Страница 24 из 82
Топнув ногой, я взмолилась:
- Да перестань же ты, постой немного! Именно из-за твоего отца я и хотела с тобой поговорить. Ты не поверишь, но я совершенно не рвусь в брак. Не то, что я не думала о замужестве, но мне не хочется быть трофейным экспонатом в чьей-то коллекции.
- Почему экспонатом? – скривился Ральф, наконец, оставив попытки вырваться и уйти, - отец будет оберегать тебя, практически ни в чем не ограничивая. Уж можешь мне поверить: это он только с виду строгий и авторитетный рыцарь.
Как-то мне с трудом верилось в подобную характеристику Вернера. Хотя он же его сын, ему должно быть виднее.
- Ты говоришь так, словно тебе именно меня и не хватает в качестве заботливой мамочки, - довольно грубо проговорила я, бессовестно пользуясь знанием трагедии его семьи.
С этической точки зрения это было неправильно, но по-другому его сейчас просто никак не вывести из равновесия. А из-за доспеха, плотно прикрывающих его разум, он меня просто не слышит.
Как оказалось несмотря на свою смазливую внешность, за которой мужчина следил с женской скрупулёзностью, в Ордене его сумели неплохо обучить и сейчас Ральф понял много больше того, что я пыталась донести до него. А самое главное, он не только не стал меня ни в чем упрекать, но и не показал, как ему не приятны подобные комментарии. Только скривился, прошипев напоследок:
- Зато ты стремишься ею стать.
- Ты и сам знаешь, что нет, поэтому и пришла к тебе просить помощи.
- Ты? – заносчивый рыцарь даже покачал головой, - у меня?
- Вижу, ты несколько удивлен подобному обстоятельству, - мрачно констатировала я, - теперь-то мы можем поговорить?
- Удивлен, - согласился он, - именно поэтому я готов тебя послушать, но только недолго.
Мы сошли с тропинки, на которой легко могли встретить кого-нибудь из курсантов академии и отошли вглубь парка. Начиная подмерзать, я собравшись с духом, рассказала Ральфу все, что имело отношение к их системе выбора будущих жен в день празднования Зимнего Солнцестояния. Все остальное его не касалось, поэтому знать подробности ему вовсе не обязательно.
- Один из инквизиторов решил заявить на тебя права? – не поверил молодой рыцарь, - ты, конечно, персона обаятельная, опять же иномирянка, а значит, можешь привнести в нашу обыденность что-то новенькое. Но прости, из-за симпатичной мордашки у нас войн не устраивают. То, что ты единственная женщина-маг, тоже не делает особых плюсов, никто же не даст гарантии, что дар смогут наследовать твои дети? Ты кот в мешке, и я никогда не поверю, что этим можно заинтересовать Инквизицию.
Неосознанно облизав губы, тем самым выдавая волнение с головой, я постаралась придать своему тону как можно больше безразличия:
- Я в первую очередь врачеватель и обладаю знаниями, которые вы считаете не приемлемыми в лечении, но именно это может спасти жизни многим людям. Ваша Инквизиция ведь занимается вопросами, связанными с некромантией? Именно из-за них запрещается проводить больным операции, пускать кровь? Что если они не хотят выпускать меня из виду, а ваш Орден, наоборот, готов направить мои знания на благо?
- Инквизиция тщательно следит за всеми магами, которые даже в мыслях не допускают использовать кровь в ритуалах, это слишком страшная вещь. Ты даже представить себе не можешь, на что способен некромант, который получает в свое распоряжение тело умершего человека или того, который вот-вот умрет. Это колоссальный выброс энергии смерти, справиться с которым практически невозможно.
Я чуть было не расхохоталась. Как же инквизиторы их всех здесь запугали, что они даже при упоминании о трупе готовы упасть в обморок! Но главное зачем? Лишняя ниточка для установления своего влияния? Но ведь людям рано или поздно надоест бояться, тем более что по тем книгами, что я уже успела изучить, я знаю, что медицина в том виде, к которому привыкли мои соотечественники, здесь уже существовала, но ее просто зарубили на корню. Людям только стоит вспомнить, что скальпелем можно не только перерезать артерию, то и спасти жизнь. Как, впрочем, и любым другим предметом.
- Веселишься? – почему-то обиделся рыцарь, а я, признаться, вдруг почувствовала себя не очень уютно.
В самом деле, стою тут, считаю себя самой умной, потому что жила в другом месте и привыкла к более продуманным отношениям, но здесь ведь совсем другая реальность. Им просто некуда деваться, они не видели иного, и для них жизнь в постоянном напряжении может быть и не синоним счастья, но точно привычка.
- Прости, - я покаянно опустила голову, - просто вы преувеличиваете силу некромантов. Ну, подумай сам, если они такие всесильные и с помощью своих ритуалов могут чуть ли не захватить весь мир, почему же раньше они этого не сделали?
- Нас защищает Инквизиция, - не слишком уверенно ответил Ральф, - хотя если подумать, я не помню ни одного открытого столкновения с этими магами, а много лет назад их достаточно легко вычисляли и после короткого следствия, сжигали в назидание другим.
- Вот так вот просто, великого всесильного некроманта, могли скрутить следователи-инквизиторы, и он ни разу не сопротивляясь, добровольно шел на казнь? – многозначительно хмыкнула я, направляя мысли рыцаря в нужном направлении:
- Конечно, слухи слухами, но перекапав десятки книг в библиотеке аз-Зайтуна, я не нашла ни одного факта, подтверждающего что некроманты сопротивлялись. Если бы тебя обрекали на смерть, ты бы не бросил все свои силы, чтобы спастись? Тем более, если ты работаешь с магией смерти и она, как распускают слухи, непобедима? Ты сам-то знаешь, в чем суть некромантии?
- Это запрещенная магия, все свидетельства о ней давно уничтожены Инквизицией, - протянул Ральф, - но я бы дрался всеми способами, на которые бы был способен. А ведь ты права, я тоже не помню ни одного случая, чтобы при задержании хотя бы один инквизитор был ранен. Это значит, что…
- Либо они ловят не некромантов, - вынесла я заключение довольным голосом, - либо эта запрещенная магия, сути которой никто из вас не знает по каким-то причинам, и не способна на мгновенные разрушения. Типа проклятий, порчи. Страшно, да, но они ведь срабатывают не сразу, а значит с ними вполне можно бороться. А вместо этого вашим врачевателям запрещают оперировать и нормально лечить!
- Ты думаешь, что ты нужна Гаспару, как подопытная мышка?
Не сомневаюсь, что Ральф особо не верил мне и моим рассуждениям, но то, что я заставила его задуматься относительно двух самых влиятельных на сегодняшний день структур, которые опутали без преувеличения пол мир, это точно.
Возможно, Орден Храма на самом деле искал возможность продвинуться в изучении врачевательства, пусть выступая не открыто, из-за враждебно настроенной Инквизиции. Храмовникам просто не хватало знаний и опыта, чтобы доказать ведущим монаршим державам, что это не принесет вред. Инквизиторы за несколько веков умело оплели лучшие умы, заставив поверить в сказку о том, что самая большая опасность исходит от работы с кровью и всех, кто так или иначе способен с ней работать, подлежит уничтожению.
- Наверняка, как и вашему Магистру, - кивнула я, - но лучше работать на Орден, чем на тех, кто сжигает людей только потому, что им так захотелось.
- Я вижу, ты уже втянулась и планируешь здесь задержаться, - понятливо произнес Ральф, искоса посматривая не меня, - если не остаться на постоянной основе.
Не то, чтобы я влюбилась в этот мир, тем более на самом деле несмотря на свою внешнюю простоту, он на самом деле был более подлым и жестоким, чем-то место, где я росла. Может быть, на мое мнение повлиял именно этот факт, а может я просто впервые почувствовала себя по-настоящему нужной.
Да, мной могут воспользоваться, как хотят, прикрываясь благими намерениями и добрым отношением, но это уже исключительно мой выбор. Тем более, что и некоторые люди, живущие здесь, мне как-то быстро и незаметно стали небезразличны и даже не совсем люди… Но больше всего мне хотелось поставить на место и Орден и Инквизицию, которая творит здесь все, что ей заблагорассудиться. Я не Мата Хари, и спасать мир не собираюсь, но мне было важно, чтобы они стали понимать, кого можно трогать, а кого лучше обходить стороной. Тем более я сама подписала договор на пять лет, и границы другого мира меня не освободят от этой клятвы. Три года обучения и два года отработки затраченных на меня средств по распределению. Поэтому здесь проще расслабиться и получить свою порцию «удовольствия», а еще лучше доставить его тем, кто обеспечил мне это увлекательное приключение.