Страница 25 из 110
При этих словах Искальда насторожилась.
- А что такое? - спросила она.
- Меня считают чужаком и потому относятся с подозрением, - с горечью и обидой сказал Язур, и Искальда знала, что он говорит правду.
- Это так, Язур, - заметил Шианнат. - Им непонятно, как ты оказался в нашем отряде и почему они должны верить на слово мне или моей сестре, тем более что и сами мы лишь недавно были вновь приняты в среду ксандимцев, да и то при весьма необычных обстоятельствах.
Искальда внимательно посмотрела на брата. Очевидно, он вовсе не так пьян, как ей показалось. Несмотря на темноту, он внимательно поглядел ей в глаза.
- Но есть еще одна неприятная вещь, Искальда, о которой ты забыла.
- Что же это? - спросила ксандимка, чувствуя смутное беспокойство.
Шианнат вздохнул.
- Ты обручена с Фалихасом.
- Вздор! - выпалила Искальда, но гнев ее был вызван внезапным чувством страха, который она хотела заглушить. - Хозяин Табунов теперь низложен. А ты же знаешь, Шианнат, что я согласилась стать его невестой только для того, чтобы защитить тебя, - хотя из этого ничего не вышло. Фалихас больше не вождь, и Эфировидец не позволит ему...
- Эфировидец ничего не сможет сделать, - перебил Шианнат. - Я только что говорил с Чаймом. У него плохие новости. По ксандимским обычаям, Искальда, ты остаешься невестой Фалихаса. Пока ты была изгнанницей, ваша помолвка считалась недействительной, но теперь, когда ты вернулась, соглашение вновь вступило в силу. Ты должна знать, что, когда Эфировидец позволит Фалихасу снова обрести человеческий облик - а может ли он поступить иначе! - тогда ты снова будешь считаться невестой бывшего Хозяина Стад.
***
"Куда же он запропастился?" - раздраженно проворчал Басилевс. Молдан с нетерпением ждал возвращения Чайма, ксандимского Эфировидца. Впервые за бессчетные годы своего существования духу огромной горы с трудом удавалось сохранять спокойствие: ведь наступило время чудес, время, подобного которому он не знал уже много столетий!
Нет сомнений, что мир стоит на пороге новой эры. Древние Талисманы Власти возрождаются из небытия, и три из них уже снова явились в мир. Чародеи опять затеяли войну, и судьба мира висит на волоске, пока не будет найден последний Талисман - Пламенеющий Меч, созданный в глубокой древности мудрым и могущественным народом как залог надежды на победу добра. Но в чьи же руки попадет теперь этот Меч? От этого зависит или освобождение Молдай, или - еще худшее рабство, гибель и разрушение всего сущего и наступление нового Века Тьмы.
Ох уж эти чародеи! В Басилевсе вновь проснулся забытый, казалось, гнев. Многие столетия назад предки Волшебного Народа поработили Молдай, заключив их в каменные тюрьмы-твердыни, чтобы обезопасить себя от загадочной и непредсказуемой Древней Магии и лишить их возможности влиять на судьбы мира. Таким образом, надежда на будущее освобождение для Молдай, как и других древних народов вроде Фаэри, зависела теперь от Талисманов Власти - вернее, от тех, кто завладеет этими Талисманами.
От гнева и нетерпения Молдана задрожала гора и камни посыпались вниз. Ставка так велика, а он в состоянии сделать так мало! "Неудивительно, мрачно подумал Басилевс, - что мне никак не удается найти покоя!"
***
Но не только Молдан ждал возвращения магов. Будь он поменьше занят своими мыслями, он бы обратил внимание на то, что кто-то прячется на склоне его горы. Дни и ночи напролет, укрывшись в пещере, следила за дорогой безумная колдунья. Она знала, что те, кто ей нужен, вот-вот должны вернуться и она заметит их из своего убежища наверху.
Голодная, мучимая холодом, с безумными глазами, бывшая целительница Мериэль ждала своего часа, поддерживаемая жаркой ненавистью и жаждой мести. Скоро, скоро она расквитается с той, из-за которой погиб возлюбленный супруг Мериэль - Финнбарр. Ориэлла придет сюда вместе с этим проклятым чудовищем, рожденным от смертного. И когда она появится... "Я вырву ей сердце и выпью ее кровь!" - прошипела колдунья.
***
Ксандимский отряд уже перевалил через последнюю горную гряду, чтобы вскоре свернуть на дорогу, ведущую к крепости, и Паррик испытывал нечто подозрительно похожее на смятение. "Да что со мной такое?" - удивлялся старый кавалерист. После всех своих достижений он должен чувствовать себя победителем и счастливцем. Разве он не добился всего, чего хотел? Одни только скитания по враждебным землям - это уже подвиг! И в конце концов, он же нашел Ориэллу... Больше того, он может вернуться домой вместе с ней и бок о бок сражаться против Верховного Мага.
- Клянусь богами, я так и сделаю! - пробормотал Паррик. Услышав его голос, огромный черный жеребец повернул голову и, как показалось Паррику, со злобой взглянул на своего наездника и врага. Конь не без оснований ненавидел того, кто одолел и поработил его, некогда гордого вождя, и порой Паррик чуть ли не физически ощущал эту ненависть. Начальник кавалерии и сам ни на секунду не забывал, что его скакун на самом деле был одним из этих ксандимских оборотней, и более того - бывшим Хозяином Стад по имени Фалихас, которого Паррик вызвал на поединок и победил, а Чайм наложил на него заклятье, не позволявшее ему вновь принять человеческий облик.
Фалихас, почувствовав, что седок отвлекся, начал взбрыкивать, пытаясь сбросить его. Паррик с трудом удержался в седле и, выругавшись, подхлестнул коня уздечкой. Пусть поскачет поживее - тогда на опасной тропе ему будет не до подобных фокусов!
Да, вечно приходится о чем-то тревожиться... "Ну почему все идет шиворот-навыворот?!" - раздраженно подумал Паррик. Там, в гарнизоне, он был на своем месте, но с тех пор, как проклятый Миафан убил Форрала, друга и командира Паррика, жизнь старого кавалериста круто изменилась...
Новоиспеченный Хозяин Стад грустно покачал головой, но тут же выругал себя за глупость. Конечно, она стала другой. После всего, что пришлось пережить бедняжке... Кстати, "всего" Паррик не мог даже себе представить. Коварство, сражения, смерть - это было ему хорошо знакомо, но о магии он не имел ни малейшего понятия. Он с ужасом вспомнил о судьбе младенца - сына Ориэллы. Еще в утробе матери он был проклят Миафаном и превратился в первое животное, которое увидела волшебница после родов, - в волчонка.