Страница 5 из 112
Маркос Кришан повел затекшим плечом, с брезгливостью потрогал прилипшую к спине черную майку и с силой тряхнул головой. Темные волосы, еще утром гладко зачесанные назад, беспорядочной копной упали на бледный лоб. Он выглянул в круглое окошко никак не желающего идти на посадку самолета и сверкнул взглядом почти черных глаз. Густые темные брови тут же сомкнулись на переносице недовольной складкой - он терпеть не мог самолеты, и ему казалось, что это нудное воздушное путешествие не закончится никогда.
Брезгливо фыркнув, он натянул на глаза стильные темные очки и снова попытался сконцентрироваться на своих мыслях.
Марк направлялся в сторону загадочной и мрачной Гермонассы, и это был вовсе не отпуск. Он летел к своему деду по материнской линии. Марк бы отдал все, что угодно, лишь бы не видеться с дедом никогда, да вот только на родине матери был похоронен его родной отец. А дед достал его своими звонками и постоянными намеками на то, что одиночество ни к чему хорошему не приводит.
В словах деда была горькая правда - после внезапной смерти мамы год назад здесь, в столице, у Маркоса Кришана, легендарного бойца, бесстрашно сражающегося на ринге со своими противниками, никого не осталось. Только крепкая команда таких же немного свихнувшихся на голову профессиональных любителей поломать кости противнику.
Свой путь бойца Марк выбрал в ранней юности, и постулаты рукопашного боя навсегда стали его жизненным кредо: «Хочешь мира - будь готов к войне».
В детстве он очень отличался от других детей - не выносил яркий солнечный свет, мог бесшумно и быстро передвигаться на большие расстояния, панически боялся зеркал и отлично видел в темноте.
«Дедушка заразил тебя страшной напастью, — горестно подперев подбородок, объясняла ему мать. — Когда тебе исполнилось семь лет, он смешал свою черную холодную кровь с твоей. Ему очень хотелось наследника, похожего на него. Твой отец погиб, и чтобы оградить тебя от пагубного влияния родственников, нам пришлось бежать туда, где у деда нет большой власти. Как мы не пытались, а вылечить тебя, увы, невозможно. Теперь, чтобы жить, тебе необходимо принимать свежую кровь. Как лекарство…»
«Что за глупая болезнь?» - до сих пор удивлялся Марк. Ни в одном медицинском справочнике ему не удалось найти ее описание.
Тем не менее, эта гадкая проказа существовала в его теле. Свою «болезнь» приходилось искусно маскировать. Мать, понимая, что ее чадо обречено на одиночество, оберегала его, как могла. От влиятельного деда с побережья, от любопытных соседей. Следила за рационом, работала на станции переливания крови. Ведь без свежей крови Марк начинал чувствовать себя очень плохо.
В мечтах Марк видел себя героем, смело побеждающим соперников на ринге. Мать настаивала на медицинском институте. Он сдался, поступил в медицинский колледж и со скрипом получил диплом фармацевта. После окончания колледжа отслужил в спецназе. Именно здесь раскрылся его потенциал. Отбросив в сторону моральные принципы, насаженные матерью, он впервые научился наслаждаться темной стороной своей личности, почти не испытывая угрызений совести.
Он начал догадываться, что его так называемая «болезнь» - и не болезнь вовсе. Просто он другой. Не такой, как все. Слишком быстрый, слишком бесшумный и очень выносливый. Владея эффективными техниками рукопашного боя, он с удовольствием пользовался слабостью своих противников, безжалостно пробуя кровь побежденных в честном бою на вкус. Этот маневр вызывал бешеный восторг у публики, состоящей в основном из сослуживцев, но назвать себя вампиром у Марка не поворачивался язык, даже когда нащупывал у себя во рту резко проступающие в момент триумфа клыки. Ведь всем известно, что вампиров не существует.
По возвращению из армии Марк получил право ношения крапового берета, чем очень гордился. Он превратился в настоящего красавца. Женщины при виде него теряли всякую способность мыслить, и он довольно быстро научился использовать этот поистине волшебный дар в своих целях.
Но фармацевтика вызывала у него дикую скуку.
Спустя три года работы он начал понимать - место в фармфирме никогда не даст ему того, о чем он мечтал. Без сожаления уволившись с работы, он возобновил тренировки. Желая славы и денег, с легкой руки подельников по боевой кухне Маркос Кришан снова вышел на ринг, чтобы побеждать.
Бои приносили ему мрачное удовлетворение. Каждый его соперник становился жертвой. Маркос поддавался, играл на публику, вызывал дикий восторг у зрителей и дарил им надежду на собственный проигрыш. Когда страсти накалялись до предела, он с одного удара отправлял бойца в нокаут, и тот глухо валился на бетон — в жестокости и выдержке Маркосу Кришану не было равных. Толпа взрывалась восторженным воем, а он с гордо поднятой головой покидал поле боя. Но чужая боль никогда не вызывала у него восторга. Он понимал - когда-нибудь и его тело, залитое кровью, тоже может оказаться на бетоне.
В очередное хмурое сентябрьское утро беспрестанно трезвонящий телефон вытащил Марка из ванной комнаты. Он выглянул из-за двери, покосился на юную фотомодель, свернувшуюся калачиком в углу дивана после ночных развлечений, закончившихся вампирской трапезой по обоюдному согласию сторон (вернее, по молчаливому согласию загипнотизированной бедняжки), и недовольно уставился на экран. Его чувственные губы брезгливо скривились - снова дед на проводе. Это был уже третий звонок за последнюю неделю, и Марку начало надоедать такое постоянство.