Страница 5 из 43
Сару направили в хирургический отдел — крупный осколок прорезал ступню глубже, чем Лэнс чувствовала. Чтобы достать его, пришлось сделать разрез, и опытный хирург не скрыл удивления, когда Лэнс отказалась от укола обезболивающего. Терпеть было трудно, но Сара не издала ни звука, впиваясь ногтями в подлокотник медицинского кресла. Снарт все время был рядом, но она не решалась взглянуть на него — не привыкла, чтобы кто-то видел ее боль.
— Ваша жена настоящий боец, — поддержал врач, кивнув Леонарду.
— Я знаю, — Снарт сдержанно улыбнулся и сжал руку жены в своей ладони. Сара слегка вздрогнула, но обхватила пальцы мужчины своими. Ладно, только сегодня. Только сегодня она позволит ему быть «мужем», пусть и не в полной мере, — Он мог убить тебя.
— Или я его, — усмехнулась Сара, слегка сдавливая руку мужчины от боли. Она посильнее сжала челюсть и повернула голову к Леонарду, — Я, вроде как, уберегла денежки банка.
— Не буду скрывать, что волнуюсь за твое состояние. Я просмотрел видеозапись с камер. Не думал, что на уроках по самообороне учат такому.
— Я рада, что ты здесь, — выпалила Сара прежде, чем решила, стоит ли это говорить. Это было чистой правдой. Пусть это был и не «тот» Леонард, он все же оставался собой и, самое главное, он рядом. Он переплел их пальцы, и Лэнс расслабилась. Она откинула голову на мягкую подушку и прикрыла глаза. Боль в ноге постепенно утихала, а сон того и гляди готов был захватить измученное сознание. В своей голове она пообещала отцу, что приедет сразу же, как только вернётся…
========== Глава 5. ==========
«Я позвонил Фелисити и сказал, что ты приболела. Люблю тебя!»
Сара ещё раз перечитала записку, обращая внимания на то, каким аккуратным был почерк Леонарда. Она когда-то давно читала статью (кажется, на корабле, когда не могла заснуть) о том, что почерк многое может сказать о человеке. Тонкие линии букв, неотрывно выведенные безупречно ровно, говорили о внутреннем стержне человека, о его желании все контролировать или что-то вроде того. Саре было проще думать об этом, нежели представлять, как бы звучало: «Люблю тебя» протяжным низким голосом, что она и сделала в первую очередь, прочитав записку.
Лэнс перевернулась на спину и взглянула на свадебные фотографии, представляя какой была жизнь Сары-2. Какого это жить в мире без супергероев, путешествий во времени и ночных кошмаров? Какого это, не чувствовать себя монстром, быть обычной девушкой, быть «женой»? Как это, наверное, приятно, каждое утро слышать: «Я люблю тебя», так искренне, легко. Интересно, какого это любить Леонарда и не боятся этого, не боятся, что его вдруг не станет? Саре-2, наверняка, чужды эти мысли, ведь её Леонард жив и не скрывает своих чувств, правда и спит в одной постели не совсем со своей женой, даже не подозревая об этом.
Сара нехотя приподнялась, стараясь как можно меньше шевелить перебинтованной ступнёй. Она свесила ноги с кровати, разрываемая между привычкой всегда быть при деле (увы, у капитана временного корабля не бывает выходного или отпуска) и желанием остаться в постели, отдохнуть, поспать и ни о чем не думать. Привычка пересилила, и Лэнс аккуратно встала, поморщившись от неприятной режущей боли в ноге. В ране есть один плюс — на несколько дней она спасена от работы, в которой ничего не понимает и от Фелисити, с которой она и в своей реальности не могла провести больше часа.
Лэнс наспех умылась, покрутившись перед зеркалом. Губа слегка опухла, и канарейка попыталась вспомнить последний раз, когда у неё оставались видимые ушибы. Шелковая пижама небесно голубого цвета ей нравилась, не смотря на то, что старые добрые спортивки, в которых она спала на волнолете, были куда удобнее. Приведя себя в порядок, Сара принялась выдвигать ящики в комнате, в поисках какой-либо информации. Она беглым взглядом рассматривала документы, которых была целая куча: документы на аренду дома, покупку машины, договор с бригадой по ремонту и так далее. Разбирая всю кипу, можно было провозиться целый день, поэтому Сара откладывала все, что казалось сейчас менее важным. За документами последовали фотографии с полароида, потёртые, потерявшие былую яркость. На фотографиях была Сара-2 в компании таких же юных девчонок, в шапочке выпускника и с дипломом об окончании колледжа в руках. Фотографии были разные: от красивых пейзажей до совместных фото с Лорел, Снартом, Фелисити. На всех Сара-2 светилась от счастья, выглядела беззаботно веселой и влюблённой в собственную жизнь.
Лэнс ещё долго рассматривала каждый снимок, давая себе волю представить тот или иной момент. От фотографий с Леонардом веяло особым теплом. Одна из карточек сильнее всех зацепила Сару. Небо с ярко малиновыми бликами, освещённое уходящем солнцем, служило фоном для влюблённых, которые улыбались, смотря друг на друга. Между ними нет условностей, поломанных судеб, разбитых надежд и сковывающего страха одиночества. Он не вор, а она не убийца. Он не подавляет в себе каждую эмоцию и каждое заражающееся чувство, а она не избегает его даже мимолётного взгляда, наполненного слишком глубоким смыслом.
Сара горько усмехнулась, провела пальцами по глади снимка и убрала фотографии обратно в файл, а затем в ящик. Она уже хотела вернуть на место и все остальное, когда заметила бежевый уголок блокнота, скромно выглядывающий из глубины ящика. Сара достала блокнот и повертела в руках. Все страницы были исписаны слегка кривоватым почерком, в котором Лэнс узнала свой собственный. На некоторых страницах стояли даты, некоторые были безжалостно перечёркнуты с такой силой, что лист разрывало в полоски. Сара уперлась спиной в кровать, поудобнее усаживаясь на тёплом полу, открыла первую страницу и принялась читать.
«Привет, дневник! Или что там обычно пишут? Мне совершенно не нравиться эта идея, но мистер Беннет утверждает, что излияние души на страницы тетради поможет мне справиться с самой собой. По его словам, мне необходимо принять реальность, перестать винить во всем себя и Леонарда… Как-будто эти дебильные записи смогут изменить то, что уже произошло. Не думаю, что дневник поможет мне посмотреть на своего мужа так же, как раньше. Все изменилось, и теперь я не могу понять, кто я, кто он и существует ли ещё „мы“. Я знаю, что на этих страницах могу быть откровенна, но я даже себе не могу признаться, что действительно слетела с катушек…»
Сара дернулась от хлопка двери с первого этажа. Она захлопнула дневник и, спрятав его под подушку, с трудом поднялась на ноги. На первом этаже были слышны тихие голоса, стук каблуков по паркету и звон ключей. Она, прихрамывая, добралась до дверного проема и прижалась спиной к стене, глазами, по привычке, разыскивая что-нибудь, подходящее в качестве оружия. Шаги перемешались по дому, было слышно как неизвестный то открывал, то закрывал холодильник. Лэнс схватила прикроватную лампу, сжала её так, чтобы в любой момент отразить атаку. Она тихо, насколько могла с больной ногой, выглянула, а затем аккуратно двинулась вниз по лестнице, опираясь свободной рукой в перила. Перебарывая боль, Сара спустилась вниз, одними губами выплевывая проклятья. Ступня горела, но девушка перенесла вес на больную ногу, освобождая рабочую в бою. Она приблизилась к кухонной арке и замерла. Все тот же стук каблуков вдруг приблизился, и, прежде чем девушка успела сообразить, из арки вышла девушка. Сара занесла своё оружие, и девушка вскрикнула, поднимая руки для защиты.
— Сара, это я!
— Лорел?
========== Глава 6. ==========
Сара так и застыла, угрожающе сжимая своё оружие в воздухе. Лорел недоверчиво покосилась на лампу, а затем испуганно взглянула сестре в глаза. Сара на мгновение перестала дышать, слезы сковали легкие, застыли комом в горле, но так и не нашли выхода. Лорел сделала шаг навстречу сестре, закусив губу.
— Милая, это я.
Сара звучно выдохнула, опуская лампу. Она не чувствовала, как разошлись швы на ступне, как свело мышцы рук от напряжения. Она в мгновение поставила лампу на комод коридора и прижалась к сестре с такой силой, что та простонала. Сара с упоением вдыхала родной запах кокосового шампуня, который любила Лорел и в её реальности. Все это казалось сном, забвением, миражом. Она вздрагивала от внутренней истерики, не в силах дать волю слезам, и Лорел заботливо погладила сестру по спине.