, то, сколько их на самом деле. Неожиданно, полупрозрачный камень на шее ощутимо потеплел. Я дотронулась до него указательным пальцем, настраиваясь на канал связи, и отчетливо услышала голос обеспокоенного Дилана:
— Алексия, ты куда пропала? Только что вошло четверо оборотней: они даже не скрывают кто они такие, на плащах нашивки. О чем-то разговаривают с Паоло, стой… Двое направляются к лестнице, подозреваю, что за нашим рабом. Кстати, что у вас там происходит?
Я сжала кристалл крепче: как все не вовремя!
— Потом. Дилан, быстро уходи оттуда и жди у меня дома. Если кого-то встретишь по дороге, держи язык за зубами и ни в коем случае не говори куда идешь, и что мы делали!
Не слушая, что на это отрапортует Веснушка, я повернулась к Бриару:
— Милорд, ты как, жить хочешь?
— Не отказался бы и желательно долго…
Я впервые за сегодняшний вечер искренне улыбнулась:
— Тогда молча делаешь все, что я тебе скажу. Понятно?
— Понятно, — согласно кивнул благородный отпрыск благородного рода. Видно, что не привык, что им командуют, особенно женский пол, но сейчас выбирать не приходилось.
В дверь требовательно постучали:
— Рогнар, трактирщик сказал, ты бабу подцепил. Напомнить тебе, зачем мы здесь? Открывай!
— Эй, маркиз, — я дернула остолбеневшего мальчишку за рукав просторной и некогда белой рубахи, — я сейчас выдавлю окно, мы прыгаем и очень быстро бежим вдоль рва прямо к стене, потом я пойду впереди, а ты за мной…Ты чего замер?!
— Этот голос… Я хорошо запомнил его еще в замке, когда мне накинули мешок на голову.
— Хочешь остаться и обсудить это с ним? — я аккуратно поддела оконную слюду плечом и та поддалась, тут же рассыпавшись с громким треском.
В дверь снова постучали, на этот раз со злым нетерпением:
— Рогнар, я тебе что сказал? Открывай немедленно или мне позвать твоего хозяина, пусть он вкатит тебе сорок плетей за послушание?!!
Бриар нерешительно застыл у разбитого окна, услышав, как в дверь начали с силой бить чем-то тяжелым. Как бы хороша не была дверь, но вряд ли она выдержит долгую осаду. Поэтому я с огромным удовольствием пихнула юношу в спину, и, сгруппировавшись, прыгнула за ним следом.
— Ааааа, идиотка! Ты меня раздавила, в тебе веса не меньше центнера!
— Я о твои кости ударилась больнее, чем ты об меня, — прохрипела я, с трудом сползая с Бриара, распластавшегося на прошлогодней пожухлой траве.
Не слушая его возгласы, я молча протянула мальчишке руку помогая встать. Наверху, прямо над нами что-то грохнуло, и следом раздались весьма красочные ругательства.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Переглянувшись с Бриаром, и поняв друг друга без слов, мы, не сговариваясь, бросились вперед. Судя по тому, с каким энтузиазмом драпал сын погибшего герцога, в их семье этому искусству придавали особое значение. Мне же бежать по сбитой брусчатке босыми ногами было довольно больно, поскольку туфли за ненадобностью я сбросила еще в номере. В итоге минут через десять я начала прихрамывать, но упорно переносила все неудобства, представляя, какие барыши смогу стянуть с беглого мальчишки при удобном случае. А в том, что он мне скоро представится, я ни сколько не сомневалась. А то, что греет сердце и душу, помогает питать в характере стойкость и терпение.
— Бриар, стой, не поворачивай за угол, там большая открытая площадь.
Юноша из чувства противоречия сделал еще пять быстрых шагов и замер около угла спящего дома. Я подошла поближе, чтобы не кричать на всю улицу.
— В конце площади, на противоположной стороне стоит один единственный белый дом, нам нужно пройти туда как можно незаметнее. Так что изобрази хотя бы на минуту законопослушного человека и пройди это расстояние спокойно. Я потом с трудом объясню соседям, почему возле дома главы Стражи бегал оборванец-недогерцог…
— Видимо объяснить, почему в дом главы прошла трактирная девка в вызывающей одежде, тебе будет легче? — так же шепотом парировал Бриар, не желая оставаться в долгу.
Я ответила широкой улыбкой: говори милый, все, что тебе угодно. Но через пять минут я сниму порванную блузку и «поехавшие» чулки и вновь стану примерной горожанкой, а ты так останешься оборванцем, даже если тебя отмыть и выдать новую одежду. Дома, как и имени, ты уже лишился.
До моего особняка мы добрались быстро. Приблизившись к воздушному великолепию из молочного мрамора словно светящегося изнутри, юноша насмешливо сморщив нос обернулся ко мне. Не обращая внимания на его многозначительную мимику, я, не останавливаясь, направилась прямиком к своим владениям. Какая мне разница кто и что обо мне думает? Если он считает, что этот дом достался мне каким-то не тем способом, то почему это должно как-то меня трогать, если он сам мне — никто?
Попасть во двор дома можно было только через один единственный вход: преодолев двустворчатые металлические ворота. Этот чудесный особняк асимметричной формы с большими аркообразными окнами и бронзовыми колоннами, разместившимися на устойчивых позолоченных пьедесталах, достался мне от неудачливого предшественника. Оказавшись внутри, я чуть слышно выдохнула, испытывая облегчение, что опасность миновала и хлопком ладоней зажгла свет. За спиной раздался обреченный возглас юноши, который все-таки не сдержал своих эмоций:
— Ну и кому ты так хорошо служила, что тебе подарили этот особняк? Явно же не местному бургомистру, он сам бы в таких хоромах жил.
Я бросила мимолетный взгляд на высокие своды потолков, на стены с множеством изящных линий и декоративных элементов, где было много стекла и металла, и уже собралась было соврать, как вынырнувший из темноты Веснушка мрачно ответил:
— Выкупила на торгах за долги за один гривенник. Алексия, это кто такой языкастый?
Опережая возмущенные крики Бриара, я коротко рассказала приятелю о произошедших в постоялом дворе неприятностях. При этом пришлось опустить некоторые детали, которые никого кроме меня не касаются. Пока я вводила Дилана в курс дела, мы успели дойти до гостиной. Присев на мягкую тахту следом за мной, приятель задумчиво почесал кончик носа:
— Его надо проводить под охраной к главе города, а тот уже пусть связывается с Его Величеством и помогает переправить, куда они решат. Нам ещё боев под стенами города за его голову не хватало.
— Очень мудрые слова, — обрадовано влез Бриар.
Судя по его расслабленному виду, в мыслях все его беды уже были решены. Не согласиться с мнением Дилана я не могла, мальчишку и правда как можно скорее надо передать другим. И пусть это у них болит голова, что делать с благородным отпрыском, чей род стал невольным заложником короны. Ведь боюсь мальчишка не так уж и выгоден Его Величеству Павира в качестве верного, а главное живого вассала. С тяжелыми мыслями об этом, я уже хотела было встать и переодеться для встречи с бургомистром, как несколько великолепных витражных стекол эффектно разлетелись на мелкие кусочки, а в полнейшей тишине прокричал печально знакомый голос: