Страница 32 из 82
— «Компания Лару».
Я хочу спросить ее, что это значит, и знают ли военные о том, чего не знаем мы, зачем «Компания Лару», у которой нет доли в видоизменении здесь на Эйвоне, строить секретную базу посреди болот. Но я могу сказать по ее выражению лица, что она так же ничего не понимает, как и я.
Прежде чем ко мне возвращается голос, коммуникатор на рукаве ее боевого костюма оживает.
— Служба безопасности капитану Чейз, — шипит он, вмешательство Эйвона делает голос неузнаваемым.
Джубили смотрит на меня на долю секунды, а потом отворачивается, но не раньше, чем я вижу тревогу в ее взгляде. Она подносит руку к патчу, активируя его.
— Чейз слушает, — отвечает она, пригибая голову, чтобы немного приблизить свой голос к приемнику.
— Можете ли вы отчитаться службе безопасности, сэр? — Это не приказ, а просьба, я вижу, как ее плечи немного расслабляются.
— Я немного занята, — отвечает она, приоткрывая жалюзи на окне двумя пальцами, чтобы посмотреть на базу. — Новая информация о подрывнике?
— Не спешите, но нам не помешают ваши глаза, раз уж вы были там. У нас есть парень, который похитил вас в «Молли».
Слова накатывают на меня, как огонь, и я начинаю кашлять, мои ослабленные легкие отказываются работать. Джубили разворачивается, ее взгляд опускается на меня, как будто половина ее ожидает, что я исчезну в военном заключении. Она ждет, пока я не возьму под контроль кашель, прежде чем снова проверить коммуникатор.
— Повторите? — произносит она, ее голос такой же твердый, как камень. — Какие-то помехи с моей стороны.
— Похититель из бара, — звучит голос. — Потребовалось много просмотров с камер наблюдения, но теперь у нас есть записи, которые помогут нам идентифицировать его.
Замешательство Джубили превращается в страх.
— И? Кто он?
— Ну, запись довольно зернистая, много помех. Мы пытаемся очистить ее сейчас.
— Сосредоточитесь на взрыве, — отрезает Джубили. Она сглатывает, и затем говорит спокойнее. — Кем бы ни был парень в «Молли», он уже давно ушел. Нам нужно узнать больше о нападении на базу, и действовал ли Дэвин Куинн один.
— Ну, сэр, — медленно отвечает голос из патча, — у меня большая часть моих людей на взрыве, но для безопасности базы нам нужно знать лицо этого парня, чтобы мы могли идентифицировать его, если он попытается снова.
Взгляд Джубили проносится по комнате по другим присутствующим без сознания, не реагирующим на происходящее.
— Ладно, — отвечает она. — Я зайду позже и посмотрю, смогу ли помочь. — Она позволяет своей руке упасть вниз, глаза возвращаются, чтобы встретиться со мной, когда коммуникатор замолкает.
Все, что я могу сделать, это смотреть на нее, желудок ухает. Единственными звуками являются слабый писк мониторов и приглушенные звуки снаружи базы — рев двигателей транспортных средств, обрывки разговоров, завывание при посадке шаттла в стартовом отсеке на другой стороне базы. Невозможно забыть, где я нахожусь: посреди вражеской территории.
С усилием я вырываюсь из измученного ступора и откидываю одеяло. Затем я пытаюсь сесть, прогоняя головокружение и тошноту. Мне нужно бежать.
— Эй, прекрати это! — Джубили протягивает руку, хватая меня за плечи и толкая вниз. Сейчас она намного сильнее меня, и у меня нет выбора, кроме как позволить ей сделать это. — Если бы они ехали сюда, чтобы схватить тебя, думаешь, я бы сидела и смотрела на тебя? Я бы уже тащила твою задницу через черный ход.
Я не могу ответить, мое горло сдавлено и меня душит кашель.
Джубили пережидает, держа руки на моих плечах, удерживая меня. Когда я прекращаю, она медленно отпускает меня.
— У нас есть немного времени. Твои легкие долго не выдержат на болоте.
Я сглатываю, чтобы убедиться, что у меня на этот раз прочистилось горло, прежде чем снова попробую заговорить.
— Сколько у меня времени?
— Я не знаю. — Джубили отходит на несколько шагов от подножия кровати. — Вчера это было бы главным приоритетом, но теперь они немного отвлеклись. Можешь поблагодарить своего дружка Куинна за это. Мне нужно подумать. — Она закрывает глаза и сжимает губы.
— Они поймут, что ты не рассказала им всего.
Челюсти Джубили сжимаются, и она резко отмахивается рукой.
— На данный момент они верят командиру Тауэрс, что я получила травму, и поэтому я не могу вспомнить твое лицо, несмотря на то, что говорила с тобой в течение целых десяти минут, прежде чем ты утащил меня.
— Скажи им, что тебя ударили по голове… скажи им, что у тебя амнезия или что-то подобное. Будь осторожна. Если я потеряю тебя…
— Я знаю. — Ее голос резок и сочится горечью. Она ненавидит себя за то, что она здесь. За помощь. — Ты теряешь меня, ты теряешь свою прямую связь с планами военных.
Мозг не может оставить в прошлом: «если я потеряю тебя». Я хочу поправить ее, но я еще не выяснил, в чем заключается настоящий конец этого предложения.
Она втягивает воздух.
— Слушай. Я собираюсь вернуться туда, но если я не вернусь к утру, тебе нужно найти выход отсюда по своему усмотрению. Украсть лодку, если нужно.
Я не могу понять, что происходит за ее спокойным выражением лица. Но в ее голосе звучит тревога.
— Что ты имеешь в виду, если ты не вернешься?
Она хмурится, но остается непроницаемой.
— Они, вероятно, скоро заставят меня дежурить. Если это утренний патруль, я не вернусь, и тебе придется выбираться самому. Как там говорят твои люди? Ясного неба.
Эти слова, исходящие от нее, режут мне сердце. Она не дает мне возможности ответить и направляется к двери. Она останавливается, прижимая одну руку к дверной раме.
— Почему ты не мог просто не появляться?
— Мы сказали тебе, — говорит отец девочки, — нам это не интересно.
— Ноа, — шепчет мать девочки, — посмотри на их глаза.
— Последний шанс, — говорит человек с холодными глазами. Девочка смотрит через щель в прилавке и видит, как он поднимает свою тунику, чтобы приоткрыть пистолет, заправленный в штаны. — Ненавижу возвращаться и объявлять всем, что вы Лямбда-семья.
— Мы не поддерживаем ни одну из сторон, — отвечает ее мать. — Мы не хотим в этом участвовать.
Девочка перемещается до тех пор, пока не видит своих родителей, стоящих вместе в передней части магазина.
— Пожалуйста, — говорит ее отец. — У нас есть дочь.
Мир замедляется. Девочка слышит раздающийся щелчок взведенного пистолета, и ее обучение начинается. Она вырывается из пространства под прилавком, вытаскивая свой пистолет, бросается между боевиком и ее родителями, снимает двоих, прежде чем ведущий стрелок успевает прицелиться. Это занимает всего несколько секунд, прежде чем они оказываются на полу, обезоруженные и безвредные.
За исключением того, что этого не было.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
ДЖУБИЛИ
БАЗА ВСЕ ЕЩЕ В ХАОСЕ. Воздух пронизан дымом и едкими химикатами, весь гражданский персонал из местных удален до конца расследования, а все остальные кроме караула, похоже, здесь, и они заняты более чем я когда-либо видела. У каждого есть работа, а если нет, то они спешат на ее поиски.
Я делаю достаточно долгий перерыв, чтобы переодеться. С заверением Кормака, что Дэвин Куинн не имеет никакого отношения к Макбрайду, становится маловероятно, что взрыв был объявлением войны. Мне не нужна броня для того, что я собираюсь сделать. Я с трудом снимаю костюм, он жесткий и кисло пахнущий дымом, и я отпихиваю его в угол комнаты, чтобы позже разобраться с ним. Даже после того, как я надела чистую униформу и куртку из искусственной кожи, я все еще пахну костром. Мне следует принять чертов душ и вздремнуть. Но у Кормака, вероятно, нет столько времени.
Может, мне не стоило лгать ему. Может, мне стоило сказать ему, что я планировала. Но я начинаю узнавать Ромео, как он думает, и я знаю достаточно, чтобы понять, что он никогда не позволит мне пройти через это. Может, он намного умнее.