Страница 9 из 33
Екатерина заменила Михельсона на Суворова. Многих это решение удивило: Михельсон и так отлично справлялся с Пугачевым. Но может Екатерина хотела чтобы самозваного царя пленил не немец, а природный русак. Так для народного любимца будет обиднее. Но Суворов не успел отметиться такой спорной победой и в этом плане ему повезло. Иначе в советские времена не ходить ему в великих героях.
Но анализ показывает: Пугачев после разгрома по Оренбургом потерял стройную армейскую систему и у него уже были под командованием плохо организованные орды, так что если шанс и есть, то только сейчас!
Самозваный царь одобрил план, но некоторый спор вызвало Татищева. Кожедуб будучи реалистом предложил крепость сдать, так как если оставить гарнизон до его уничтожат как и прежние силы и даром только погибнут люди. К сожалению пугачевцы не слишком хорошо обученные и дисциплинированные, плохо сражаются в осаде, и при численном перевесе противника. Есть шанс побеждать лишь обладая значительным численным перевесом и капитально сдавив противника.
Кожедуб очень рассчитывал, что сумеет разбить царские войска по частям, и выиграть время для формирования боеспособных полков. А пока следовало поскорее развязать себе скованные Оренбургом руки. Время при этом поджимает.
Еще одна идея Кожедуба была высказана царю в следующем виде:
- Михельсон очень хитрая лисица у пусть у него меньше войск, чем у графа Чернышева, но зато отборные части. Нужно приказать Чике снять с Уфы осаду и всей армией внезапно навалиться на Михельсона!
Самозваный царь нахмурив брови спросил:
- Думаешь Чика не справиться?
Кожедуб высказал свое мнение матерого воина:
- У Чики двенадцать тысяч войска... - Ас номер один сделал паузу и продолжил. - Но это ведь не армия, а орда. Попав под пушечные удары, и натиск организованных силы, они смешаются и друг друга потопчут. Шанс состоит в том, чтобы навязать противнику ближний бой и устроить свалку с рукопашной схваткой. Вот именно сильные стороны противника: организованность, оружие, боевая выучка будут минимизированы, а наши сильные стороны: численное превосходство, лихость, мужицки дубины и рогатины обретут эффективность. В рукопашном бою мужик с дубиной, косой, или рогатиной немногим уступает такому же мужику в мундире и со штыком, а если наших больше, то и превосходит. Но если Михельсон успеет перейти в атаку сам, то уже именно он и начнет диктовать рисунок сражения.
Емельян пораскинул головой и согласился:
- Верно в куче умение ходить на парадах не помогает. Но если отряд Михельсона построится в каре, и отобьет наши атаки?
Вопрос конечно хороший, но у Кожедуба на это заготовлен ответ:
- Можно пустить впереди себя телеги с сырой соломой и хворостом. Поджечь все этом, чтобы дымило сильнее. И еще атаковать ночью. В дыму особо не настреляешь, а горящие возы еще и каре подожгут. Возникнет свалка. Только нужно Чике поторопиться. Михельсон еще только подъезжает к войскам, можно его упредить.
Пугачев жестко приказал:
- Отправить самых быстрых скакунов. Успеем надрать Михельсону бока!
Не любил Кожедуб такой поспешности, но что делать? Не мог же он поехать к Чике, оставив главную операцию без внимания. Хотя можно было и рискнуть - все же план казался таким реальным для исполнения. А что до него раньше не додумались, то ни во время Великой Отечественной Войны обе стороны и советская и немецкая очень много ошибались. И тогда думаешь, а как же опыт прежних поколений и полководцев?
А теперь в самые сжатые сроки осуществление плана.
Численность гарнизона Оренбурга таяла. Он нес потери в различных стычках и вылазках, из города постоянно бежали и солдаты и казаки и мирные жители. Последняя крупная вылазка произошла во время похода Пугачева к городу Яику. Тогда эта авантюрная вылазка закончилась разгромом: три сотни было убито на смерть, потеряно восемь пушек, не считая еще и пленных.
После чего проходили только мелкие стычки. Так что возможно, вернее наверняка Емельян Пугачев был неправ когда отказался в дальнейшем от всяких серьезных приступов к Оренбургу. Последняя крупная попытка штурма была предпринята еще в начала ноября. Ударивший сильный мороз вызвал густой туман и пугачевцы успели расположить свои батареи на ключевых позициях. После чего начался обстрел города и попытки атаки. Но пожалуй мужицкий царь допустил ошибку, не бросив войска на штурм во время самого тумана. Кроме того, хотя конечно это не совсем достоверно, но Емелька приказал остановить штурм, когда повстанцы едва не ворвались в город.
После этого уже не было серьезных приступов: наверное казачий царь рассчитывал выморить противника голодом и сберечь себе силы, да поход зимой и во время весенней распутицы не казался Пугачеву хорошим решением. Однако еще во времена Ивана Грозного русские отлично вели боевые действия зимой, да летом во время страды, многие мужики будут покидать крестьянскую армию ради своих посевов и жатв.
Во всяком случае длительное сидение ничего хорошего не сулило, а Оренбург мог еще пару месяцев и посидеть. А если выморить мирное население то и дольше.
Сроки поджимали, и следовало решить проблемы одним хирургическим ударом.
Татищева пугачевцы покинули. Решили в случае успеха дать бой у сорочинской крепости, а может даже и под самим Оренбургом. На случай провала штурма, запасной план предусматривал отступление к Белозерской, и чтобы там держать в кулаке все силы.
Кожедуб конечно подумывал и об альтернативном варианте - не снимая осаду, дать бой в Татищево собрав тысяч пятнадцать бойцов. Из Берды вполне можно отозвать тысяч пять и там еще останется примерно столько же. Отбить при случае наступление потрепанных оренбуржцев хватит. Тем более в этом случае, оставались некоторые выгоды положения. А так если Голицын узнав о падении Оренбурга сам осядет в Татищего и начнет там ожидать подкреплений, то его так просто не выкурить.
Правда Кожедуб рассчитывал, что у самоуверенного князя - гордость окажется сильнее хладнокровного расчета и тот ринется отвоевывать Оренбург.
Для штурма нужно собрать значительные силы. Получалось, что всего вокруг столицы губернии около двадцати тысяч более-менее вооруженных и обученных бойцов. Среди них около полутора тысяч бывших солдат и два десятка офицеров, работные люди неплохо стреляющие из ружей, сибирские охотники, более двух с половиной тысяч казаков, как яицких так и илецких, оренбуржских и прочих. И еще немало казаков осталось в самом Яике в держа в осаде Семенова и Матюшу, а также раскидано по разным острожкам.