Страница 30 из 117
Они расселись за столом в отдельной кабинке, откуда хорошо просматривался вход в кафе. Теперь при ярком освещении Андрей смог внимательно рассмотреть своих новых знакомых. Тот, который показался ему старшим, был плотным мужчиной, с наголо побритой головой, пивным животиком и рыжими, почти белесыми ресницами. Второй оказался полным его антиподом: жгучий брюнет, спортивного телосложения, колючим взглядом и несоразмерно крупными руками. Оба они были приблизительно одного возраста, лет сорока пяти-пятидесяти. Заказав ужин, каждый из мужчин не торопился начинать разговор, продолжая испытывать определенное недоверие, друг к другу. Когда официант принес закуски и разложил приборы, Андрей начал первым:
- Я думаю, есть смысл познакомиться ближе. Меня зовут Андрей. - Протянул он руку. - Я частный детектив. До выхода на пенсию работал в уголовном розыске.
- Меня зовут Виктором, - Ответил на рукопожатие лысый, и кивнув головой в сторону второго.- А это Денис. Мы были сослуживцами Толика.- Пояснил он.
- И что же вам задолжал бывший сослуживец? - Спросил Андрей, раскладывая на коленях салфетку.
Виктор вопросительно посмотрел на Дениса. Тот еле заметно кивнул головой, давая согласие на ответ, и принялся вытирать влажной салфеткой свою вилку.
- Нам он должен три миллиона долларов. - Ответил Виктор таким тоном, как будто речь шла о бутылке коньяка.
- Сколько? - от неожиданности Андрей поперхнулся и закашлял.
- Три миллиона американских рублей. - Повторил Денис и встал с места, чтобы похлопать его по спине.
Он от всей души дважды ударил своей увесистой пятерней Магеру по спине, не столько для того, чтобы тот прокашлялся, сколько в отместку за то, что по его милости пришлось лежать лицом в траве.
- Достаточно. - Упредил третий удар Андрей и, отдышавшись, произнес. - Мужики, если хотите, чтобы я помог Вам и Ирине, расскажите мне все по порядку, иначе, я вам просто не поверю.
- Хочешь, верь, хочешь нет. - Махнул рукой Виктор. - Но дело началось еще в середине 90-х годов.
Он сделал несколько глотков воды и начал рассказывать.
- Нас было четверо друзей. В конце восьмидесятых, после окончания разных военно-морских училищ, мы попали на Балтику служить на подводную лодку. Тогда все мы были холостяками, все были выходцами из Украины, поэтому и держались вместе. Мы грезили океанскими походами и романтикой морской службы. Но, как говорится, родились не в то время и не в том месте. Развал СССР почти в одночасье сломал все наши планы и надежды. Флот умирал на глазах, корабли в основном ржавели у стенки, офицеры месяцами сидели без зарплат, поэтому что-то нужно было делать. Нас в России ничто не держало, ни у кого не было, ни квартир, ни семей. Тогда мы приняли решение, уволиться с флота и вернуться на родину. Мы оба, - он показал рукой на своего товарища, - были родом из Одессы, Коля Онищенко из Киева, а Толик Белохатько вырос детском доме. Его никто нигде не ждал. Мы предлагали ему поехать вместе с нами в Одессу, но он отказался. Решил самостоятельно найти себе место в торговом флоте Азовского морского пароходства. Посчитал, что там у него шансов будет больше, чем в Одессе. Мы продолжали переписываться, однако время шло, но никто из нас так и не смог найти себе достойного места в новой жизни. Но вот однажды, я получил письмо от нашего бывшего командира, тот предложил всем нам работу за границей. Вы не представляете, на сколько радостным для нас оказалось это известие. В течение нескольких дней мы связались друг с другом и выехали в Ленинград. - Он осекся и продолжил. - Точнее тогда этот город уже стал Петербургом. К нашему всеобщему удивлению, на вокзале нас встречал тот самый наш бывший командир, ставший к тому времени адмиралом. Он разместил нас на своей даче, а на следующий день в одном из ресторанов познакомил с будущим работодателем. Им оказался типичный одесский еврейчик со звучной фамилией Файнберг. Сначала мы восприняли его с определенной долей недоверия, но он оказался довольно известной личностью в предпринимательских кругах. Как выяснилось позже, он умудрился в 1993 году закупить в России шесть венных вертолетов Ми-8 и вывезти их в Штаты. Относительно нас у него были свои планы. Этот коммерсант собирался с помощью нашего адмирала осуществить сделку по покупке подводной лодки-малютки класса "Пиранья", перегнать ее своим ходом в Латинскую Америку, а дальше использовать ее как прогулочное судно для туристов. Во всяком случае, так нам было это преподнесено. Пока он решал в России рутинные вопросы по оформлению сделки, мы с его помощником по имени Гриша, прибыли во Флориду, там, у Файнберга был свой ресторан на побережье. Сначала мы действительно, катали туристов на катерах, занимались с ними дайвингом и водными видами спорта. Получали за эту работу до 500 долларов в месяц, плюс бесплатное проживание и питание. Для нас это были бешеные деньги. Потом, что-то у Файнберга не срослось с покупкой лодки и он нас передал в распоряжение своего компаньона Хуана Алмейды. Нам пришлось с поддельными паспортами переехать в Колумбию. И только там, мы, наконец, поняли, зачем понадобились наши профессиональные навыки. Нас стали использовать, в качестве перевозчиков наркотиков из Колумбии в США и Мексику. При этом использовались примитивные подлодки, созданные на кустарных верфях в джунглях. Их делали из пластиковых плит, чтобы они не светились на радарах. В конечной точке маршрута в нескольких милях от берега нас встречали быстроходные катера, которые доставляли товар на берег. После этого, как правило, лодки топили на месте, а экипаж отправляли обратно попутным транспортом. Видимо стоимость производства таких субмарин обходилась намного дешевле той прибыли, которую приносили сами рейсы. Во всяком случае, как нам стало известно, производство такой субмарины не превышало 200-300 тысяч долларов, а килограмм кокаина в той же Колумбии тогда стоил 2500 долларов, а в США и Европе цена доходила до 30тысяч. С учетом того, что перевозили мы его тоннами, можно только представить, сколько зарабатывали на этих рейсах наши хозяева. Хотя, нас они тоже не обижали. Гонорар за одно такое путешествие составлял от 30 до 100 тысяч долларов в зависимости от количества груза. И, тем не менее, это было самое ужасное время в нашей жизни. Поход занимал порядка двух недель, но это была не морская прогулка на трансатлантической яхте, а сущий ад. Питались мы в основном крекерами и чипсами, спали по очереди, и все время в рейсе нас охранял вооруженный надсмотрщик. Отказаться от работы мы не имели права, иначе смерть. Так мы проработали около четырех лет и вот, Алмейда сделал нам очень выгодное предложение, переправить в США 10 тонн кокаина на новой относительно современной лодке, оборудованной и GPS - навигатором, и электронными картами, и даже системой кондиционирования. Соответственно и оплата уже была совершенно другой. Тогда мы и решили бежать, но не сразу, а после выполнения задания. Мы собрали все свои сбережения, а их оказалось около трех миллионов долларов, и вышли в рейс. У южных берегов Калифорнии нас должен был встречать корабль, но местная морская полиция видимо получила упреждающую информацию о столь серьезной контрабанде. Мы всплыли в заранее обговоренном районе и наткнулись на местных пограничников. Тогда всеми нами было принято решение затопить лодку вместе с грузом, а самим спасаться вплавь. Единственный, имеющийся на борту акваланг мы отдали Толику Белохатько и доверили ему все наши сбережения, уложенные в пластиковый контейнер. Он незаметно для пограничников покинул лодку первым. Затем, когда к нам ближе подошел пограничный катер, а лодка пошла ко дну, мы поплыли в разные стороны, чтобы отвлечь возможное внимание от Толи. В конечном счете, нас очень быстро вытащили из воды, но не всех. Коля Онищенко утонул. Через день его тело выбросило волнами на берег. Честно сказать, мы надеялись, что нас сразу отпустят. Дело в том, что все контрабандисты, когда топили свои лодки, выдавали себя за рыбаков, потерпевших крушение. В этом случае, пограничники и полиция долго с ними не возились, а после некоторых формальностей отпускали с миром, потому как в что-то предъявить им в вину было нечего. Все вещественные доказательства преступной деятельности уходили ко дну вместе с лодкой. Однако, в нашем случае, удача отвернулась от нас. Через несколько минут после того, как нас подняли на борт пограничники, на поверхность всплыли тюки с кокаином. И тут нас начали крутить по-взрослому. Почти месяц тянулось следствие, затем суд и, соответсвенно тюрьма. Нашего надзирателя передали властям Колумбии, а нас судили по законам США. Толю Белохатько они так и не нашли, хотя, в общем-то, и не искали. Никто не знал, сколько нас было на самом деле. Да и мы со временем его для себя похоронили, как и Колю Онищенко. Мы посчитали, что добраться до берега с тяжеленным контейнером он вряд ли смог, да и до берега далековато было. Воздуха в баллонах ему точно не хватило бы.