Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 101 из 108

Здравствуйте, представители внеземных цивилизаций, туманностей, галактик, республик, краёв, областей и уездов нашей необъятной вселенной! Шлём привет из начала 32-го века и нашим далёким потомкам, а может, и людям из прошлого, буде таковые появятся в будущем, когда технологии разовьются до возможности прыжков в это самое прошлое, в котором, как известно, земные космические корабли бороздят…

М-м-м... я, кажется, забыл представиться! Меня зовут Минжур, я сотрудник Института Кармоведения. Мои далёкие предки, вероятно, происходили из бурят, которые заселяли в то время территории Восточной Сибири. Имя моё означает в переводе с тибетского «неизменный». И хоть это всего лишь имя, данное мне при рождении, зачастую это его значение пугает меня как учёного: неужели само провидение говорит о том, что мне никогда не продвинуться вперёд в своих изысканиях, то есть, так и не найти ответа на главные вопросы нашего времени? С другой же стороны, и это несколько обнадёживает, «неизменность» может означать в прямом смысле «бесповоротное» следование выбранным путём, упорство в достижении цели. Но что такое провидение и есть ли оно вообще? Или, быть может, мир полон невидимыми для обычного глаза цепочками причин и следствий, ведущими к другим подобным цепочкам и их далёким производным, и все они суть плод исключительно человеческой деятельности, а не некой сакральной «воли свыше»? Вот это и есть, без долгих присказок, те самые «главные вопросы нашего времени».

В свете вышесказанного в этом драматическом, а в чём-то и весьма комическом повествовании я поведаю вам о современном мне мире как с позиции учёного-исследователя, так и с точки зрения большинства наших современников, не сильно углубляющихся в науки. Но позвольте предварительно сделать пару небольших оговорок. Во-первых, хоть наша земная цивилизация технически и ушла далеко вперед по сравнению с тем, что было тысячу лет назад, не стоит удивляться, что нас всё ещё интересуют такие «детские» вопросы. И второе, вытекающее из первого: техника – это производная человеческой мысли, но какая техника в состоянии измерить человеческую душу и сердечные порывы, самостоятельно ответить, например, на упомянутые вопросы? Некоторым слушателям даже может показаться, что человечество, совершив за тысячу лет гигантский технический прыжок, не слишком-то продвинулось вперёд в вопросах возникновения причинностной связи между отдалёнными во времени событиями, или, попросту говоря, так ничуть и не поумнело.

(Что, уже смешно? Так! Вот ты, очкарик с первой парты! Да, ты! Как это очки не носите с 23-го века? Что ты говоришь, это не очки, а «гаджет»? Так, мне без разницы, хватит ломать комедию из своего идиотизма, тут тебе не 20-й век! Ну-ка, быстро к доске и объясни-ка нам природу причинно-следственной связи, если думаешь, что ты умнее учителя!)

Прежде всего, дабы придерживаться хотя бы известной доли историзма,  следует протянуть тысячелетнюю ниточку между двадцатым столетием, временем доселе небывалой научно-технической революции, и нынешним 32-м веком. Ниточку, я сказал, но не бикфордов шнур! О, да, люди прошлого на последнее были горазды – в течение всего двадцатого и первую половину двадцать первого века человечество всё ещё массово играло в войнушки, в ходу была борьба за территории, власть, деньги, ресурсы. Весь мир тогда делился на страны, возникшие в незапамятной древности преимущественно по расово-национальному и географическому признакам (тут свой, за речкой – не свой, с белым цветом кожи – свой, а с чёрным – не свой, ты в мой огород не ходи, и я в твой не ходок). После этого были тысячи лет завоеваний и набегов, великие империи рождались и умирали, и даже самые могущественные из них рано или поздно оказывались бесследно погребёнными под толстым слоем песка или вулканического пепла. К концу двадцатого века большинство территориальных войн закончилось, но в некоторых очагах тление и дымок продолжались ещё длительное время. Странами правили избираемые народом правители, причём, зачастую это была лишь внешняя видимость выбора, и к власти приходили либо тираны, либо одержимые фанатики, успевавшие затем уничтожить миллионы. В эпоху ядерного оружия достаточно было нажатия одной «красной кнопки», и никакого будущего бы уже не настало. Впрочем, тем, что там могло быть, а чего нет и в помине, теперь у нас занимается специальная наука – палепричинология.

Итак, в 20-21 веках человечество всё ещё продолжало пробавляться «игрой в солдатиков» и, надо сказать, чуть не погубило само себя в междоусобицах. И всё же,  прошедшее тысячелетие доказало, что убивать себе подобных не является неотъемлемым свойством человеческой природы. Постепенно люди научились терпению, уважению и искреннему интересу ко всему чужеродному, непонятному, тому, что лежало за забором и пределами их понимания. К началу 23-го века неутихающие ранее конфликты – делёж сфер влияния, природных ресурсов, рынков сбыта – наконец подошли к своему логическому завершению. Сейчас, в 32-м веке, отрадно видеть, что люди той эпохи развивались не только технически, но и духовно.

(Так, эй, долговязый с последней парты, чего тебе смешно? Слово незнакомое услышал? Ду-хов-ность, повтори за мной по слогам. И перестань уже бесконечно заглядываться на ножки Галсан, постоянно подбирая с пола свою «случайно» рассыпающуюся причёску!)

Да, 23-й век оказался временем, когда человек сделал первый серьёзный шаг к долгожданной моральной зрелости. Тогда люди стали относиться более осмысленно к своему существованию, прекратили, наконец, умирать за цели, выгодные небольшой кучке нечистых на руку, дорвавшихся до власти. Войны прекратились! Нравственное взросление человечества привело к постепенному отмиранию и самих аппаратов власти (кое-где, правда, болезненному), а в период 25-27 веков страны медленно, но неумолимо прекращали своё раздельное существование и сливались в одно единое целое – дружную человеческую семью без условностей и деления по какому то ни было признаку. И вот уже более четырёх веков живём мы единым народом, большой мирной общиной, и «политическая» карта мира больше не состоит из различных цветных лоскутков, которые можно теперь наблюдать только в учебниках истории. Больше нет ни политиков, ни политических карт!